Н. Кастури



САТЬЯМ ШИВАМ СУНДАРАМ

ИСТИНА ДОБРО КРАСОТА


История жизни Бхагавана Шри Сатьи Саи Бабы в четырех томах


ТОМ III


Оглавление

Вступление
Глава 1    ВОСХОДЯЩЕЕ СОЛНЦЕ
Глава 2    ВНИМАНИЕ: В МОЛИТВЕ ВЕСЬ МИР
Глава 3    ПРОБУЖДАЮЩИЙСЯ КОНТИНЕНТ
Глава 4    ЖИВЫМ ПРИМЕРОМ И ПОУЧЕНИЕМ
Глава 5    ЗНАК И ПРИЗНАК
Глава 6    ПРАЗДНИК ОГНЕЙ
Глава 7    НЕЛЕГКОЕ БРЕМЯ БЕЛОГО ЧЕЛОВЕКА
Глава 8    СТОПЫ ШИРДИ САИ
Глава 9    ДЕЛЬТА ВОСТОРГА
Глава 10    ВО ВСЕХ И ВО ВСЕМ
Глава 11    СВЕТ ИЗЪЯТ ИЗ-ПОД ЗЕМЛИ
Глава 12    ПУСТОТА ЗАПОЛНЯЕТСЯ
Глава 13    ТАК ДОБР, ТАК ДОБР
Глава 14    ЧУДЕСНЫЙ АППЕНДИКС
Глава 15    ЖИВИТЕ В ЛЮБВИ
Глава 16    СВЕТОЧ БЛАЖЕНСТВА
Глава 17    ИЗВЕСТНЫЕ НАМ ИМЕНА
Глава 18    И ЕЩЕ СЛОВО
Глоссарий





Вступление

Дорогой читатель!

То, откуда слова человеческие возвращаются, бессильные в своем стремлении понять и постичь, То, что оказывается недосягаемым даже для воображения, на Что упанишады указывают лишь отрицанием, – это Баба, живая тема данной книги. Он заявляет, что Он – в каждом из нас и что все мы – в Нём. Он говорит, что тщетны все попытки измерить Его реальность. "Я – не человек, не Бог, не архангел, не ангел. Меня не следует определять названием любой из четырёх каст или четырёх этапов человеческой жизни. Знайте Меня как Учителя истины – Сатьям – Шивам – Сундарам", – сказал Саи Баба однажды. Фотография в первой своей фазе будет негативом: когда же её проявят, она станет чёткой и точной.

И Саи Баба Сам делает её ясной и отчётливой. Он говорит, что Он есть сатьям, шивам, сундарам. Таковы три проявления премы – любви, каковой Он является, той любви, что Он воплощает. Любовь, как мысль, есть истина – сатьям; любовь, как действие, есть добро, благо – шивам; любовь, как чувство, есть красота, прекрасное – сундарам.

Как описать пером дивную историю многогранного, преображающего, неизгладимого влияния Саи Бабы, сколь бы ни было глубоким и благочестивым подобное желание!

Но подлинный восторг, возникающий, когда оказываешься благословлённым малейшим и даже самым кратким соприкосновением с любовью Бабы, действует и на самое слабое перо, призывая всех и вся придти и разделить этот восторг, каким бы тихим ни был такой призыв.

Саи Баба явился в ответ на страдания и муки человечества. "Добрые люди, беспомощные и не способные что-либо сделать, тосковали о Спасителе, который направлял бы их и вёл, – и Я ответил".

А потому внимать повествованию, пусть сбивчивому и не всегда понятному, о божественной игре Бхагавана Шри Сатьи Саи Бабы, о том, как Он ведёт и наставляет людей, – право всех людей везде и всюду.

Первая часть этой книги вышла в 1960 г., вторая попала в ваши руки в 1961, а сегодня на ваше внимательное и, как я надеюсь, радостное прочтение смиренно предлагается третья. Я признателен Бабе за то, что Он благословил мою руку, чтобы она смогла собрать венок из записей о Его дивных играх, лилах, и чудесах и возложить этот венок к Его стопам.

Бриндаван, Бангалор 20-II-1974 г.
Н. Кастури


Глава 1

ВОСХОДЯЩЕЕ СОЛНЦЕ

Сатьянараяна Раджу, четырнадцати лет, ученик четвёртого класса средней школы в Ураваконде, однажды вечером бросил Свою сумку с книжками, заявив: "Мои последователи зовут Меня. Я должен делать Своё дело. Я вам больше не принадлежу", – и ушёл из дома брата, сел под дерево баньян – и запел песнь, призывая всех собравшихся повторять за Ним её слова: "Те, кто жаждет освободиться от оков рождения, борения, успеха, падения, болезни, оздоровления и самой смерти, придите! Почтите стопы Учителя!" То была весть о дивном Явлении!

Благие вести разнеслись повсюду: "Саи Баба из Ширди явился вновь, как обещал". Потоки пилигримов, направлявшихся в Ширди, обратились в Путтапарти, где Он родился и провел Своё детство в песнях и танцах, в музыке и тайне. Увечные, больные, смятенные и страждущие, шли они сотнями из ближних и дальних мест. Баба утешал и исцелял, открывал им их прошлое, что сформировало настоящее, и настоящее, что будет определять будущее тех, кто искал Его руководства. Он изливал безмерную любовь на несчастных, богатых и бедных в равной мере: проявляя сверхчеловеческую власть, преодолевающую пределы законов природы. Своей мудростью Он превосходил величайших из мудрецов. Те, кто являлся, чтобы исследовать, оставались, чтобы восхищаться; те же, кто восхитился, желали, чтобы и другие разделили их трепет – так триумфальная весть об Учителе распространялась от одной области к другой. То было вспахивание поля, приготовление.

Сразу после Своего благотворного тура по всей Индии – от Каньякумари до Киланмарга, Саи Баба в Свои 32 года решает продолжать дхармастхапану – возрождение и восстановление нравственного порядка в делах людей – более широко и утверждающе. Он создаёт ежемесячный журнал "Санатана Саратхи" (Вечный колесничий), который выходит на 11-и языках: телугу, английском, тамиле, малаялам, каннада, маратхи, гуджарати, бенгали, хинди, ассамском и непальском, – Его "боевой клич", Его пробуждающую и зовущую раковину Шивы, Его "знамя" в битве человеческой против внутренних врагов – вожделения, гнева, алчности, привязанности, гордыни и ненависти. Саи Баба также призывает людей совместно воспевать славу Божью и вдохновлять на это других. И Сам Он носится по стране словно дождевая туча, вливая отвагу и уверенность в сердца, высушенные безжалостными лучами сомнения, разочарования, неопределённости и двусмысленности. То был посев семян – истины, праведности, мира и любви – семян, подкрепляемых авторитетом неподвластных времени Вед и неопровержимым опытом мудрецов и провидцев всех стран. Благодаря Его беседам, заставлявшим искать реальность внутри, а не гоняться за её тенью во внешнем мире, многих коснулся свет любви, многие пробудились к духовным усилиям садханы, всерьёз взялись за служение. Многие смогли отыскать источник экстатического общения с Божеством через бхаджаны. И их позвали в Присутствие Саи, в Мадрас, на первую Всеиндийскую конференцию групп служения (сева) Саи, где каждый участник был вооружен новым видением и новой энергией для служения обществу и обретения самопознания. Так семена проросли, питаемые теплыми лучами Солнца-Саи.

Эти события отмечены в первых двух томах книги "Сатьям Шивам Сундарам". Позвольте же мне теперь возобновить эту Бхагавату – историю о Господе, принесшем небеса в сердца людей и освободившем человека из темницы, куда он сам себя заключил!


Глава 2

ВНИМАНИЕ: В МОЛИТВЕ ВЕСЬ МИР

12 мая 1968 г. Международный центр семьи Саи – "Дхармакшетра" – архитектурный шедевр, построенный на возвышении, предоставляющем широкий обзор окраин Бомбея, был открыт Самим Саи Бабой. Этот "Дворец Бога" также должен был служить резиденцией Бабы во время Его пребывания в Бомбее.

"Дхармакшетра" (поле дхармы) – первое слово в первой шлоке Бхагавадгиты, оно используется там как прилагательное, определяющее поле битвы, где власть Кауравов была сокрушена Господом и милость Его пролилась на дхарму (праведность) Пандавов. Поле это было известно как Курукшетра (поле куру), но Божье вмешательство в защиту дела истины, справедливости, мира и любви обратило его в Дхармакшетру. Это слово кратко отражает историю двух кланов, которые сошлись на этом поле в смертном бою: оно символизирует безначальный конфликт между добром и злом в человеческом сердце, – конфликт, который разрешается, когда мы, как Пандавы, принимаем в своё сердце Бога и просим Его стать колесничим; а ныне оно раскрывает ещё одну грань роли Саи Бабы в человеческой истории, ибо Он уже объявил Себя Санатаной Саратхи – Тем, кто пребывает у жизненного руля (от начала времён и развёртывания пространства) – для всякого возникшего существа!

Мы видим умственным взором, как Кришна держит поводья, а Арджуна внимает и познаёт. Мы видим Господа, как видим сегодня Бабу, направляющим и оберегающим, успокаивающим и укрепляющим, напоминающим и взыскивающим, устраняющим заблуждения и колебания и придающим новые силы! Дхармакшетра вызывает у нас пылкую признательность всем тем, кто открыл чистый источник дхармы и окунулся в него, кто чтил дхарму, живя ею и показывая, как она может подарить мир и радость, тем, кто пожертвовал ради неё всем, во всех землях и во все века.

Действительно, Саи Баба назвал это здание не случайно. Он говорит, что ни единое Его слово не бывает лишено духовной силы. Это – призыв, сердечное приглашение открыть свой слух Гите, которую Он тихо шепчет вам из самого вашего сердца, чтобы исцелить вас от клейма иллюзии, обратить ваше внутреннее поле битвы в "игровую площадку" духовных усилий; это – своего рода заклинание, приглашение, благословение; это весть о том, что Господь явился, что миссия Его началась. Он может стать колесничим для всех, кто ищет, здесь и теперь, на этой грустной, неразумной, мятежной земле, которую Он избрал Своей дхармакшетрой, так как это место, где можно учить дхарме, сплетать её с жизнью и пожинать её урожай. "Занимайтесь кармой (деятельностью), направляемой дхармой. Исполняйте свой долг, дхарму, осознавая, что всё есть Брахман. Следуйте по пути кармы к дхармакшетре, где вас ждет осознание Брахмана", – говорит Саи Баба.

Тысячи людей из разных концов Индии и даже из-за моря стали свидетелями открытия Дхармакшетры. Из дальних краёв слетелись они, подгоняемые ветром милости. Более 50-и тысяч жаждущих душ собрались в тот вечер на территории Бхаратья Видья Бхавана (Дворца Знаний Индии), чтобы выразить свою радость в этот торжественный момент. Великолепное здание было завершено в 108 дней, после того как была положена первая лопата раствора. Число 9 вплетено в архитектуру святого строения – 18 лепестков лотоса обрамляют апартаменты, где обычно останавливается Бхагаван, число колонн, ступенек и площадок с ажурными решётками – всё кратно девяти, числу Брахмана.

Шри П. К. Савант напомнил аудитории, что Саи Баба благословил штат Махараштра ещё в Своём прежнем теле в Ширди, и теперь судьба вновь улыбнулась Махараштре, создав здесь Его Дхармакшетру. Баба сказал, что каждый живёт, общается, действует и в результате накапливает заслуги и прегрешения на Курукшетре, так как куру значит "делать". И в этом процессе, если дхарма озаряет каждое мгновение жизни, курукшетра (поле деятельности) становится дхармакшетрой (полем праведности). Это урок, который Дхармакшетра должна возвестить всему миру.

Баба выбрал местом пребывания большую ротонду с лотосом, окружённую рвом, наполненным водой, и это место сразу стало настоящим ульем духовной активности, обильно наделяющим всех сладостью и светом. Там собирались дети из кружков Бала Вихар, юноши и девушки из севадалов, взрослые из обществ распространения бхаджанов и севы, – и все они получали дар любви и учились преданности. Баба говорил со всеми группами отдельно в Зале молитвы, и они возвращались оттуда с более глубоким пониманием и более широким кругозором.

А тем временем десятки автобусов, переполненных преданными, спешили в Бомбей из дальних городов; пассажиры дружно пели бхаджаны, производя на пешеходов такое впечатление, будто проезжает сам Прашанти Нилаям! И в каждом поезде, прибывающем на все три городских вокзала – Виктории, Центральный и Дадар, – были особые вагоны из Мадраса, Тривандрума, Бангалора, Виджаявады, Нагпура, Навсари, Дели, Калькутты, Лакнау и Дера Дуна и прилежащих селений, – вагоны, битком набитые безмерно счастливыми мужчинами, женщинами и детьми, спешащими, одолевая время, получить даршан живого воплощения Божества! Путь был трудным и утомительным, но усталость пропадала, едва витамин Б (Бог), вводимый бхаджанами, начинал действовать на ум и тело. И не только по суше! Морская вода и воздух тоже помогали счастливым людям, прибывавшим в Бомбей на судах и самолётах с Цейлона, из Сингапура, Джакарты, Манилы, Кувейта, Дубаи, Касабланки, Момбасы, Найроби, Кампалы, Аруши и Мальты, из Гонконга, Фиджи, Тегерана и Токио, с Тихоокеанского и Атлантического побережьев Америки, островов Вест-Индии, из Перу и Бразилии!

И всё потому, что 16 мая в Бомбее должна была начаться Первая Всемирная конференция тех, кто избрал и принял Саи Бабу учителем и наставником. Саи Баба заметил, что впервые в мировой истории устраивается Всемирная конференция преданных последователей Аватара в непосредственном присутствии и под прямым наблюдением Самого Аватара! Не удивительно, что они стаями, словно птицы в океане, слетающиеся на спасительную мачту, мчались в Индию!

И когда в тот день с восходом солнца делегаты устремились в зал, они ощутили незабываемый аромат дружеского расположения и тепло радушного гостеприимства. За помостом и на стене зала находились две росписи: одна изображала Чайтанью, погружённого в экстаз санкиртана (воспевания славы Господа), другая – Тьягараджу, святого, из глубины души воспевавшего сострадание, величие и власть любимого образа Рамы, который он всегда держал перед глазами! За креслом, которому предстояло принять Саи, находилось изображение светильника – пламени света и любви, прямого и яркого, которое никакой ветер не может ни поколебать, ни загасить! Баба вошёл ровно в 9, рассыпая свежие лепестки Своей милостивой улыбки на всех присутствующих. И вид Его, распространяя вокруг свет и любовь, вызвал трепет и радость в каждом. Скоро небесные звуки ведических гимнов зазвенели в ушах; затем, после вступительной церемонии, Баба призвал делегатов от каждого штата рассказать об организационном аспекте садханы в своем районе. В ответ поднимались юристы, проректоры, учёные, врачи, поэты, администраторы и бизнесмены и представляли свой отчёт о деятельности обществ служения, кружков освоения послания Саи и групп бхаджанов в их штатах, занятых духовной работой – садханой, питаемой преданностью.

Говард Мёрфет из Австралии сказал: "Австралия нуждается в Твоей любви, в Твоём свете". "Твои учения, Твоё руководство срочно требуются в Скандинавии, где догма почти задавила подлинное духовное устремление", – признался Тайдеман Йоханессен из Норвегии. А д-р Наллайнатан с Цейлона жаловался: "Мы – дети, блуждающие во тьме. Просвети нас!" Д-р Патель из Кампалы молил: "Больше всех в Тебе нуждается Африка". Индра Дэви из Мексики, русская по происхождению, заметила: "Когда я рассказываю о Бхагаване студентам в Санта-Барбаре, Беркли, Чикаго и других городах, они отказываются расходиться, если я не пообещаю им привезти Бабу в Америку; они просто жаждут Его". "Мы ждём от Индии духовного руководства; мы умоляем Бабу приехать к нам. Когда Он будет с нами, Он будет и со всеми другими!" – заявил Чарльз Пенн из Лос-Анджелеса.

Вечером на общем собрании под открытым небом присутствовало более сотни тысяч человек, и очевидно было, что Саи Баба занял прочное место в сердце каждого. Председательствовал зам. премьер-министра Индии Морарджи Десаи – известный приверженец Махатмы Ганди. Ранее он встретился с Саи в Дхармакшетре и живо почувствовал Его божественное сострадание к миру, всё глубже увязающему в трясине ненависти и алчности. Он был явно взволнован, увидев перед собой огромное пространство, плотно заполненное искателями духа – женщинами справа, мужчинами слева: сидящими в тихом ожидании, исполненными духовного рвения и почитания, явившимися сюда со всего света – со ступеней храмов, мечетей, церквей, духовных центров – и услаждающими свои очи чарующим ликом Саи Бабы. Шри Морарджи Десаи сказал, что лучший учитель человека – Гита, поскольку она призывает его способствовать делу улучшения мира по мере своих сил и быть в то же время внутренне непричастным: как в случае успеха, так и неудачи, так как Богу, которому посвящается всякий труд, лучше знать – как вознаградить за него.

Саи Баба начал Своё обращение на санскрите! Он предложил мне переводить Его речь на английский, и я встал у микрофона с другой стороны помоста. Но когда с этих божественных уст заструился сладкозвучный "язык богов", я почти онемел от восхищения и сомнения. Я думал: как мне удастся обратить в Темзу эту могучую Гангу? Хорошо, что Баба скоро перешел на телугу. "Тело – это алтарь, в котором пребывает "я", – говорил Он. – Страна – храм, где находимся "мы", коллективная воля; а весь мир – "Его" храм всей суммы "я" и "мы".

Здесь собрались люди всех верований, и, таким образом, собрание это готово к Моему заявлению, что всякая вера есть лишь стремление очистить импульсы и чувства, что является частью процесса открытия истины – зримой и незримой. Это поиск одного и того же сокровища; вершина одна, путей к ней много. Много и проводников, которые крикливо заявляют о себе и воюют друг с другом за "презренный металл".

Даже те, кто клянётся, что не обнаружили и следа Бога в глубинах космоса или что Бог умер, а если Он и жив, то исчерпал всю Свою полезность для человека, что Он всегда был для человека только в тягость, тоже вынуждены допустить, что есть нечто непостижимое, запредельное разуму, что пронизывает весь мир и проявляется в любви, самоотречении и служении. Это нечто и есть Бог", – заявил Баба в ходе живой беседы о Божественности, неотъемлемо присущей вселенной.

Оценивая усилия Общества знаний Индии в деле возрождения идеалов и практического применения Санатаны дхармы, Саи Баба сказал: "Эта конференция являет собой слияние трёх священных потоков – атмавидьи, духовного знания, которое делегаты и посетители считают главным для достижения цели жизни, сатсанга, благого общения, принятого искателями всех рас и религий, и основных принципов культуры Индии, помнить которые помогает им бхаван (общество).

Семь подкомитетов, обсуждавших назначенные Им темы, представили свои рекомендации на открытом собрании вечером 17-го. Их предметом были: 1) бхаджаны, намасмарана и нагарасанкиртан – духовные песнопения, повторение имени Божьего и совместное распевание бхаджанов ранним утром на улицах своего села или города; 2) ведическое образование и обучение санскриту; 3) нравственное воспитание в школах и колледжах; 4) регистрация и воспитание тружеников служения – севадалов; 5) организация и деятельность Махила Вибхагов (женские команды); 6) координация отдельных единиц организаций на всех уровнях и 7) связи между индийскими и зарубежными отделами Организации Сатьи Саи.

Затем к собравшимся обратился д-р В.К. Гокак. Он говорил о Бабе как Аватаре. "Здесь мы сталкиваемся с простым замыслом утверждения превосходства сознания над материей, субъекта над объектом, зрящего над зримым, колесничего над колесницей и трансцендентального над тривиальным. Так что нас не собьёт с толку, как это бывает с другими, феномен человеческого облика, принятого бесформенным Абсолютом", – объяснил он.

Саи, как и накануне вечером, говорил о величии и славе имени Божьего и о стойком благотворном влиянии, какое оказывает повторение любого из Его имён. "В этот век материализма, – сказал Он, – постоянное повторение Божьего имени есть для человека единственная надежда возвыситься до Него или приблизить Его к себе. Повторение имени привлекает милость. Так Мира с именем Божьим на устах, выпила чашу с ядом, и яд обратился в нектар. Освящайте каждую минуту дня и ночи непрестанным поминанием имени Бога. Я не хочу, чтобы вы думали, будто Я жажду распространения этого имени и этой формы. Я явился не затем, чтобы создать какой-то новый культ. Знайте, что эта форма Саи есть форма всех многообразных имён, какими человек пользовался и пользуется ныне, чтобы как-то обозначить и почтить единое Божество. Так что Я учу, что не следует делать различия между именами – Рама, Кришна, Ишвара, Саи и другими, так как все они – Мои имена. Какой толк в вашем почитании Моего имени и Моего образа, если вы даже не пытаетесь добиться Моей саматвы – равной любви ко всем, Моего шанти – неколебимого спокойствия и Моей ананды – неизменного состояния высокого блаженства? Многие из вас жаждут Моего послания. Так вот, Моя жизнь – Моё послание. Вы будете верны ему, если ваша жизнь станет свидетельством непредубеждённости, духовной отваги и уверенности, проявлением жажды служения тем, кто в беде".

Бхагаван бросил Свой исполненный милости взгляд на истомлённые лица, мучимые жаждой истины, которую Он соблаговолит излить в их сердца, и взор Его смягчился от сострадания. Звучание Его голоса нарастало, слова лились всё живее. Все присутствующие чувствовали, почти инстинктивно, что настал знаменательный момент в их жизни: с восторженным трепетом готовились они услышать великое откровение, – посвящение, на которое может надеяться мир лишь в редчайшие моменты своей истории.

"Здесь собрались верующие из всех слоёв общества, – сказал Он. – И Я должен сказать вам о Моей реальности, поскольку 99 из 100 не знают о ней. Вас привели сюда разные нужды и интересы, будь то склонность к духовным предметам, желание укрепить организацию, в которой вы состоите, восхищение или влечение, любовь, уважение или преданность, а то и просто порыв энтузиазма – желание разделить с другими их торжество или поделиться своим восторгом.

В сущности, вы не в состоянии понять природу Моей реальности ни сейчас, ни даже после сотен лет упорной аскезы или усердного исследования, даже если всё человечество соединилось бы в этом усилии. Но скоро вы познаете блаженство, изливаемое Божественным принципом, принявшим на Себя это святое тело и это святое имя. Ваша благая судьба в обретении такой возможности значительнее, чем та, что досталась анахоретам, монахам, мудрецам, святым и даже лицам, воплотившим в себе какие-то грани божественной славы!

Поскольку Я общаюсь с вами, ем и пью как вы, говорю с вами, вы приходите к обманчивому убеждению, что это – всего лишь человеческий феномен. Остерегайтесь такой ошибки. Я ввожу вас в заблуждение и тем, что пою и играю с вами, занимаюсь с вами какими-то делами. Но в любой момент Моя божественность может открыться вам, и вы должны быть бдительны, готовы к этому моменту. Поскольку божественное скрыто под человеческим, вам нужно стараться преодолеть иллюзию – майю, что скрывает его от ваших глаз.

Этот человеческий образ таков, что в нём проявлена всякая божественная сущность, всякий божественный принцип, то есть все имена и формы, приписываемые человеком Богу. Не дайте сомнению отвлечь вас. Если вы водрузите в алтаре своего сердца твёрдую веру в Мою божественность, вы сможете обрести определенное видение Моей Реальности. Если же вы, как маятник, будете колебаться от веры к сомнению, вы никогда не преуспеете в постижении Моей истины и не обретете это блаженство. Счастливцы вы, что ныне, в этой жизни имеете возможность испытать блаженство восприятия Сарвадайватвы сварупы -формы Бога во всех Его обликах.

Позвольте Мне также обратить ваше внимание ещё и на такой факт. В прошлом, в случаях, когда Бог воплощался на Земле, блаженство признания Его воплощения, несмотря на щедрые свидетельства Его милости, даровалось только после того, как эта физическая форма покидала мир. Более того, верность и преданность, которые испытывали люди к тем воплощениям, были вызваны страхом или трепетом перед Их сверхчеловеческими силами и способностями, перед Их царской властью и могуществом. Но поразмыслите над этим проявлением Сатьи Саи. В чём причина, что в этот век ярого материализма, агрессивного неверия и неуважения Его почитают миллионы людей во всём мире? И вы убедитесь, что основная причина этого заключена в том факте, что это есть высшее Божество в человеческом облике.

И снова: как посчастливилось вам стать свидетелями того, что все страны мира отдают дань уважения Бхарате (Индии), что вы можете слышать, ещё когда это тело существует, как почитается имя Сатьи Саи, звучащее во всех уголках земли, когда образ этот, эта форма – среди вас, с вами, перед вами!"

Это волнующее заявление ошеломило делегатов, и когда они покинули зал и разошлись, каждый из них словно бы вырос, так как все чувствовали себя благословленными уникальным видением. Саи Баба нередко говорил о том, что Он – воплощение Бога, что Он – Сам Бог в человеческом облике, но на сей раз Он недвусмысленно отождествил Себя со всеми именами и образами Божьими, какие человек когда-либо создавал в своём уме в ходе своей истории на Земле!

На следующий день в утренние часы на собрании всех делегатов обсуждались отчёты подкомитетов, и ещё несколько делегатов обратились к собравшимся. Саи Баба подвел итоги и говорил о главном подходе к служению через Организацию Саи. В наши дни, когда мир безопасен лишь для лицемеров, директивы Саи вынуждены быть твёрдыми и жёсткими. "Неверно полагать, будто у всех равные права, одинаковый долг, обязательства и ответственность, – объяснил Он. – Вы же не можете сказать, что все коровы одинаковы, и не закупаете их дюжинами. Какие-то могут быть недойные; одни – молодняк, другие – старые, какие-то смирные и какие-то бешеные. Так и люди не равны между собой. И правила поведения каждого определяются такими изменчивыми факторами как возраст, профессия, положение, авторитетность, учёность и пол; важно также – учитель ты или ученик, господин или слуга, отец или сын, больной или здоровый и тому подобное. Что же касается Меня, то есть лишь одно правило, которым Я связан – любовь. Любовь эта вас успокоит, утешит, вдохновит на то, чтобы слиться со Мной".

Когда открылась вечерняя сессия, четыре пандита основанной Саи Всеиндийской Академии произнесли речи на санскрите. Г-жа Осборн обратилась к собравшимся по-английски. Её представили как жену автора книги "Невероятный Саи Баба", написанную о прежнем воплощении того невыразимого Саи Бабы, который сейчас с нами!

Баба предложил подвести итоги предложений делегатов о путях духовного возрождения, учитывая при этом суть Его бесед с представителями делегаций от разных штатов. Он говорил о бхаджанах, о кружках занятия медитацией и изучения Его наставлений и, в частности, о нагарасанкиртане, которому было уделено внимание как очень важному фактору деятельности местных организаций. "Именно так, – сказал Саи, – Джаядева, Гауранга, Тукарам, Кабир и Пурандара Дас в предрассветные часы наполняли сердца людей именем Господа. Собирайтесь перед зарёю и медленно ходите по улицам, распевая бхаджаны, славящие Господа. Несите имя Божье к каждому порогу. Пробуждайте спящих. Очищайте атмосферу, загрязнённую ежедневными воплями гнева, ненависти и алчности, раздоров и страха. Есть ли служение достойнее, чем это – начинать день с именем Божьим, помогая другим вспомнить о Нем?"

Заключительное собрание конференции состоялось 19 мая в 10 утра. Саи пожелал, чтобы все, прибывшие из ближних и дальних мест, были проинформированы об основных решениях конференции, которые являются редкостными указаниями, направленными на духовный подъём и возвышение простых людей. Д-р Гокак, неожиданно для самого себя, вдруг сказал: "Саи – это врата ко всему величию, всему свету духовному", – он просто не мог молчать, так потрясло его откровение Бабы предыдущим вечером. "Саи – слово не ослепляющее; Саи – слово не связующее; Саи – слово не ограничивающее, – продолжал он. – Это слово, которое содержит смысл всех других слов. В начале было слово! То слово – Он". М-р Бхарде, спикер Законодательного собрания штата, заявил, что Саи почти уже обратил Бомбей из "города чувственных наслаждений – бхоганагара" в град божественный – йоганагар. И вполне можно сказать, что этот процесс преображения продолжается не только в Бомбее, но и во всём мире! Саи говорил также, что настала срочная необходимость для человека осознать своё бессмертие и извлечь из этого отвагу и смелость, как это произошло с Арджуной, когда его одолевало уныние.

Дхармакшетра, где Саи остановился на период конференции, каждый день была для многих собравшихся местом встречи, где Саи был постоянно занят объяснением, толкованием и выявлением основ духовной дисциплины и мудрости, забывая о времени и невзирая на усталость, от которой, вероятно, страдало Его физическое тело. Помимо этого Саи ещё руководил юношеским лагерем Прашанти из 65-ти студентов Университета и особым собранием известных людей города, ищущих Его помощи в поиске путей, которые помогли бы их деятельности, и соответствующей философии, которая могла бы их поддержать. Было замечено, что Баба чаще даёт аудиенцию заморским делегатам. Причина в том, что у них меньше возможностей личного контакта с Ним, и они жаждали быть вблизи Него – сколько только Он допускал.

Среди тех, кого Баба привлёк к Себе за время конференции, был ветеран из рядов Ганди, учёный-политик, писатель-патриот, активный администратор, преданный приверженец индийской культуры д-р Мунши. Как никто из отважных воинов Ганди в борьбе за свараджу (свободу) Он смог осознать, что Индия должна быть независимой, обрести самоуважение и уважение к своей культуре и тем самым внести свой неоценимый вклад в дело прогресса человечества через собственную приверженность идеалам, воплощённым в этой культуре. И Бхаратья Видья Бхаван является организацией, с помощью которой д-р Мунши стремится достичь возрождения индийской культуры, и таким образом, внедрить в сердца индийской молодежи истинную склонность стать подлинными сынами Матери-Индии (Бхарата Маты), законными наследниками несравненной мудрости, накопленной мудрецами нашей страны. Поэтому Саи и решил провести конференцию в Видья Бхаване – на плодородной почве, где должен созреть новый богатый урожай культуры Вед и Упанишад. Саи с одобрением отметил этот факт. Таким образом, д-р Мунши посетил и Дхармакшетру и конференц-зал и заметил: "Всю жизнь я проявлял живой интерес к личностям, которым приписывали сверхчеловеческие силы; я пытался понять – каким образом они воплощают свою индивидуальность, высвобождают потоки веры и преобразуют своих последователей в людей преданных и просвещенных".

Когда д-р Мунши впервые встретился с Саи в Дхармакшетре, надежда его нашла своё осуществление, устремление – свою цель, а молитва принесла желаемое благо, так как Баба явился. Он явился, чтобы возвести Бхаратью видью, – то есть Атмавидью (знание Духа), – на престол науки, восстановить роль Индии как гуру человечества, помочь индийцам обрести плоды независимости Индии, научив их тому, как управлять собой, а через них – и весь остальной мир.

Саи заметил, что правая рука д-ра Мунши слегка дрожит вследствие хронической болезни Паркинсона. И тогда, по словам Мунши, "Саи поднялся с места, взял мои пальцы, накрыл их Своими и растёр их священным пеплом, который исходил из Его руки. Затем круговым движением кисти Он извлёк из воздуха кольцо и надел его мне на мизинец правой руки. Я тут же почувствовал, как онемение пальцев почти прошло, а также прекратилось дрожание правой руки и ноги". Тут необходимо упомянуть, что излечение было стойким, а не временным, ведь медицина утверждает, что болезнь Паркинсона (Paralysis Agitans) – одна из наименее поддающихся лечению, даже в плане облегчения её симптомов!

Но помимо этого чудесного избавления от телесного недуга, который Мунши сносил стоически, Саи устранил и затруднения, стоявшие на пути семидесятилетнего учёного, принявшего Его в качестве гуру, которого долго искал. Баба посетил дом Мунши, и все члены семьи прониклись к Нему доверием. Он убедил их, что был с ними в тёмные годы испытаний и жертв, мученичества и власти, разочарований и решимости, возвращения к жизни и восстановления сил. Он рассказал сыну Мунши, что был с ним годы назад, когда тот вынужден был слезть с поезда и искать приюта у начальника придорожной станции! Баба взял на Себя бремя дарования всем его родным и близким здоровья и счастья, ибо никто не может остаться за чертой Его любви. "Он отличается способностью сеять в людях семена веры, – семена, которые, прорастая, освобождают их от алчности, ненависти и страха", – пишет д-р Мунши.

Поэтому неудивительно, что все мысленные оговорки, с какими Мунши приближался к Саи Бабе, которого принял было ещё за одного "Бабу" среди многих, повстречавшихся ему в его полной перемен жизни, бесследно исчезли в тот миг, как он признал Реальность, и он без колебаний заявил об этом на страницах одного из ведущих периодических изданий – журнала "Бхаван", выпускаемого тиражом в 50 000 экземпляров. После победного шествия по Британии Юлий Цезарь произнёс фразу, ставшую исторической: "Вени, Веди, Вици (Veni Vedi Vici) – Пришёл, увидел, победил", – здесь же прозвучало: "Пришёл, увидел, побеждён!" Это случилось не только с Мунши. Каждый, кто придёт к Бабе и увидит Его ясными и чистыми глазами, испытает то же самое.

18-го по специальной просьбе Индры Дэви, задумавшей своеобразную кампанию – "Поход во имя Света во тьме" – ради озарения и просветления ада человеческого сердца, одержимого ненавистью, Саи Баба зажёг в Дхармакшетре светильник Вечного Огня. Этот светильник и зажжённые от этого святого пламени другие светильники будут служить, изливая свет любви на тех, кто на них медитирует.

Восхождение Солнца Саи заставило обеспокоиться некоторых крупных предпринимателей. Сбитые с толку тем, что миллионы людей направляются туда, где бывает Саи Баба, расчётливые дельцы, торгующие религией, перепугались, что поток традиционных даров и подношений, пожалуй, скоро пересохнет, что составит угрозу самому их существованию. Как они могли понять, что Саи явился, чтобы напоить каждое растеньице в "саду веры", что Он – не сеятель раскола, а великий примиритель, горняя вершина, явившаяся одним – Шивой, другим – Вишну, Христом, Аллахом или Буддой в соответствии с их верованиями. Жёлтая пресса поддалась искушению, распространяя сплетни и поношения; более ответственные периодические издания пытались разобраться и понять. Они предложили своим представителям встретиться с Саи Бабой и постараться измерить глубину этого редкостного феномена. Около 30 специальных корреспондентов, представляющих ведущие англо- и индоязычные газеты, 21 мая прибыли в Дхармакшетру. Предлагаемые ими вопросы, естественно, были вызваны любопытством; они хотели знать цель и "модус операнди", то бишь "способ производства чудес", совершаемых Саи Бабой. Баба в ответ заявил, что "чудеса" – это скорее свидетельство божественности, чем её демонстрация. "Это любовь побуждает Меня давать, и когда Мне хочется дать что-то человеку, эта вещь в тот же миг готова. Волею Своей – санкальпой – Я могу обратить землю в небо, а небо в землю, но не это знак божественной власти. Любовь, сострадание, высшая терпимость, проявляющаяся во взаимодействии со всей этой бренностью и фанатизмом, решимость исцелить всех – вот это исключительный знак", – заявил Он.

И те, кто явился проверять, были призваны поучиться. Он посоветовал газетчикам подчёркивать в печати единство индийской культуры, достоинства индийского образа жизни, вместо того чтобы играть на раздорах и недостатках. Он пожелал им не впадать в крайности лести и клеветы; просил их не возбуждать гнев публики и не воскурять слишком много фимиама, а представлять и правдиво освещать все примеры служения и жертвенности.

24 мая Баба на машине выехал в Гуджарат, – штат, пропитанный преданностью Саи благодаря множеству центров изучения Его вести и кружков пения бхаджанов, а также чудесам, творимым Его волей. На пути в Бароду Он посетил Навсари и Сурат, где провёл день, встречаясь с преданными из близлежащих мест. Затем Баба вернулся в Бомбей, откуда уехал в Пуну. В Пуне Он был принят представительством штата Андхра (не из-за какого-то языкового или регионального ярлыка, поскольку какая географическая область может заявить, что связана с Ним более, чем другая? Он принадлежит всему человечеству). Баба говорил о снедающих людей проблемах и об их истинных и ценных решениях, предложенных мудрецами тысячи лет назад. Народ Пуны был благословлён даршаном и нектаром Его беседы. На пути в Хайдарабад Саи остановился в Шолапуре, где в Своём обращении к людям побуждал их исследовать свои внутренние резервы и учиться проявлять их. "Развивайте непоколебимую веру в себя, в свою способность жить хорошо и долго и быть полезными другим", – призывал Он. И в Хайдарабаде весть Его стала укрепляющим средством для сбившихся с пути и колеблющихся. "Будьте бодры и веселы. Взращивайте веру в Бога, держитесь благого общества, храните дисциплину и высокие идеалы служения. Контролируйте органы чувств; избегайте смотреть на дурное, слушать дурное, смаковать дурные мысли, дурные зрелища, скверные слова и вести. Идите прямым, а не кривым путем. Не читайте скверное "чтиво" и не смотрите грязных фильмов. Дисциплинируйте колеблющийся ум с помощью бхаджанов, нагарасанкиртана и повторения имени Божьего", – наставлял Саи. 10 июня Он вернулся в Прашанти.

Эту главу вполне можно закончить выдержкой из письма Чарльза Пенна, написанного им по возвращении в Америку, после того как его опьянил первый "физический" даршан Саи и он укрепил свою веру и преданность тем, что увидел в Дхармакшетре и на Всемирной конференции в Бомбее, и в особенности впечатляющим откровением Саи о том, что Он – единый Божественный принцип, явившийся в человеческом облике.

Баба явился ему в его доме в Штатах и сказал: "Ты, Чарльз, видел в Бомбее десятки тысяч ищущих освобождения, жаждущих хотя бы раз взглянуть на Меня. Но это – всего лишь капля в океане в сравнении с неисчислимым множеством незримых душ, старающихся достигнуть Меня из-за пределов смерти. И всем Я дарую Свой свет и Свою любовь, каждому помогаю идти вперёд – к освобождению, к избавлению.

Всем, кто приходит ко Мне в своей нынешней форме, посчастливилось достигнуть этапа, когда они начинают "видеть" Реальность. Те, кто тоскует о возможности увидеть Меня в Моей нынешней форме, получают ответ на свои молитвы; каждому Я даю любую возможность даршана, так как они заслуживают и обретают Мою любовь.

Кроме того, Чарльз, есть и те, кто может и не увидеть Меня в этой конкретной форме, в этом конкретном облике. Они, тем не менее, всё-таки достигли Меня через кого-то из друзей, через книги или фотографии. И каждому из них, если его стремление велико, Я даю Свой даршан внутренне. И их Я люблю так же глубоко, ибо и они начали видеть себя "вне тела" – как божественную душу.

Это – истинный прогресс на пути к самопознанию. Они могут обрести освобождение и мир через любовь к Господу в медитации. Все, кто медитирует на Меня как Единого с множеством имён и образов, обретут мир – шанти".


Глава 3

ПРОБУЖДАЮЩИЙСЯ КОНТИНЕНТ

"Я решил окружить всех людей мира заботливым вниманием всеобщей любви, как было сказано в Ведах. Ибо мир – Мой дом, Мой дворец, а континенты – это залы в нём. Я явился, чтобы вписать золотую главу в историю человечества, где ложь потерпит неудачу, истина восторжествует и воцарится добродетель. Силу будет иметь характер, а не просто знание, искусное мастерство или богатство. Истинная мудрость будет возведена на престол в Советах наций.

Не дайте ввести себя в заблуждение. Моей целью вовсе не является оглушить людей проявлением чудесной власти! Я пришёл, чтобы даровать благословение, ниспослать блаженство в награду за подлинную духовную устремлённость и вести людей к свободе, свету и любви".

Такими словами Баба завершил Своё откровение о Себе и о Своей миссии на Земле, и оно привело в трепет 1700 делегатов, которым довелось слышать Его.

В последний день июня – всего через 50 дней после этого заявления – Баба сел на Боинг, вылетающий из Бомбея в Восточную Африку. Это был Его первый вояж за пределы Индии – физически, – предварительно объявленный и предпринятый вместе с Его окружением.

Он летел в молодые республики континента, только возникающие на заре нового дня. Ему предстояло придать людям смелость, дать им утешение, соединить сердца и ускорить кровообращение любви! Баба всегда спешит туда, куда призывает Его устремление людей или их пылкое рвение.

Граждане Бомбея простились с Ним на грандиозном публичном митинге, созванном в Дхармакшетре 29 июня. А потом, в аэропорту, толпы людей усыпали прилегающий бульвар с газонами, тысячами пробивались на взлётное поле и со всем энтузиазмом приветствовали Его, пока самолёт взлетал!

В полёте со скоростью 590 миль в час на высоте свыше 35 000 футов Саи был занят тем, что даровал пассажирам, многие из которых за этим и отправились в полёт, такие знаки милости, как автограф на книге или фотографии, горстки созданного тут же целебного пепла и ответы на вопросы, решающие сугубо личные проблемы.

Член нашей группы Боб Реймер из Лос-Анджелеса заметил, что Саи прижал обе ступни к склонённой спинке пустующего переднего кресла, и не упустил такого шанса. Он дважды щёлкнул затвором фотоаппарата и получил два снимка лотосных стоп, почитаемых миллионами людей. Саи же при этом вынул из кармашка за своим сиденьем одну из открыток и написал краткое ласковое замечание с адресом "Бобу, Боинг-707!" Боб ответил восторженным извинением на другой открытке: "И океан и небо мы видим голубыми, желание исполнилось – с Тобою мы летим!"

На самом же деле небо не всегда виделось голубым. Чаще всего оно было пасмурным, покрытым огромным скопищем медлительных дождевых туч, плывущих в Индию. А море отражало небо; временами на поверхности его мелькали росчерки серебристой ряби. Самолёт словно висел между небом и землей, а море и сушу кто-то отбрасывал назад незримой рукой. Вскоре, насколько мог видеть глаз, взору открылись мерцающие россыпи камней и валунов с отдельными пятнами зелени. Но клочья перистых облаков скоро скрыли землю. Объявили гору – Маунт Кения! Мы видели лишь её зазубренную голубую корону над млечным морем.

Мгновение спустя море оказалось над нами! А под нами сверкали на солнце, отражая его лучи, одеялом из цветных лоскутков красные и коричневые крыши Найроби! Часы в салоне показывали без четырёх 12, тогда как наши часы настаивали на том, что сейчас уже 2.24 пополудни.

При выходе из самолета Баба был встречен возгласами: "Нандалала! Йяду Нандалала!", – рвущимися из жаждущих сердец тысяч людей, расположившихся на всех доступных, более или менее удобных местах. Когда вся наша группа прошла через все стойки и коридоры, заполнив все бланки, анкеты, поставив штампы и подписав сертификаты, – преодолев, наконец, все барьеры общепринятой рутины, машина д-ра Патела, украшенная цветами, умчала Саи Бабу к собранию, откуда и доносились звуки приветственного бхаджана.

"Это был праздник для ушей и глаз: зрелище, где отовсюду сыпались цветы, переливались и сверкали огоньки и все пели мелодично и от души, – сказал Саи. – Мне припомнились дни, когда Джаядева и Гауранга воспевали хвалу Господу".

Нам предстояло проследовать в Кампалу – столицу Уганды, страны, называемой "Жемчужиной Африки", – проделав путь длиной в 407 миль. Машины мчались быстро, чему способствовала прекрасная прямая дорога через многие мили восхитительного пейзажа.

Государственный девиз Кении, по которой мы ехали, пока нас не окутала ночная мгла, – "Марамби – Сплотимся", и дух этого призыва явственно угадывался на всем пути: в полях пшеницы, на скотоводческих фермах и в группах селян на обочине, полных кипучей энергии. Они весело танцевали и прыгали, сжимая в руках зелёные ветки, которыми энергично размахивали в воздухе.

И скука монотонной езды скрашивалась прекрасными видами аллей деревьев, обступающих дорогу. Их мирная зелень вместе со свежей прохладой воздуха по мере того, как мы поднимались всё выше и выше, создавала уютный настрой. Дожди, выпадающие на этой земле в течение всего года, породили множество журчащих потоков и чистых прозрачных озер.

Промелькнула Долина ущелий, о которой я когда-то читал, изучая антропологию в колледже Майсура. Она обрывалась вниз на две тысячи футов, зияя вертикальными обнажениями скальной породы. Мы видели содовое озеро Накуру и городок, носящий его имя. Там нас ожидало большое собрание жаждущих увидеть Саи африканцев и индийцев, они были вознаграждены даршаном. Баба ходил среди них и обнаруживая тех, кто нуждался в вибхути, сотворял его и благословлял их.

В Малабе, на границе Уганды, перед машиной Саи появился внушительных размеров автомобиль "почётного караула" как знак и символ того, что Его приветствуют руководители этого государства. Машины приближались к Джиндже, где Нил берёт начало из озера Виктория и, направляемый по каналам турбинами, течёт на север, во исполнение своего обета 3500-мильного паломничества к Средиземному морю.

В Кампалу прибыли в 1.30 ночи – не самое подходящее время для сердечного приёма радостной толпой. Но у Бабы свои законы. На улицах широко развевались приветственные шёлковые флаги, через каждые несколько метров вырастали цветочные арки (кто-то из группы насчитал ровно 108), вспыхивая огнями, как только под ними проезжал Саи. У бунгало д-ра Патела две тысячи человек распевали бхаджаны с неослабевающим пылом, – в надежде, что Саи даст им желанный даршан. И Саи их не разочаровал. Выйдя из машины, Он медленно прошёл среди них, радуя глаза и сердца. Их сдержанность и почтительность были исключительными.

Весь город знал, что Баба прибыл и будет даровать даршан, когда взойдет солнце; никогда ещё Кампала с таким нетерпением не жаждала рассвета, как в ту ночь! И Баба вышел ранним утром. Он стоял, взирая на беспримерно громадное скопление народа. Он шёл, легко и изящно, по узкому проходу между громоздившимися глыбами человеческих масс, изливая на всех Своё высокое сострадание.

Завидев грустное лицо или заслышав тяжкий вздох, Он на миг останавливался и лёгким мановением руки творил божественное лекарство. Он прошёл к рядам скромно стоящих с краю африканцев; многих Он брал за руку и Сам провожал к сидящим в тени, чтобы они могли уютно присесть, внимая пению бхаджанов. Нам казалось, что это именно те Его преданные, благодаря которым Он и прилетел из-за моря и теперь "из рук в руки" дарит им здоровье и счастье.

"Мне нет нужды осматривать какие-то места. Я – везде и всюду, всегда! – говорил нам Баба. – Вы можете поездить вокруг. У Меня же есть дело, ради которого Я приехал". Но д-р Пател убедил Его посетить индуистский храм, Молельный дом Бахаи и телебашню на горе. На пути вниз Он подозвал констебля – ростом в шесть футов – из мотоэскорта и сотворил для него красивый медальон с образом Христа, чтоб тот носил его на шее. Он знал, что этот человек – христианин.

Саи Баба пришёл, чтобы укрепить, а не разрушить или поколебать веру в Бога. Его любовь не терпит ни преград, ни границ, ни стен, отделяющих какой-то один "изм" от другого. Во время бхаджанов Он находил больных и немощных, глухих и немых, слепых и увечных и, уводя их в бунгало, говорил с каждым нежно и ласково. Он говорил на суахили (местном наречии), на английском или хинди и вручал каждому какой-нибудь знак милости – священный пепел, талисман, медальон со Своим портретом, образом Христа или каким-то особым узором. И у каждого, выходящего из помещения, были – на лице улыбка, в глазах блеск, свет солнышка в сердце и твёрдая поступь. От рождения глухой человек, выйдя от Него, был поражен дивным миром звуков. Мальчик, больной полиомиелитом, вышел торжественно-гордым шагом; а пациент, которого вкатили в этот "Приют надежды" на коляске, вышел, обхватив за плечи своих спутников, а один из добровольцев выкатил из двери пустое кресло.

3 июня был памятным днем. Началось с перелёта к кратеру Нгоронгоро. Это крупнейший заповедник дикой природы в Африке. Добравшись на машине до международного аэропорта в Энтеббе, в 9 утра Саи Баба с несколькими членами группы взошёл на борт двухмоторного самолета; а трое из нас, полностью доверившись Ему, отбросили страх, возбуждаемый слишком заботливыми друзьями по поводу того, что одномоторный аэроплан – это не то средство, на котором стоило бы летать над джунглями, кишащими хищниками!

Мы последовали за Бабой в этой хрупкой летучей тележке, пилотируемой ветераном-британцем, который, впрочем, сохранял невозмутимое спокойствие. Часа полтора мы летели над необъятным простором внутреннего пресноводного моря – над озером Виктория, которое Нил тщетно пытается осушить. Когда мы медленно пролетали над национальным парком Серенгети, мы видели стада сотен газелей, зебр и диких зверей. Кратер представляет собой громадную, овальной формы равнину в более 127 кв. метров лугов и пастбищ, кустарников и лесов, дающих приют огромному разнообразию дикой фауны. В этом фантастическом месте должны были находиться и несколько представителей масаи маниатта – особой породы тучного скота.

Когда мы с посадочной полосы ехали к чаше кратера, семейство диких слонов встретило нас мягкими хлопками огромных ушей и целым строем блестящих на полуденном солнце бивней. Лэндроверы доставили нас в густые заросли с обитающими в них дикими буйволами, зебрами и антилопами. Скоро мы вступили во владения симба – львов. Из безопасного укрытия своих машин мы восхищались мощным самцом, позёвывающим на ближайшем возвышении, а рядом резвилась пара самок, устроившихся в траве на свою сиесту! Мы встретились с ещё несколькими такими семействами и скоро они нам полюбились. Саи, как мы чувствовали, приехал благословить их. И тут, возникнув словно бы ниоткуда, достойная дама-львица величественно направилась к группе красавцев-жирафов. Об этой внезапной опасности длинношеему братству сообщили птицы, а те, в свою очередь, потревожили буйволов, зебр и гну! И через несколько секунд они исчезли в дали, и знатной леди осталось лишь нюхать воздух!

Саи Баба обратил наше внимание на это проявление взаимопомощи. Он сказал, что в борьбе за выживание человек склонен к конкуренции и соперничеству, а животные учат его идеальным средствам безопасности – сотрудничеству и взаимному служению.

Мы "снялись" от кратера в 4 пополудни, и когда приближались к озеру Натрон, самолёты пролетели в опасной близости к молодому вулкану, испускающему воскурения богу огня! Нашей мини-тележке в ожидании сигнала аэропорта пришлось немного повисеть в воздухе над Национальным парком Найроби, подарив нам с высоты птичьего полёта прекрасную возможность посмотреть на жирафов и страусов, прежде чем приземлиться в Эмбакаси.

Машина Бабы медленно ползла по переполненным улицам Найроби к парку, где Ему предстояло впервые обратиться к огромному собранию африканцев. Прилив слушателей не знал себе равных в истории Кении, так как ни один гость страны до сих пор не вызывал такого всеобщего тяготения. Там были ярые единоверцы и люди веротерпимые, скептики и садхаки, учёные и спиритуалисты, мужчины и женщины всех слоёв общества, полные жажды увидеть Его, услышать, а по возможности и быть Им принятыми. Баба воздвигает Свой алтарь в сердце каждого, скрепляя камни истины цементом любви.

В Своей беседе Он подчеркнул, что каждое человеческое существо, а фактически и всякое существо есть искра сияния божественности, волна божественной славы. Он советовал всем смотреть глубже цвета кожи, видеть то, что находится внутри физического, умственного и даже интеллектуального обрамления. "Это жилище из плоти и крови, прибежище страхов и чувств, сомнений и желаний, есть обиталище единого, неделимого, всепроникающего Бога". Уж Саи-то знает, что такое видение является самым твёрдым основанием и самым надёжным средством обеспечения расовой и национальной гармонии.

Саи вернулся в Свою резиденцию и благословил огромную волнующуюся толпу собравшихся. Потом Он присел у телевизора, который многие в Его группе видели впервые. Показанная программа вызвала замечание Саи о том, какое зло сеет это "окно в мир". "Цель спонсоров – собрать перед экраном побольше людей и оттого уровень вульгаризируется, и этот ценный инструмент воспитания из "телевизора" становится "теле-вишамом – теле-ядом"!" – сказал Он. Саи – неумолимый противник "боевиков", комиксов и фильмов ужасов, сеющих семена чувственности, алчности и кровожадности в незрелых умах.

Найроби – единственный город в мире, в предместьях которого обитают львы! И каждое утро его будит мощный и свободный рёв этих царственных кошек. Утром 5 июля мы отправились в Национальный парк и прошли к бассейну гиппопотамов. Там было целое сборище этих чудовищ, а рядом на солнышке грелись несколько крокодилов. Саи заметил нам в связи с этим, что животные мудрее человека в умении жить. "А мы уничтожаем свой собственный вид к вящей славе своей!" – сказал Он.

На обратном пути мы видели двух великолепных львов и трех холёных львиц, лениво развалившихся на солнце. Они и глазом не моргнули, когда защёлкали фотоаппараты. Более того, они даже прихорашивались, как кинозвёзды в окружении своих поклонников! Мы видели также много страусов и неуклюже спешащих на какое-то таинственное рандеву жирафов.

После обеда д-р Пател повёз Бабу и всю группу в Наниуки – городок, стоящий на 6 400 футах над уровнем моря, – где, если вы хотя бы немного поэт, то непременно испытаете трепет, ступив одной ногой на Южное, другой – на Северное полушария, так как через это местечко проходит экватор! Главный предмет гордости местного отеля – линия экватора, пересекающая его веранду.

Дорога в Наниуки явила нам плантации кофе и сизаля (агавы); крытые соломой хижины Кикую взирали украдкой на наши автомобили. В Затерянной долине мы остановились в выстроенном на высоких сваях отеле "Верхушка деревьев", откуда ночью при "искусственной луне" мы видели терзающих свою добычу леопардов, лижущих соль бизонов, а также слонов, газелей и других животных, демонстрирующих свою красоту и большей частью явно получающих удовольствие от жизни.

Был четверг, и Баба от этой слоновьей фантасмагории и звериных ужимок обратил нас к джунглям наших собственных умов и объяснил, как изловить укрывающихся там диких зверей. Он говорил нам о дисциплине, которая может усмирить и приручить их. Неожиданно Он круговым движением сотворил драгоценный камень с оттиском Своего лица и вложил его в руки сидящего рядом с Ним человека. – "Вот! Носи! Ты много лет так желал его". Затем, повернувшись к нам, сказал: "О, да вам всем чего-то хочется, ведь так?" Последовало новое мановение руки. Теперь в руке у Него был золотой сосуд. Когда Он открутил крышку, сосуд оказался полным до краёв божественной амброзией! Аромат невыразимый – густой, сладкий напиток милости!

На следующее утро на обратном пути в Найроби Саи Баба останавливался в Наниуки и во многих других городках и селениях, где Его ожидали толпы людей. "Кто сообщил этим людям, что Я буду проезжать здесь?" – удивлялся Он. Должно быть, они почувствовали это благодаря Его состраданию, – вот единственное объяснение, какое мы можем предложить. Около полудня Баба вместе с остальными сел в ожидавший нас самолет, и мы, пролетев над Долиной ущелий, знаменитым кенийским нагорьем и портом Кусуму на озере Виктория, приземлились в Энтеббе.

Во время пребывания Бабы в Кампале многим удалось получить благословение и совет. Главный представитель Индии Шри Сингх, начальник штаба армии Уганды генерал Иди Амин, министр обороны Онама, министр связи и радиовещания Оджира, министр внутренних дел Батарингайя, главный инспектор полиции Ориема и другие африканские лидеры встретились с Ним в резиденции д-ра Патела и стали свидетелями Его славы. За время Своего пребывания там Саи обращался к собранию известных лиц города, к членам Клуба деловых людей, к группам врачей, бизнесменов, тружеников организаций служения. Со Своей естественной мягкостью, теплотой и чувством юмора Он отвечал даже на сокровенно-личные вопросы участников этих встреч. К концу таких встреч Он проходил среди участников, творя и раздавая им образки в эмали или золоте: Христа – христианам, Гуру Нанаки – сикхам, Заратустры – парсам и Свои – желающим именно их. Он ласково и долго беседовал с группой студентов университета Макрере и по их просьбе встал среди них для общей фотографии.

Во время таких групповых встреч задавались самые разные вопросы. Например: "Если Бог есть, почему мы не можем Его увидеть?" – "А зачем вам стремиться увидеть Бога? Вы – Бог. Нет ничего, что бы не было Им. Воспринимайте Его таким образом"; "Как нам всегда быть счастливыми?" – "Извлекайте радость изнутри, – ответил Саи. – Вы все – Атман, вечный источник блаженства – ананды. Любите всех, и тогда никто не будет вас ненавидеть или завидовать вам". А врачам Он сказал: "Зависть – профессиональная болезнь врачей и юристов! Радуйтесь, когда другой врач заслужит хорошую репутацию или заработает хорошее вознаграждение; уважайте торжественную клятву, которую вы дали при получении звания".

7-го Саи обратился к первому публичному собранию в Кампале, заявив присутствующим представителям многих рас и вероисповеданий: "Как одна и та же кровь циркулирует во всех членах тела, так и единый Божественный принцип активизирует всю вселенную. Не втягивайтесь слишком глубоко в водоворот жизни и не игнорируйте то родство, что связывает вас со всеми окружающими. Не акцентируйте чрезмерно индивидуальную рознь, но сосредоточьте внимание на всеобщем единстве. Созерцайте не бусины, а нить, навеки скрепившую их в одно целое". Это была ободряющая весть, и её с энтузиазмом восприняли мусульмане и христиане, бахаи, индусы и парсы.

8 июля Саи обратился в Кампале к другому большому собранию. "Здесь в Кампале, – сказал Он, – Я буду говорить о том, что нужно человеку, чтобы быть довольным своей жизнью, как прожить её достойно и счастливо". И Он подробно рассказал о дисциплинах, необходимых для этого, таких как дхьяна и према – медитация на Господа и божественная любовь. "Любовь – это сила; любовь – блаженство; любовь – свет; любовь – Бог", – сказал Баба.

Эти беседы сделали Бабу близким сердцам африканцев. Люди признали в Нём друга, помощника, лидера и наставника. Но тут разнеслась весть, что 10-го Саи улетает в Индию, поскольку этот день – день Гуру Пурнимы. И в тот вечер, когда Саи шёл среди тысяч людей, сидящих на пандале, ряды африканцев склонялись, протягивая Ему записки и письма, некоторые со слёзной мольбой. Глядя из окна бунгало д-ра Патела на лица, полные обожания, я не мог удержаться от слёз. Мною овладело радостное чувство признательности за предоставленную мне Саи возможность стать свидетелем этого спонтанного взрыва преданности. Я был пробужден от своих грёз легким хлопком по спине: "Отчего слёзы?", – спрашивал Саи. Записки и письма были полны скорби, так как африканцы узнали, что Саи собирается улететь в Бомбей 10-го. "Отец, не оставляй нас так скоро!" – стенала каждая молитва.

И в Индию отправилась телеграмма, что возвращение откладывается.

День полнолуния, когда духовно ищущие заново предают себя стопам Учителя, был 10-го числа. Саи Баба говорил в Бомбее, что прибудет в город самолётом в 9.45 вечера, покинув Кампалу в 11 утра, с тем чтобы и Африка и Азия испытали трепет Его даршана в один и тот же день! Но, склонившись к жалобным мольбам африканцев, Он решил провести весь день в Кампале, предоставив преданным других континентов иные свидетельства Своей вездесущности.

Более 25 тысяч человек собрались в то утро на бхаджаны. Африканцы присоединились к хору, в котором солистом был танзаниец г-н Зуду. Более двух часов Саи медленно ходил по рядам собравшихся – одиноких и жаждущих любви сердец, вручая каждому горстку сладостей и пакетик вибхути. Большинство с удивлением обнаруживали в пакетике скрытый пеплом эмалевый или металлический образок Христа, изображение креста, образ Кришны или самого Саи Бабы. "Уганда Аргус" опубликовал статью, где заявлялось, что Саи Баба принёс народам этого континента весть единства и служения. Беседы и деятельность Бабы передавались и широко освещались на телевидении и радио, чтобы всё население могло черпать вдохновение от Его "Евангелия".

Вечером 10 июля Саи говорил с 200-ми мужчинами и женщинами, работавшими волонтёрами во время бхаджанов и даршанов. Его милостью одарены были и полицейские, исполнявшие свои обязанности, и водитель машины почётного эскорта. Баба высоко оценил дух служения и благоразумие молодежи Кампалы. Позже в Бомбее Он говорил о них: "У них не было опыта проведения таких огромных собраний и управления ими, не было и соответствующих навыков, они были сами себе советчиками, но они вели себя с примерным терпением и бдительностью. Они трудились без устали, работая круглосуточно, дружно и толково".

11-го числа после бхаджанов, на которые изо дня в день в столицу стекалось всё больше и больше народу из ближних и дальних мест, Саи встречался с группами садхаков и активистами групп служения из обширных государств Кении, Танзании и Уганды. Затем Саи посетил клинику д-ра Патела, а также дома многих преданных последователей. Куда бы Он ни направлялся, за ним спешили толпы людей, жаждущих ещё одного проблеска Его лучезарности и часами выстаивающих у ворот или на мостовой.

12-го Саи выехал к Национальному парку у Мерчисонского водопада, в одно из самых красивых и богатых фауной мест Восточной Африки. Прямая дорога, то и дело взлетающая на плечи вереницы холмов, так и искушала водителя ехать побыстрей и обойти идущие впереди машины. В результате, на огромной скорости не "вписавшись в поворот", машина подпрыгнула, несколько раз перевернулась и остановилась наконец, жалобно затихнув.

Машина Саи уже выехала за Масинди – миль за 20 от нас. "У второй машины авария, – сказал Он людям в Его машине. – Они продолжат поездку на такси!"

Нас четверых кинуло вверх, вниз, и мы оказались сплошь в синяках, шишках, ушибах и порезах! Водитель выпал из машины, а его друг слева силился открыть заклинившую дверцу неповреждённой левой рукой. Подушка с заднего сиденья была у меня на голове, втиснутая между нею и прогнувшейся крышей. Я оказался сидящим верхом на груди соседа, а на его сорочку ручьём текла кровь из глубокой раны у меня на лбу – от очков, разбившихся, когда я стукнулся неизвестно обо что!

Тут подрулила третья машина, и наши друзья, очень взволнованные, осторожно вытащили нас. Больница оказалось совсем недалеко от того места, где машина показала нам незапланированную достопримечательность – "Каскады Кастури". Я вошёл туда сам, несмотря на кровоточащую рану, подбитый глаз, порез на левой ноге и большую шишку – на правой! Я пострадал больше всех, спасибо Бабе! Поступление (как было отмечено африканским доктором в больничном бланке, который до сих пор у меня, хотя на нем ясно напечатано, что это – "собственность больницы") датировано 12-7-1968. Фамилия: Кастури. Номер: 11112/68 г. (хорош был бы номер, если бы я оказался предыдущим!) Диагноз: малые порезы. (По милости Саи!) Лечение: местная обработка ран. Инъек. Анти-токсоид 1500".

Мне оставалось лишь посмеяться над собой, беспомощно взлетавшим в опьяненной скоростью машине и оседлавшим грудь соседа! Скорость поистине опережает падение! Саи всегда советует: "Выезжай пораньше, поезжай не спеша, прибудешь целым и невредимым!"

Тот роковой поворот перед больницей я запомню навсегда. А само название местечка загадочно и полно обаяния. Повторение этого названия, быть может, отвратит от меня будущие автомобильные злоключения. Наккасонгола! Вот какое слово. Чудотворное созвучие! Мне хотелось бы когда-нибудь водрузить на этом месте камень с надписью: "Здесь четверо вскричали "Саи Рам"! И были спасены".

Мы все втиснулись в третью машину и устремились к Масинди. Там мы взяли такси и поехали к Бабе. На подъезде к парку мы увидели радушное объявление: "Слоны имеют право прохода!" И я решил, что мы в этот день увидим целые стада.

Мы заметили пару гигантских бизонов, жующих придорожную траву; они довольно злобно уставились на нас. Наши машины на паромах переправились через широкий зелёный Нил и, пройдя между двух живых статуй "тембо" (слонов – на суахили) с острыми белыми бивнями футов в 5 длиной, помчались к бывшему охотничьему приюту – "Пра Сафари". Саи вышел вперёд, чтобы приласкать нас, и слушая наш рассказ об инциденте, о котором уже знал, утешительно похлопывал нас по спине.

О! Вся эта кутерьма и суматоха в машине стоили того! Ни одна земная мать не может проявить больше сострадания к своему поранившемуся ребенку. Тут же было готово целебное вибхути. Он Сам приложил его ко всем порезам, повязал Своим платком мой подбитый глаз, извлёк из воздуха какие-то мази и таблетки, нежно растёр и погладил больные места, привлёк нас к Себе, утешая и подбадривая, придал нам сил, чтобы мы поскорее выкинули из головы картину случившегося. Я благодарил Наккасонголу и нашего лихача-водителя за этот уникальный дар божественной заботы.

Через несколько минут мы уже плыли на моторной лодке вверх по Нилу к Мерчисонскому водопаду в 15 милях от "Сафари". Лодка проходила мимо целых "аудиторий" бегемотов, залегших вплотную туша к туше, и из воды показывались лишь глаза, макушки и кое-где носы! Некоторые из них были и на суше с красными, толстыми, как бочки, детёнышами, выглядывающими из густых зарослей папируса. Тут же сидели и крокодилы с открытой пастью, но ни страшный хвост, ни хищные челюсти нимало не пугали "гиппо".

Крокодилов мы видели и в воде, а берег, где их были сотни, а может и тысячи, казался живым от сплошного слоя покрывавших его крокодилов. Уинстон Черчилль, который в юности прошёл через эти джунгли и проплывал этот участок Нила на лодке, выстрелил из ружья в одного из дремлющих ящеров. "При звуке выстрела, – пишет он, – весь берег реки, который до того был просто длинной коричневой полосой ила, бешено рванулся в Нил. Этот единственный выстрел разбудил и спугнул по меньшей мере тысячу крокодилов". Саи заметил птичек-ржанок, порхающих по крокодильей зоне; некоторые из них отваживались даже устроиться внутри жутких зубчатых капканов их пасти! "Видите, какую взаимную услугу оказывают друг другу птичка и животное!" – сказал Он. Да, ржанки – единственные птицы, которых крокодилы терпят и даже приветствуют, те поедают паразитов с их чешуек и извлекают разлагающиеся частицы пищи, застрявшие между их смертоносных зубов!

Вернувшись в "Пра Сафари" и переправившись через Нил, наши машины доставили нас по земле слонов к Нилу выше водопада. Стада из 30 или 40 слонов на расстоянии выглядели вроде отар овец, мирно пасущихся по склонам, когда же мы подъехали поближе, то зрелище это исполнило нас восхищения и удивления. В нескольких метрах от машины, в которой был Саи, остановился бык, и чтобы дать ему полноценный даршан, Саи встал на подножку! Казалось, бык был весьма признателен, ибо он простоял так, взирая на Саи, несколько минут, наполняя свои маленькие глазки обаянием Аватара, затем повернулся и быстро присоединился к стаду.

На поворотах дороги нам слышался непрерывный гул водопада, когда же мы приблизились, он стал громовым рёвом, и вдруг – мы увидели его! Небольшая группа африканцев в бурном восторге танцевала на берегу реки. Африканцы редко сидят тихо. Они начинают живо двигаться, едва попадают в какой-то ритм.

Водопад Мерчисона бурный и завораживающий. Нил пенится и мчится вниз нескончаемым каскадом ступеней до тех пор, пока русло его не стискивается ущельем между скал шириной не более 6 ярдов, и из этой теснины громадная река низвергается единой струей с высоты в 160 футов в жуткую и прекрасную пропасть. Саи был счастлив, что мы видим это возвышающее зрелище. А Боб Реймер сделал несколько отличных снимков Саи Бабы у водопада. Возвращаясь в Масинди по дороге, раскисшей от проливного дождя, мы вынуждены были замедлить скорость, чтобы не буксовать. Ещё одной причиной этого послужили пересекающие шоссе слоны.

Из Масинди мы проследовали в Кикондо за 80 миль, где предстояло торжественное открытие мандира для бхаджанов, выстроенного преданным Бабы в истинно африканском архитектурном стиле. Это было целое поместье, где выращивали рис, сахарный тростник и бананы. Мандир был заполнен сидящими на корточках африканскими рабочими, почтившими Саи как Богочеловека с Востока. Саи сел на специально приготовленное для Него место, но скоро Он уже был среди людей, сотворяя и раздавая сласти и целебные средства.

Он говорил собравшимся африканцам и индийцам, что человек – единственный среди животных, кто уклонился от своего предназначения, тогда как все прочие твёрдо придерживаются своей дхармы, невзирая ни на какие преграды. Тигр никогда не снизойдёт до того, чтобы есть траву, слона не соблазнишь мясом или рыбой. А человек – венец творения – завяз в трясине животных инстинктов, да ещё и гордится этим.

До Кампалы добрались в час ночи. Поздний час только усиливал жажду даршана у тысяч ожидающих, увлечённо поющих бхаджаны. И Саи даровал им желанный дар, пройдя между ними и постояв достаточно долго, чтоб удовлетворить их жажду, на украшенном помосте.

Но 13 июля стал днем всё возрастающего уныния для тех, кому не посчастливилось получить даршан, спаршан и самбхашан (увидеть Его, коснуться святых стоп и услышать Его голос). Из Мвазы, Дарэссалама, Момбасы и Элдоре прибыли люди с просьбой посетить их места. Мэр Кампалы просил хоть ненадолго задержаться. Но Саи Баба всегда везде и всюду. Он являет Своё присутствие всем, кто взывает к Нему, и даже многим из тех, кто не сознаёт, что Бог – среди них и ради них. Так что для Саи нет ни отъезда, ни приезда, ни прибытия, ни отбытия. И все же физическое присутствие вызывает такую беззаветную преданность, что лишившись его, чувствуешь себя сиротой.

14-го за несколько часов до рассвета у двери д-ра Патела собралось полгорода. Потоки машин, самолёты доставляли народ из Джинджи, Импалы, Какины, Импараре, Икайи и Капилы, где действовали общества Саи севы и кружки бхаджанов. "У Меня нет желания ошеломлять или потрясать людей, склоняя их к покорности и низкопоклонству, – заявил Саи. – Я пришёл, чтобы утвердить истину и любовь в сердцах людей". Потому-то тысячи людей и молили Его остаться, или же, если это невозможно, по крайней мере поскорее приехать снова.

Когда Он садился в машину, то даже дюжие полицейские, сдерживающие напирающие толпы горожан, вытирали льющиеся из глаз слёзы! Баба дружески похлопал служивых по спине, но это только усугубило дело! Дорога в Энтеббе была забита легковыми автомобилями, грузовиками, мотороллерами и велосипедами. Самолёт Восточно-африканских воздушных сил, который должен был доставить Саи в Найроби, где ждал Боинг Индийской аэрослужбы, получил небольшое повреждение на взлётной полосе, и таким образом Кампала была вознаграждена ещё двумя часами пребывания Саи на её земле. Девиз Уганды – "За Бога и мою страну". И Саи благословил верных ему людей.

До Найроби долетели в 2.30 дня, и тысячам людей, приветствующим самолёт, выпал совсем краткий даршан, поскольку задержка вынудила службу аэропорта сразу же вывести Боинг на полосу. Мы пролетели над Эфиопией и Сомали, пересекли Красное море на высоте двух с половиной миль и приземлились в Адене в 5.15 вечера. Бомбей был впереди в 1910 милях и двух часах и сорока минутах лёту от нас.

И хотя у Саи здесь не было пересадки, а дата вылета была отложена ещё в Кампале, мы сильно удивились, обнаружив длинные ряды последователей и людей, просто полюбивших Саи – индийцев и арабов, шеренгами проходивших к самолету, чтобы увидеть Его и коснуться лотосных стоп. Саи Баба ласково поговорил с ними и сотворил для них святой целебный пепел.

В 12.45 по индийскому времени самолёт, которому выпала уникальная доля нести в себе самый ценный груз, какой только может предложить мир в наш век, коснулся земли в Санта-Круз, вызвав многократное хоровое приветствие "Джей – Слава!" от десятка тысяч ускоренно забившихся сердец.

15-го Саи обратился к огромному собранию в Дхармакшетре, на котором председательствовал д-р Мунши. Мунши не мог скрыть слёз радости и признательности, сказав: "Мне было больно видеть вокруг быстрое падение веры в Бога и интереса к религии, и я был на грани отчаяния, раздумывая о будущем нашей древней страны. Но, когда я вижу Бхагавана Шри Сатью Саи Бабу и свидетельства того преображения, какое Он вызывает в сердцах миллионов людей, я ободряюсь и радуюсь". А Саи Баба заметил, что расовые конфликты и вражда проистекают от полного неведения человека о своём братстве со всеми людьми.

Он рассказал печальную историю Карны – старшего из Пандавов. Мать (Кунти) положила своего первенца в корзину и отдала водам Ганги; он поплыл по течению, и его подобрал колесничий, воспитавший его как собственного сына. Он представил его ко двору родственников-Кауравов, поклявшихся в вечной мести Пандавам. Карна вырос, став правой рукой всего клана Кауравов. Пандавы ненавидели его и боролись с ним, решив уничтожить его любой ценой. Наконец, им это удалось. И только тогда они узнали, что Карна – их старший брат, рождённый из того же чрева! О, как же они сокрушались, раскаивались и проклинали себя!

Все люди братья, они должны проявлять любовь, служение и уважение друг к другу; но люди не осознают этой истины, они борются, ненавидят и убивают друг друга, отравляя себя мстительностью. "Триумф над кем-то – лишь иное название собственному унижению", – сказал Саи.

"И эту-то истину, это единство, часто неверно принимаемое за различие, когда смотрят сквозь очки эго, Я распространял в Восточной Африке, – заявил Баба. – Люди, которых Я там встречал, и те, кто слушал Мои беседы, уловили проблеск Реальности, на поверхности которой вздымаются и падают волны радости и горя, обретений и утрат, тягот и торжества.

Многие из них говорили Мне, что только просветлённое видение индийских мудрецов может спасти их и наполнить сердце миром. И свет подлинной культуры Индии будет распространяться таким образом от континента к континенту, из страны в страну, от общины к общине – непрестанно в грядущие дни. Это – Моя задача, Моё дело, это – Моя воля", – сказал Он.

Несколько месяцев спустя один учитель из Муганды (Африка) написал: "Баба! Спаси меня, избавь меня от печали! Одному из моих лучших друзей посчастливилось коснуться края Твоего одеяния, когда Ты проходил рядом. Он посоветовал мне молить Тебя и тем спастись от скорби". А духовно ищущий из Муконо писал: "Господь! Дай мне силы простить тех, кто причиняет мне вред; дай мне забыть их оскорбления". Прихожанин римско-католической церкви в Сьерра-Леоне пишет: "Многие из Его речений я записал в блокнот и часто заглядываю в него, когда нуждаюсь в утешении или руководстве. Когда-нибудь, если будет на то Его воля, мне, быть может, посчастливится приехать в Прашанти. А может, этого и не будет никогда, но я буду, как могу, по-своему стараться раскрывать всё возрастающее осознание Бога".

Вот каковы знаки чудесного преображения помыслов, возвышения импульсов, склонностей и взглядов, происходящих в человеке от одного прикосновения к Его одежде, к Его стопам, от случайного прочтения книги – Его или о Нём, от одного-двух Его слов или одного Его взгляда, принятого с благодарностью.

Да озарит свет Его любви и наши сердца, и да воссияет весь мир в этом вечном свете.


Глава 4

ЖИВЫМ ПРИМЕРОМ И ПОУЧЕНИЕМ

Саи Баба спешил из Южной Африки в Бомбей, а из Бомбея, по пути в Бангалор, в Анантапур, поскольку 22 июня 1968 г. Ему предстояло предпринять новый серьёзный шаг в Его кампании возрождения дхармы, ради которой Он и явился. Баба основал в Анантапуре колледж для женщин!

"Новый центр мысли подразумевает новый центр образования", – сказал Ауробиндо. Этот Аватар не несёт с Собою никакого оружия разрушения вроде лука Рамы или диска (чакры) Кришны. Он полагается скорее на воспитание, чем на устранение, на обучение, а не на разрушение. Хороших Он побуждает стать лучше, а лучших – вступить в сферу самых лучших и благословенных. Дурным же Он помогает сбросить оковы малодушия, что держит их в страхе и заставляет в целях самозащиты запугивать других.

Поэтому Саи Баба, можно сказать, главный воспитатель нашей эпохи. Каждое Его слово – мантра, всякая речь – Упанишада, всякое наставление – Гита, всякая песнь Его – святое писание. Беседа с Ним – это крещение верой, паломничество к сокровенной внутренней сути, открытие собственной судьбы и божественной славы. Саи учит садхане – духовной работе – неисправимых, непримиримых, неверующих и незрелых. Он всех забирает под Своё крыло. В Его присутствии невозможно сказать: "Голодные овцы обращают взор свой ввысь и не окормляются" (Из Ветхого Завета – прим. пер.). То могут быть овцы или козы; они, возможно, вообще не обращают взор ввысь; может, и не понимают даже, что голодны; быть может, не отличают доброй пищи от скверной и не сознают, где эта пища доступна в изобилии! Но Саи Баба приласкает их и накормит пищей, которая обеспечит им здравие и безграничное счастье, не подверженное разрушительному действию времени и уколам сомнения!

Баба часто пишет письма тем, кого желает исправить или утешить, или же присоединить к плеяде счастливцев – просветлённых. Он излучает любовь, дружески направляет, строго предостерегает и ведёт Своих садхаков за руку. Написанные Им книги – "Према Вахини", "Джняна Вахини", "Прашанти Вахини", "Дхьяна Вахини", "Дхарма Вахини", "Сандеха Ниварини", "Гита Вахини" и "Бхагавата Вахини" – это сокровища, проливающие свет на сложные и запутанные проблемы духовной дисциплины. Пройдя коридор времени, весь древний эпос и Пураны накопили множество интерполяций благодаря энтузиастам с богатым воображением, что искажает величие оригинала и отвращает искателей божественного нектара. Саи выпустил Бхагавату и Рамаяну в таком стиле, что они стали бесценным руководством для стремящихся к освобождению. Его беседы, которые привлекают десятки тысяч людей даже в самых отдалённых деревнях, возвещают начало новой эры в жизни тех, кто услышал Его, даже если они и не понимают языка, используемого Им; ибо, как говорит Баба, когда сердце с сердцем общается в любви, язык скорее является помехой, чем помощником!

Саи Баба, как воспитатель, не упускает даже часов сна у тех, кого намерен учить. Когда толчком в грудь он разбудил Свами Абхедананду, лежавшего в своей постели в ашраме Раманы Махарши в Тируваннамалаи, почтенный пожилой свами сел и подивился – кто, что и почему! Саи Баба дал ему два даршана - Раманы Махарши и Свой, после чего оба слились во вспышке света. Это должно было открыть свами, что Баба и его гуру – одно и то же. После этого Он рассказал ему на телугу, как следует изменить способы медитации, чтобы избавиться от преследующих его сомнений и колебаний.

Некоторым садхакам Саи является "во сне", по крайней мере так они описывают это потом, и помогает своевременным советом, скажем, таким: "Сосредоточься на вишуддха чакре". Садхака, получивший этот совет, спросил меня – что это за чакра и где она расположена. Оказалось, что эта чакра – центр питания тела, что в то время как раз и было проблемой садхаки. Или: "Почитай и Маханьясу", – посоветовал Он ещё одному санньяси, который слишком увлёкся ритуальным чтением "Деви Бхагаватам". Саи учит также и в медитации, как, к примеру, м-ра Пенна из Калифорнии, когда тот сталкивается с какой-то духовной дилеммой или неразрешимым вопросом. Я приведу здесь две выдержки из письма одного садхаки, – о том, что Саи сказал ему однажды во сне, а тот записал в блокнот, как только проснулся.

"Ты должен быть свободен не только от страха, но и от надежды и ожидания. Верь в Мою мудрость: Я не делаю ошибок. Возлюби Мою неопределённость! Ибо она – не ошибка. Это Моё намерение и Моя воля. Помни, ничто не происходит без Моей воли. Будь тих, спокоен. Не желай понять, не проси понимания. Оставь понимание. Оставь настоятельное требование понимания".

"Медитируй на состояние между бодрствованием и засыпанием, познай, как непосредственно, тесно и глубоко оно соединяет в себе то и другое. Там действительно есть ощущение "ухода"; тело слабо. И осознание слабо. И пусть ощущение Бога овладеет тобой как сон".

Явившись преданным во сне, Баба разучил с ними новые бхаджаны, сидя перед ними, как учитель музыки, под конец наказав спеть их на праздновании Дасары в Путтапарти. И потом, уже в Путтапарти, Он напомнил им о том, что надо спеть эти бхаджаны! Один из Его последователей однажды так втянулся в судебную тяжбу, что почти обанкротился. И явившись ему во сне, Саи просто сказал: "Собственности узы – ненужная обуза!" Саи Баба как воспитатель и как Воплощение, явившееся воспитывать, занят этим по всему миру во всякое время.

Его первые слова, открывающие каждую беседу, – "Дивьяатма сварупулара! – Воплощения Божественного Духа!" В них вся полнота и суть Его учений. Человек должен осознать, что он есть Атман – неодолимый, неразрушимый, безграничный Дух, что он – сат-чит-ананда (бытие-знание-блаженство), волна океана, который есть Бог. "Свасварупа – анусандханам – бхактиритхи – абхидхиятхе (Осознание этой истины о себе есть бхакти, преданность)", – сказал Шанкара.

Баба настаивает на том, чтобы всем и каждому была поведана эта истина о них самих, чтобы каждый увидел себя в этом зеркале и мог жить в силе и вере, в мужестве и мире. Древо жизни, ашваттха, – говорит Он, – имеет корни в Атмане. Если вера в корни отсутствует, мы высыхаем и нас подхватывает и носит повсюду ветер фортуны – капризный и переменчивый! Ствол и ветви, листья и сучья древа жизни – это всевозможные результаты наших контактов и связей с внешним миром, родными и близкими, с "я" и "моё", со всеми плюсами и минусами, какие порождает жизнь. Цветы древа – слова, мысли и деяния любви, а извлеченная ананда – это плод. Однако Саи говорит, что сладость плоду придают добродетель, доблесть, хороший благородный характер, на санскрите – сила. Без силы, которая и делает плод ценным, и корня – Атмана, Духа, поддерживающего древо, жизнь – всё равно что распахивание песка.

И чтобы внедрить в человека истину этой атмической сути, Саи располагает неразрывной цепью организаций, которыми заведуют и управляют Его последователи, проникнутые Его учением и направляемые Им. Любящие руки собирают малых детей в классы Бал Викас (Преображение детей), их назвали было Бал Вихара (Занятость детей), но новое название оказалось более точным и содержательным. С детьми учат бхаджаны, они играют в спектаклях на темы из Упанишад, эпоса, Пуран и Жития святых, и многие из пьес написаны самим Саи.

Их учат самым разнообразным вещам – соблюдению правил уличного движения, почитанию родителей и старших, рисованию и созданию миниатюрных моделей храмов и сцен из писаний и мифологии, напоминающих о высших ценностях жизни. Дети почтительно приветствуют друг друга священным слогом "Ом", – так, как это следует делать всем. Короче говоря, для малыша из класса Бал Викас, изучающего букварь, буква "А" связана не со словом "арбуз", а с именем "Арджуна". Он не повторяет заученных назубок бессмысленных стишков, вроде "Бе-бе-бе, овечка моя, есть ли шерсть у тебя?", и не поёт песенок о Робине и Санта Клаусе. Он повторяет: "Рагхупати Рагхава Раджарам" или "Субраманьям Субраманьям Шанмукханатха Субраманьям"!

Затем мальчики и девочки вступают в ряды младших севадалов, где узнают и учат избранные стихи из Гиты, а также песни святых, славящие Бога. Они учатся оказывать первую помощь, занимаются медитацией, развивают художественные и артистические дарования – играют в спектаклях, рисуют, составляют цветочные гирлянды и узоры, выступают на собраниях о Саи и Его учениях, рассказывая яркие истории и притчи, которые использует Саи Баба.

По достижению 18-и лет они уже настоящие севадалы, получающие здоровое духовное воспитание, чтобы помочь им выдержать трудности севы. Они организуют бхаджаны в тюрьмах, в домах предварительного заключения для малолетних преступников, в лепрозориях и больницах, в трущобах, школах и общежитиях. Они помогают поддерживать свой город или деревню в чистоте и здравии, сдают кровь в хранилища крови и плазмы, изучают священные тексты и ставят пьесы нравственного содержания. Они используют малейшую возможность для того, чтобы развить свои способности, и всегда готовы помочь бедствующим и неимущим.

У тех, кто постарше, есть свои общины – Сева самитхи, которые организуют группы бхаджанов, нагарасанкиртана, кружки по освоению учений Саи, а также празднование святых дней в память выдающихся святых и мудрецов. Отделы Махила Вибхаг этих общин заняты распространением севы среди женщин и ведут классы Бал Викас, направляя детей по пути истины. Таким образом, под непрерывным воздействием и руководством Саи оплодотворяющий поток высокого воспитания и духовного преображения распространяется по всей земле.

Баба заявил, что явился, чтобы утвердить истину, искоренить не истину и возродить нравственный идеал в делах человеческих. Организация добровольного служения Шри Сатьи Саи стала "новым центром образования для нового центра мысли" – мысли Саи в эпоху Саи. Баба говорит: "Эта организация призвана расширить границы любви, направить вашу деятельность в русло преданного служения. Он задумана не для того, чтобы изображать преданность, собирать приверженцев или добиваться поддержки нового культа. Она посвящена великому делу – шаг за шагом вести людей к осознанию своей Реальности и слиянию с ней".

"Видья дадати винайям" – образование должно наделять человека скромностью, смирением. Мудрые скромны оттого, что знают не больше того, что знают; глупец гордится, что знает очень много. Скромность и почтительность – истинные плоды воспитания. Сейчас же скромность – редкая диковина в школах и колледжах. Саи повторяет слова Гиты: "Пандитах самадаршинах – знающий видит единство". Мудрые не способствуют раздорам, не поощряют ненависть. Они ищут Единое; если Оно познано, то познано и всё иное! Они ищут гармонии, а не конфликта. Но в наши дни профессиональные болезни учёных – это зависть, злоба и вражда. Саи считает, что дело возрождения нравственности и справедливости (дхармастхапана) должно распространяться на школы и институты, так как они каждый год вливают в поток жизни нации коварный яд непочтительности и недисциплинированности, недееспособности и не имеющей корней культуры.

В прошлом гуру, у ног которого ученики получали знания, перед каждым уроком напоминал, что образование – это обоюдный процесс и что малейший след гнева и отсутствия взаимопонимания между учителем и учеником оскверняет сам дар знаний, дающего и получающего – все три компонента. Ныне же студенты терроризируют учителя, а учителя озабочены денежным вознаграждением и уклоняются от своего основного долга – учить. Они не задумываются над тем, есть ли у них право требовать к себе уважения. В древности гуру после окончания занятий отсылал учеников домой с напутствием: "Сатьям вада, дхармам чара, матро дево бхава, питро дево бхава, ачарья дево бхава (говори правду, поступай по справедливости, почитай как Бога мать, отца и учителя)". А теперь на родителей смотрят как на помеху, надоедающую молодёжи с другого края "пропасти", разделяющей поколения. Мать – это клубок старомодных предрассудков, а учитель – лицо, которое можно подкупить или запугать, чтобы он выдал аттестат и выставил оценки, позволяющие сдать экзамен и получить необходимую степень!

А потому Саи Баба считает, что молодёжь следует поскорее вернуть на путь, который она потеряла. Её необходимо предостеречь от бед, которые ждут её, а через неё и всю страну – и не только Индию, но и все страны. Студенческие беспорядки, ширящиеся во всем мире – всего лишь внешний отголосок внутреннего разлада. Атмосфера, в которой растут молодые люди, и роли, какие им готовят родители, отдают лицемерием, узостью, тривиальностью и дешёвым удовлетворением.

Живой пример, как говорится, лучше всякого поучения, но тот пример, какой сегодня подаёт молодёжи старшее поколение, гораздо хуже их поучений! Саи Баба открыто возлагает всё бремя вины на плечи родителей, учителей и общества – за то, что они водворяют подрастающее поколение в скучные унылые школы, куда Бог не допускается вообще и всякий идеализм отрицается.

Саи утверждает, что нет такого авторитета, который установил бы, что Аватар вот это сделать может, а то – не может. Кришна решил править колесницей, так как это был лучший и самый быстрый путь осуществления того, ради чего Он явился. Рама погнался за золотым оленем, хотя знал, что это лишь хитрая уловка; Он должен был уйти, чтобы Равана смог похитить Ситу – решиться на тяжкое преступление, единственное наказание которому – смерть. И Баба спрашивает: "Что Мне мешает открывать школы и колледжи? Никто не может запретить цветку дарить воздуху свой аромат! Моя природа – воспитывать, обучать, извлекать на свет божественность, неотъемлемо присущую человеку. Я пользуюсь всеми средствами для осуществления этого. Ведь вы же сами молитесь – "Тамасо ма джьотир гамайя! – От тьмы меня к свету веди!"

Баба решил начать с изменений в женском образовании, ибо, как Он писал в "Дхарма Вахини", "сильную и стойкую нацию можно построить только на основе духовной культуры её женщин. Это поколение исполнено неправедности и бесчестности, злобы и жестокости оттого, что матери, вырастившие его, были недостаточно бдительны или недостаточно разумны, оттого, что мужчины недостаточно доверяли им в деле исправления и воспитания детей. Но сделанного не воротишь. Чтобы спасти хотя бы следующее поколение, необходимо воспитывать женщин хорошо продуманным способом, наделить их мудростью, твёрдостью и верой, что обеспечило бы их всеми средствами для исполнения возложенной на них огромной ответственности".

В июне 1966 г. Баба был в Анантапуре – крупнейшем городе округа и его официальной столице в 60 милях от Прашанти по приглашению преподавательского состава средней школы для девочек. Трудное положение девочек, вынужденных ехать в далёкие края за образованием, а также сам характер образования, на которое они тратят столько времени и средств, произвели на Него впечатление. Он решился на дальнейший шаг в деле распространения образования и дхармы: ведь женщины тысячелетиями были хранительницами дхармы, а колыбель – это первая школа для детей. Он объявил, что в Анантапуре скоро будет Женский колледж. Он решил сделать Анантапур средоточием революции в сфере образования и воспитания, что приведет к возрождению Санатаны дхармы на вечное благо всей человеческой семьи.

Женский колледж был торжественно открыт 22 июля 1968 г. Весьма немногие колледжи открывались под таким покровительством, обещая такую триумфальную карьеру своим учащимся. И немногие располагали на самый день открытия столь впечатляющим оборудованием, мебелью, книгами, а кроме того, – преподавательским составом с такой академической подготовкой и таким энтузиазмом.

Министр образования правительства штата, возглавлявший публичный митинг, заметил, что это не просто открытие ещё одного колледжа из многих, но что это открытие новой главы в истории образования женщин. Ему было известно, что этот колледж должен был стать предвестником многих подобных колледжей по всей стране, так как Баба объявил, что планирует открыть по одному-двум колледжам в каждом штате Индии, и им предстоит в дальнейшем объединиться в Университет, как инструмент, выкованный ради Его дела.

"За организацией этого колледжа, – сказал Саи, – не кроется побуждение завоевать репутацию, желание пропагандировать какой-то культ или надежда на денежную прибыль. Слава – призрачная химера! Репутация – продукт скоропортящийся. А прибыль, исчисляемая в денежных суммах, совращает и растлевает. Я дал возникнуть этому колледжу потому, что он будет укреплять в умах студенток идеалы сатьи, дхармы, шанти и премы – идеалы, начертанные в Ведах, выраженные в Шастрах, отражённые в эпосе, проводимые в жизнь многими поколениями людей и подтверждённые опытом как более всего способствующие индивидуальному и социальному прогрессу". Каждый ребёнок Бхараты имеет право узнать об этом драгоценном наследии и пользоваться им.

Земледелие – для выживания, духовная культура – для осуществления цели жизни. А система образования, которая держит детей вдали от Бога – единственного прибежища, единственного друга, единственного руководителя и хранителя, это система, где слепые заняты ослеплением тех, кто стремится к свету.

Женщины – это оплот духовной культуры. Однако, как явствует сегодня из взглядов и поведения образованных женщин, они всё сильнее поддаются пустой прелести мишуры и пустословия, дешёвой и дрянной литературы, чувственных фильмов.

У каждого ребёнка пять матерей, и он должен быть верен всем пяти. Они наполняют его жизнь смыслом и вносят в неё цель. Это мать, которая даёт рождение его телу – дехамата; мать-корова, которая даёт ему молоко и быков, что будут всю жизнь его помощниками в получении пищи – гомата; мать-земля, дающая на одно его зерно стократный урожай – бхумата; место обитания общества, в котором он родился, что запечатлевает в нём свой образ жизни, линию мысли, идеалы и цели – это дешамата, и наследие духовного сокровища – Ведамата. Первая мать должна открыть ребёнку величие всех остальных и, таким образом, её положение – решающее, её ответственность самая высокая. Вот почему Я и решил в первую очередь организовать женский колледж, – для того чтобы сохранить и поддержать дхарму, которую Я намерен оживить и привести к победе".

"Только атмавидья (духовное знание) может утвердить ум в дхарме", – заявил Саи Баба. И Его учебное заведение по изучению Вед и Шастр в Прашанти – Ведашастра Патасала – готовит молодых людей, знакомящихся с духовной сферой по исследованиям отважных первооткрывателей древней Индии. Они впитывают в себя и весть Прашанти, практикуя дисциплину молчания – не того негативного молчания, когда человек противится искушению высказать вслух и выразить какие-то чувства и страсти, но молчания позитивного, которое возникает от свободы, святости и сознания вездесущности Саи.

Есть ещё и Всеиндийская Академия – Видван Махасабха – с целой плеядой пандитов – знатоков Вед и санскритологов, которым Саи поручил разделить свою учёность и богатство прашанти (непоколебимого мира ума) с непосвящёнными и мятежными, чтобы и они могли получить проблеск Вышней славы и двигаться вперёд. Но Баба заявляет, что атмавидья не должна быть более монополией учёных сообществ и пандитов; вкусить её и заслужить радость и мир – право каждого человеческого существа, наделённого вайрагьей, вивекой и вичакшаной (непривязанностью, способностью к различению и разумному мышлению), – неважно, сознаёт ли он это вполне или нет.

Вода дешевле молока. Вода необходима для жизненного процесса. Молоко необходимо для здоровья и силы, для сопротивляемости болезни. Так вот, светское образование (вода), которое дает знание и информацию, предоставляется в школах и колледжах. А молоко атмавидьи хранится в патасалах (духовных школах) и ашрамах. Когда воду смешивают с молоком, она становится дороже, и за неё платят высокую цену, так как она становится более питательной. Следовательно, молодёжи в колледжах, наряду с мирскими знаниями и информацией, надлежит давать и атмавидью, чтобы они могли смело противостоять дилеммам жизни.

Баба говорит: "Все мы слышали о семилетней, тридцатилетней, столетней войнах. Война между человеком и умом, между дживой и майей, индивидуумом и миром объектов длится столько, сколько длится само время. Самые первые люди были вовлечены в неё и последний человек будет её вести. И если вы поступите иначе, чем Арджуна, и не выберете Господа своим колесничим, не вверите Ему свои органы чувств, свой ум и интеллект, свои желания, средства и цели, эта война не закончится вашей победой. Вот урок, которому учит атмавидья, – урок, какой дети человеческие имеют право усвоить".

Помимо учебного плана и контроля за его выполнением, правила колледжа настаивают на участии студенток в общей молитве и медитации. Весь учебный год проводится курс лекций о культурном наследии Индии, активно подчёркивается значение йоги и равновесия ума для физического здоровья и проводятся практические занятия. Студенток приучают избегать оскверняющих ум фильмов ужасов, боевиков и комиксов, одеваться просто и скромно, не носить замысловатых причёсок, привлекающих внимание своей необычностью. Им советуют подражать выдающимся женщинам древней Индии, воспетых в эпосе и Упанишадах, равно как и известных из истории.

Атмосфера колледжа, пропитанная благословением Саи, сама по себе приводит к развитию саттвических (благих) качеств. Саи Баба часто навещает колледж и помогает студенткам Своим советом. Иногда Он привозит с Собой видных специалистов в области воспитания, воодушевлённых идеалами Саи, и просит их выступить с речью. А кроме того, Баба видит насквозь и студенток, и весь педагогический персонал. Он сразу узнаёт, что происходит в уме каждой из них, и потому все бдительно следят, чтобы установленные Им рамки поведения не нарушались. Д-р Гокак говорил, что многие учителя проповедовали идеалы сатьи, дхармы, шанти и премы, но только Баба проявляет их на практике так ясно и бескомпромиссно. "Если вы жаждете мира, учитесь ему у Бабы. Если стремитесь найти прему, приблизьтесь к Саи и Он вдохновит вас. Но у Бабы есть ещё одно уникальное качество, это – сила. Он обладает силой менять обстоятельства, формировать ход событий, даровать помощь, изменять, преобразовывать и прекращать – в тех случаях, когда Он считает это нужным. Так что, если Он открывает колледж и посвящает его какой-то определенной цели, дело непременно будет развиваться по установленному Им плану. У Него есть власть и сила. И студенткам неслыханно повезло, что Он избрал их инструментами для преобразования этого мира в небеса, как Он задумал".

"Сделайте Меня своим колесничим! – советует нам Баба. – Ухватитесь за этот уникальный шанс. Спрашивайте Меня о садхане, которая может дать вам освобождение. Позже вам будет трудно приблизиться ко Мне. Потоки людей устремляются ко Мне со всех сторон. Этот Божественный феномен непременно вырастет во Всемирное древо (Вишва врикшу), которое обеспечит тень и укрытие для всего человечества. Он низошёл в этой форме именно для этой цели. Он не знает ни сомнений, ни преград. Моё имя – Сатья – истина, Моё учение – истина, Мой путь – истина, Я есмь истина".

К счастью, Саи Баба – колесничий этого колледжа, так что студентки Его вырастут в искренних, смелых и честных духовных путников. Они станут хорошими дочерьми, активными гражданами страны, верными жёнами, любящими матерями и квалифицированными учителями. Мать растит ребёнка, она также учит его почитать отца. Она обязана это делать потому, что природа не связывает отца так близко с ребёнком, как мать.

"Баба явился, чтобы учить! – заявляет Чарльз Пенн. – Давайте же воспользуемся этим. Знайте же, что мы привлечены к Нему, чтобы научиться! Нам следует не только купаться в сиюминутном блаженстве Его сущности, но и учиться уносить с собой в дом эту безмятежность, этот внутренний мир. Когда мы прибудем домой, мы должны помнить, что расстояние – не помеха тому, чтобы учение Бабы проникало в нас. Мы не должны забывать просить у Него решения любых своих проблем, а затем каждый момент сохранять бдительность, ожидая Его направляющего ответа. Ответ будет ясным и верным, и истолкование его будет лёгким, если мы только попросим об этом". Каждая студентка колледжа имеет счастье иметь такого Учителя! То поистине великая удача!

Баба говорит, что перестройка образования не терпит отлагательства, так как отсутствие духовной пищи во время подготовки к битве жизни имеет весьма серьезные последствия. И чтобы избежать промедления, Анантапурский колледж начал работу не в своих, а во взятых внаём помещениях и залах и наспех сооруженных шедах – до тех пор, пока будут построены здания согласно начертанным Им планам. Так же и когда Он решил учредить колледж для мальчиков в Бангалоре, Он милостиво разрешил колледжу занять сад в самом Бриндаване, чтобы там можно было соорудить временные строения и начать работу колледжа незамедлительно. "Колледжи создаются не из камня или мрамора, и не оцениваются величиной зданий, где размещаются классы. Их оценивают по характеру и способностям студентов, заполняющих классные комнаты, по их поведению в колледже и вне его, по их отношению к родителям, старшим и учителям и по тем идеалам, каким следуют они в дальнейшей жизни", – говорит Баба.

Баба Сам на всех этапах наблюдал за постройкой зданий, лабораторий, библиотеки и классных комнат. Он направлял исполнение всех возникающих требований – и в день торжественного открытия колледж выглядел безукоризненно: то был редкий пример колледжа, полностью оборудованного и обставленного в тот самый день, когда он получает первую партию учащихся!

9 июня 1969 г. колледж был торжественно открыт главой министерства штата Майсур Шри Вирендрой Патилом. "Саи Баба явился, чтобы возродить дхарму – основу благосостояния человечества, – сказал он. – Дхарма настаивает на главенстве этических и духовных ценностей, и колледж, поощряемый Саи, непременно обеспечит воспитание этих ценностей у молодежи". Д-р Гокак, проректор Бангалорского Университета, филиалом которого стал новый колледж, приветствовал это дополнение как "драгоценный камень в короне Бангалорского Университета. Он представит образец воспитания и образования в колледжах – не только в сфере академической, но и в этической и духовных сферах. Это – колледж, задуманный, выношенный и явившийся на свет любовью, милостью и мудростью Саи. За каждым камнем, за каждой доской Он следил, участвуя во всех деталях. Это урок для всех, кто стремится к искреннему служению. Здесь учителя и студенты имеют уникальную возможность научиться искусству гармонии и обретения мира, помимо интеллектуальных достижений, какие обеспечивает учебный план".

Баба отметил внимание сельского населения, проявившего большой энтузиазм по поводу того, что колледж учреждается у них на селе. Он сказал, что сельские жители всё ещё сохраняют и поддерживают остатки взаимного сотрудничества и братской любви, веру в Бога и уважение к старшим. Он призывал хранить эти идеалы, чтобы дети могли вырасти в счастливых граждан, не подверженных влиянию пагубных развлечений городской жизни.

"Этот колледж будет заботиться о том, чтобы его питомцы получили полное и совершенное образование, то есть были сведущи во всех трёх путях – карма-марге, дхарма-марге и брахма-марге – принципах правильного действия, безупречного социального поведения и духовного развития", – сказал Он.

Обращаясь к студентам, Баба сказал: "Вы можете затем продолжить учебу в этом колледже или оставить его и перейти в какой-то другой, вернувшись домой по окончании учёбы; но где бы вы ни были, Я хочу, чтобы вы впредь отличались как восприемники уделённого вам особого внимания. Не бросайтесь в смуту политических дискуссий. Политика сегодня, а возможно и всегда – это нечестная игра, где распаляются страсти, где к власти приходят путём хитрых уловок и предрассудки раздуваются до ненависти. Вы должны стать лидерами нового типа. Сформировавшись в суровых испытаниях служения (севы), идите в будущее со светом прошлого, как те, кто ценит мудрость, которая копилась веками".

В той вести, которую Саи Баба дал запечатлеть в проспекте нового колледжа, говорится: "Это божественная и благословенная страна. Традиция нашей страны – духовна, но 99% людей либо не ведает ни о чём, что отмечено духовностью, либо пренебрегает этим. Люди сами обесценивают свою культуру. Исправляйте свои недостатки, а не ищите недостатки у других. Относитесь с любовью и уважением к своим родным и близким, а также и к ближним вашим; служите своей стране и молитесь о благе всего мира".

Избранная Бабой эмблема красноречиво свидетельствует о тех идеалах, какие в этом колледже обращаются в действие. Она изображает пятилепестковый лотос внутри круга. Лепестки представляют пять ведущих религий мира. Знак "ОМ" символизирует Санатану дхарму, крест – христианство, круг (чакра) – буддизм, полумесяц – ислам и пламя огня – зороастризм. Древнейший символ ариев – лотос, не затрагиваемый илом, из которого вырастает, не загрязняемый водой, сквозь которую тянется его стебель и на поверхности которой покоится его цветок. Это символ красоты, мира и процветания. Внутри лотоса – пламя просветления, без которого знание лишь бремя, а жизнь – бессмысленная схватка с мимолётными импульсами органов чувств. Эту овальную эмблему обрамляет полукруглая грань с оттиском девиза колледжа: "Дхармо ракшати ракшитах, сатьяннасти парадхармах", – воплощающая самую суть Вед. – Дхарма хранит тех, кто ей привержен; нет дхармы превыше истины. Когда же дхарма перестаёт вдохновлять и преображать индивидуума, мир неизбежно будет поражён бедами и страхом.

Среди правил для студентов в проспекте колледжа мы найдём и такое заявление: ""Теперь, когда вы заслужили привилегию быть студентами этого колледжа, под непосредственным руководством и при заботливом участии Бхагавана Сатьи Саи Бабы, постарайтесь быть достойными студентами, памятуя завет Саи: "Образование без характера представляет огромную опасность"". Правило № 10 гласит: "Студентам особенно рекомендуется развивать в себе вежливость, услужливость и терпимость. Пять заповедей поведения – сатья, дхарма, шанти, према и ахимса – должны вдохновлять каждого работающего и учащегося в этом колледже". А в правиле № 11 сказано: "Колледж придает огромное значение самой учёбе. Проводятся еженедельные и ежемесячные контрольные, ежеквартальные экзамены и т.п. и сведения о них регулярно рассылаются родителям".

Настоятельно рекомендуются бхаджаны, медитация, молитва в начале рабочего дня, на которых обязаны присутствовать студенты и учебный персонал. Но сверх всего этого Саи Баба проявляет поистине материнское участие к каждому студенту, как бы ни было велико их число в колледже. Он так любит Своих детей, что они безоговорочно следуют Его указаниям. Они так боятся, что Он хотя бы на время оставит их без внимания или проявит пренебрежение к ним, если они будут себя плохо вести или нарушат какие-то правила, что всегда пребывают начеку в отношении дисциплины.

Саи всегда советует им избегать пяти проступков. Глаза не должны устремляться к зрелищам, которые распаляют чувства или вызывают мысли, противоречащие морали или долгу перед родителями, старшими и культурой нашей страны. Слова, исходящие из уст, не должны задевать чувство самоуважения других или нести фальшь просто из приятности; они не должны поощрять вкус к скандалам или враждебности. Не следует поднимать руку на другого в гневе или из чувства мести; рука никогда не должна посягать на чужую собственность. Не следует пользоваться слухом, чтобы извлекать удовольствие из скабрезных и скандальных историй или скверных песенок. Не следует засорять ум привязанностью к дурным привычкам, вредным импульсам и каверзным замыслам чувств. Эти пять пунктов – важнейшие, по мнению Саи, и каждый студент помнит о них благодаря Его постоянным предостережениям.

Нет такой сферы деятельности колледжа, к которой Саи не проявлял бы живой интерес, так как Ему известно, что самое важное – это атмосфера, в которой преподносится и впитывается знание. Поскольку колледж и общежитие студентов расположены в одном здании, Баба заходит туда на молитву, председательствует на лекциях о нравственном воспитании и Сам дополняет высказывания лектора. Он может одобрительно похлопать по плечу хорошего студента, сделать замечание лектору, явившемуся в лекционный зал на несколько минут позже звонка, спросить с заленившегося студента отчёт об отметках за ежемесячные контрольные, тут же сотворить, скажем, авторучку или часы и вручить их прилежному и успевающему мальчику, о котором ректор даст отзыв, подтверждающий Его собственное мнение, дать совет библиотекарю по разборке книг, заглянуть в секцию будущих зоологов, вообще Он бывает везде и всюду как Бог-Хранитель этого учебного заведения.

В результате студенты учрежденного Саи колледжа проявляют такие добрые качества, такой уровень сочувствия и взаимопонимания, такую глубину знаний и столь чистую и крепкую преданность, какие даже трудно себе представить.


Глава 5

ЗНАК И ПРИЗНАК

Когда Саи Баба воззвал: "Возьми ложе своё и следуй за Мной", – очень немногие поняли, что то был призыв к нагарасанкиртану – совместному воспеванию имени Божьего! На Всемирной конференции Саи посоветовал Своим последователям вставать в четыре-полпятого утра (так называемый период брахмамухурты) и выходить на улицы с воспеванием славы Господу, пробуждая людей к осознанию Божества. Подобный санкиртан был распространённым явлением сельской жизни в прошлом, но из-за общего безразличия и осмеяния традиция теперь почти забыта. После же призыва Саи люди, никогда не видевшие восхода солнца, поскольку они поднимались с постели, когда оно уже было высоко в небе, стали выходить на прохладный освежающий воздух, чтобы присоединиться к братьям и сёстрам и сделать новый день счастливым событием для себя и других. Когда Баба говорит: "Следуй за Мной", ясно, что Он имеет в виду Бога в любом из бесконечных обликов, какие Он принимает, и с любым из бесчисленных имён, которыми люди поминают Его. В связи с этим Саи заявил, что лучше петь гимны, прославляющие Бога во всём многообразии Его имён и форм, и нет нужды носить какие-то портреты – ни Его Самого, ни других форм Божества, когда идёт группа поющих бхаджаны. "Следуй Богу" – вот Его призыв.

Многотрудные тайны метафизики – за пределами понимания простого человека; даже те, кто в них углубляется, делают это ради удовольствия щегольнуть красноречием в споре или поупражняться в диалектике, у них нет намерения применить в жизни ни йоты из кроющихся в основании этих тайн принципов. А тёмный лабиринт ритуалов с их арсеналом бесконечных "делай то-то, не делай того-то" вызывает у простого человека лишь страх. Знание (джняна) само по себе может сделать вас хорошим логиком или полемистом, способным позволить себе хитросплетения софистики. Но если этим жить или, иными словами, соединять знания с жизнью, тогда вы становитесь джняни - мудрым. Садхана, или проведение в жизнь духовных принципов, поможет вам достичь цели жизни. Саи возродил веру в имя Божье и в его: "Взывайте ко Мне в беде, это ваше право – призывать Мою милость".

Д-р Гадхья из Ага-Ханской благотворительной лечебницы в Танзании пишет: "В мае 1971 г. г-н Джамнадас Пател серьёзно заболел. Когда меня вызвали к этому горемыке, у него уже не было дыхания, пульс не прощупывался. С искренней молитвой я растёр ему область сердца священным вибхути. И он чудесным образом поправился. Когда г-н Джамнадас посетил Путтапарти, Саи сказал ему: "Я дал тебе новую жизнь, так как доктор вовремя воззвал ко Мне". Преданные Саи знают неисчерпаемую силу имени, его способность вызывать милость Саи. Они не нуждаются в сложных аргументах для убеждения в том, что санкиртан – самое быстрое и приятное средство добиться Его милости.

Однако у некоторых всё же сохранялись опасения. А станут ли люди вставать так рано? А как насчёт богачей или чиновников, в руках которых власть над этим районом? Позволят ли соседи петь так рано по утрам? Не вмешается ли полиция? А собаки? Не поднимут ли они лай, а то ещё и покусают? Те, кто не хотел, чтобы их видели поющими на улицах, но при этом желавшие соблюдать указания Саи, начинали в 3 утра, когда на улицах пусто и все крепко спят, и быстренько возвращались домой, пока их не заметили. Но скоро вся ситуация изменилась. По стране прокатилась волна искреннего энтузиазма. Мелодичное пение приветствовали и соседи! Полисмены присоединялись к шествию, чтобы глотнуть радости! И с собаками не было проблем. С одного дня в неделю киртан дошёл по частоте до двух-трёх, а в некоторых местах стал ежедневным. Он распространялся всё шире, число людей в группах умножалось. Скоро в каждом районе города или посёлка уже была своя группа санкиртана. Обычно люди встречались в храме и следовали оттуда, завершая процессию в другом храме.

В Сатьяваде обнаружилось, что кто-то таинственный стучал в дверь спящих участников и просил их проснуться и присоединиться к группе. В Чембуре (р-н Бомбея) было замечено, что даже в сезон дождей с самыми яростными ливнями группу киртана не тревожил даже и мелкий дождик. В Гаухати штата Ассам Шри Датт Гупта шёл обычным маршрутом в обычное время с именем Божьим на устах впереди всей группы. Поднявшийся ветер циклона ревел и бушевал, сметая и унося с собой всякую мелкую тварь; по пути ночные сторожа казначейства предупредили поющих и посоветовали укрыться от надвигающейся беды, но они пели и шли так же медленно, как обычно, до того места, где обыкновенно заканчивали бхаджаны, и провели арати, прежде чем разойтись. И дождь не выпал на их пути, на одежде не было ни капли, ветер не растрепал их волосы! Люди, которые не могли ходить без палки, после участия в нескольких из таких утренних бхаджанов бросали свою палку и величаво следовали дальше. Я лично знаю одного инвалида в штате Майсур, заслужившего милость таким образом. Баба говорит, что нагарасанкиртан – это Бхагавата в действии. Когда органы чувств ещё дремлют после ночного сна, прежде чем бурно включиться в суету делового дня, пройдите по мирным улицам в прохладной, трепетной, предрассветной тиши, неся имя Божье всем "имеющим уши", посылая аромат его во все открытые двери и окна. Это – помощь самому себе, а также и общественное служение высшего порядка. Это – тонизирующее средство для тела и встряска для ума. Каждое песнопение разрубает узел лености, сковавший кого-то. Вы напомните ближним, чтобы они возблагодарили Бога за дар нового дня; это – миссия любви. Это очистительная яджна (жертва), ибо она дезинфицирует воздух, очищает атмосферу, заражённую гневными воплями и криками боли и гордыни. Она поможет удалить грязь внутреннюю и внешнюю.

Несколько таких групп, действующих в разных районах Хайдарабада, сошлись однажды к стопам Бхагавана. Это был праздник для очей и слуха – зрелище и звучание бхаджанов. Саи благословил участников встречи и зарядил их новым импульсом к продолжению садханы.

25 июля в Бангалоре были устроены акандабхаджаны – непрерывное воспевание имён Божьих в течение 12 или 24 часов – в знаменитых садах Лал Багх в оранжерее. И надпись у входа "Сад цветов – это храм Божий" казалась весьма уместной при пении бхаджанов в божественном присутствии Саи. Баба зажёг светильник – отметить открытие бхаджанов, а также, по их завершению, Он окропил головы участников водой, освящённой святыми гимнами. А вечером, когда Саи прибыл, чтобы провести беседу, шёл дождь. Баба не любит, когда кто-то страдает от палящего солнца или дождя. Сердцем Его движет неукротимое сострадание. Он вышел к людям, заставил их зайти в помещение, взял из-за стола на помосте Свой железный стул и поставил его так, чтобы все могли получить Его даршан, – и только после этого начал беседу.

Кришна Джаянти (Пришествие Кришны) в 1968 г. праздновался в Прашанти три дня. Многие Общества назвали его Саи Кришна Джаянти, они обратили его в праздник детей, где детям дарили новую одежду, учили разыгрывать небольшие сценки и петь бхаджаны. В Прашанти Саи провёл три беседы о Кришне и о значении Его лил – игр. Остановившись на важности и действенности имени, Он сказал, что корень имени "Кришна" подразумевает способность привлекать, очаровывать. Кришна – олицетворение Божественного принципа, рождённого в сокровенной области пупа (Матхуре), переданного в уста (Гокулам) и взлелеянного языком (Яшодой), что один лишь знает сладость. "Взлелейте Кришну на языке своем", – советовал Он. "Как яд с зубов змея Калинги был изъят, когда Кришна танцевал на его капюшонах, так и все дурные мысли ваши улетучатся, если вы повторяете имя Кришны", – сказал Саи.

Его толкование Кришны-Аватара как достижение цели йога-марги (пути йоги) открывает нам, что этот Аватар явился, чтобы согласовать и примирить казалось бы разные пути к Богу. Как отметил Баба, все три системы философии – дуализм Мадхавачарьи, ограниченный не-дуализм Рамануджачарьи и не-дуализм Шанкарачарьи, – каждая по-своему, отвечали духовным нуждам и возможностям искателей и слушателей.

Аватар является из эпохи в эпоху всякий раз, когда дхарма пребывает в упадке, чтобы вновь утвердить веру в праведное поведение. Читта-шудхи ведёт к джняна-сиддхи, то есть чистота ума, добродетель ведёт к благочестию, проявлению мудрости. Аватар будет направлять и хранить, наполнять божественным блаженством тех, кто отличается саттвическими (чистыми) качествами. Это заявление обращено к дуалисту, следующему философии двойственности. С точки же зрения "не-дуалиста с ограничениями" джива и Дева (человек и Божество) – это как бы два рельса, по которым "паровоз" манаса (ума) тянет вагоны вишайя-васаны – привязанности к чувственным удовольствиям. В каждом вагоне есть свои единицы багажа, то есть буддхи (интеллект), органы чувств и пр. Атман (Дух) – водитель, машинист; если сцепление с паровозом не закреплено как следует, вагоны останутся на рельсовом пути. Бхакти и шраддха (преданность и вера) суть сцепление, они должны быть прочно прикреплены к "паровозу" ума. Философия "абсолютной недвойственности" – это когда видимый мир налагается на неделимого, целостного Брахмана. Он не более реален, чем башни и бастионы города из облаков. Может ли кто-нибудь построить замки в воздухе и жить в них? Башни и бастионы – фантазии и творение вашего собственного воображения, эфемерные и не имеющие смысла. Так и на этого сравнимого с акашей (эфиром, небом) Парабрахмана налагается джагат (творение), оно само иллюзорно. Всё есть лишь чайтанья (сознание) недвойственного, несравненного, проникнутого блаженством Парабрахмана. Согласно словам Бхагавана, то, чем вы являетесь по мнению других – это точка зрения дуалиста; то, кем вы сами считаете себя – точка зрения ограниченного недуализма; а то, чем вы действительно являетесь, есть истина недвойственности!

Дасара 1968 года! Она замечательна по многим причинам. В Своём обращении к севадалам Баба ясно дал понять, что Он – Вечный Колесничий (Санатана Саратхи), а равно и Партхасаратхи (колесничий Партхи, Арджуны). "Мне тоже надлежит исполнить некоторые обеты, они упомянуты в Бхагавадгите. Я должен утвердить владычество дхармы; Я должен нести бремя йогакшемы – обретения и поддержания благосостояния тех, кто погружён в мысли обо Мне одном. Лучший способ порадовать Меня – это видеть Меня во всех существах и служить им так, как вы жаждете служить Мне".

Расширяя заявление о Себе, сделанное Им в Гите, Баба сказал: "Нет того, кто мог бы заставить Меня работать и никакой выгоды Я из работы не извлекаю. Тем не менее, Я работаю непрестанно, чтобы направить, научить и исправить то, что не так. Если Я останусь бездеятельным, как же будут вращаться колёса мира? Я вникаю в малейшие детали – здесь и всюду. Я всё делаю Сам. Я не нуждаюсь в иной пище, нежели радость, ананда, живых существ. Я – воплощение блаженства – анандасварупа; Моя природа – ананда, ананда – Мой знак и признак".

В другой день Он заявил: "Сказать вам точно, когда Я чувствую спокойствие, облегчение и удовлетворение? Когда Я знаю, что вы испытываете ананду благодаря ослаблению привязанности и духовной дисциплине служения. Я всегда занят той или иной деятельностью для вашей пользы. Никто с Меня не спросит, если Я не буду действовать; Мне нечего терять или приобретать. Хотя у Меня нет никакого побудительного мотива к действию, тем не менее, вы всегда видите Меня действующим! Причина в том, что Я просто должен что-то всё время делать, чтобы вдохновить и научить вас или подать вам пример. Я занят деятельностью, чтобы вы могли научиться обращать каждый миг в золотой шанс возвыситься до Божества".

Поясняя другое "трудное место" Гиты, Саи в одной из Своих бесед сказал: "Когда Гита указывает вам оставить всякую дхарму, она не требует от вас оставить всякое действие – карму! Ибо вы не можете избежать этой обязанности. Но когда вы совершаете карму для Бога, через Бога и зная, что Он – деятель, а не вы, – то любая карма становится дхармой, ведущей к милости. Тогда никакая карма не может вас запятнать грехом или оказаться кощунством. Следовательно, это заявление Гиты не является приглашением к расхлябанности, праздности или бездействию, но это призыв к пожертвованию эго и к посвящению Богу всего, чем это эго "является", и всего, что оно "делает"".

Дхарма – это внутренний голос Божий, как в индивидууме, так и в обществе. Это – голос истории; это совесть, которая, подобно гусенице, окутала себя защитным коконом, чтобы обрести крылья и взлететь к блаженству, являющемуся её наследием. И в последний день семидневной яджны, когда Прощальное подношение из шёлка, золота, сандалового дерева и драгоценных камней, специально созданных Им для завершающей жертвы, было церемониально предано огню, Саи сказал: "Вы должны бросить в огонь, поскольку это пламя откровения, очищения и различения, то ограниченное видение, что воспринимает природу отличной от Божества. Божество сотворило всё это божественным путём и из божественной субстанции".

"Сарвам Брахма майям – всё есть Брахман". Подношение – Брахман, огонь – Брахман, приносящий подношение – Брахман, цель – Брахман. Обращайте в Бога любую мелочь; всё, что есть в объективном мире – божественно, и предстаёт отличным от Него лишь ограниченному, близорукому, невежественному видению. В серебряной статуе корона – это серебро, одеяние – серебро, пьедестал – серебро, тело – серебро, лицо – серебро, око – серебро. Познай это серебро и заяви: Сарвам Брахма майям".

В другой беседе Саи объединил три пути – кармы, бхакти и джняны (деятельности, преданности и знания) – весьма поучительным образом, чтобы мир мог следовать им с должным пониманием. "Когда кто-то спрашивает ваше имя, вы не называете своего истинного имени; вы обманываете его именем, с помощью которого ваше тело можно отличить от других тел в этой жизни. Вы не выдаёте ему имя, что было с вами жизнь за жизнью, пережило множество смертей и рождений, то есть Атман! Вы не замечаете этого имени, поскольку оно скрыто тремя покровами – малой, викшепой и авараной; мала – это грязь порока, зла и распущенности. Она устраняется путем карма-марги – самоотверженной деятельности, посвящённой высокой цели без единого следа гордыни, показного величия или чувства собственничества в отношении плодов этой деятельности. Второе покрывало – викшепа – неведение, что скрывает истину и затуманивает интеллект, смущает разум и облачает ложь в привлекательную мишуру. Оно устраняется путём бхакти-марги, стойким почитанием истока поддержания всего – Его, истинного, благого, прекрасного, воплощения любви, мира и радости во всех, в качестве всех, ради всех, через всех.

Третье покрывало, аварана, это наложение (superimposition) на вечное – временного, на веревку – змеи, на знойную пустыню – мерцающего озера, на жемчуг – серебра, на Сарвам Брахма майям (Брахмана, что является истинной реальностью Вселенной) – многообразного, многоцветного, отвлекающего и изменчивого мира. Это покрывало устраняется путём джняна-марги, который обнаруживает Атмана всепроникающим, заключающим в себе всё и поддерживающим всё. Когда озарение джняны обретено, реальность переживается, и человек свободен. Он сливается с истиной, от которой оторвался много эпох тому назад на долгом и трудном пути в тёмную ночь индивидуальности".

Дасара – это праздник Победы, Силы (Шакти), почитаемой и превозносимой в трёх ипостасях, по три дня каждая: Махакали (такие грани проявления Силы как гнев, мщение, риск, дерзость – природа тамасическая, невежественная), Махалакшми (такие грани Силы как богатство, власть, авторитарность, благосостояние – природа раджасическая, страстная) и Махасарасвати (такая грань Силы как самоконтроль, ясное видение, достоинство, надёжность, знание, проницательность, дисциплина, справедливость, вдохновение, почитание – природа саттвическая, благостная). Дасара в Прашанти – праздник для всех, кто включается в него ради посвящения, просветления и приобщения к Высшему. Души духовно близкие съезжаются со всего мира, и, таким образом, человек омывается, купаясь в славе Саи, которого каждый носит в своём сердце и хранит с нежным тщанием. И у каждого найдется своя "золотая книга" личных переживаний действия Его славы, написанная слезами признательности. Учёные мужи, которым Баба не препятствует углубляться в лабиринт философских спекуляций, с тем чтобы они смогли в конечном счете обрести тот философский камень, что обращает различия в единое Божество, говорят в Его присутствии об этой неизъяснимой тайне, а Он затем разъясняет эту премудрость и делает её понятной Своими мягкими простыми комментариями. Как высочайший воспитатель эпохи, Он направляет нас через песнопение, пьесы и беседы, через взгляд, жест или дар, через слова – юмористические или упрекающие – на путь, который ведёт к свету.

Яджна, совершаемая в течение семи дней из девяти, – это урок духовной науки, так как мы, становясь её свидетелями, испытываем всю полноту блаженства: блаженство созерцания бесформенного, лишённого атрибутов космического Принципа, описанного в Упанишадах; трепет постижения и почитания дневного светила как источника света и жизни; радость ощущения в своих сердцах Самого Автора этой поразительной мистерии Творения-Сохранения-Разрушения, придающего форму Бесформенному и превращающего форму в Бесформенное (как происходит в случае рождения лингама, или сферического символа, поклонение которому составляет часть яджны); восторг, переполняющий нас, когда шакти освящается, восхваляется и умиротворяется через образ, в какой она заключает себя с помощью ритуала, вызывая в памяти волшебные звуки гимнов Вед и экстаз поэзии эпоса, – Саи Баба использует любое средство выражения, чтобы передать нам весть о необходимости самоконтроля, усмирения чувств и ума.

Для каждой Дасары Саи пишет пьесу, в которой устами детей-учащихся Ведашастра Патасалы изрекаются духовные истины, – с детьми же для этого занимается Он Сам. В эту Дасару пьеса была о Дхруве – пятилетнем царском отпрыске, удалившемся в лес, чтобы аскезой заслужить милость Божью и вернуть отцовскую любовь. Но, когда аскеза, совершаемая им, очистила ум и возвысила его натуру, уязвленная гордость ушла, и Дхрува молился уже о благе слияния с Богом. "Люди приходят ко Мне, чтобы излечить какое-нибудь хроническое заболевание, когда же они узнают Меня больше, они требуют более существенных благ, какие Я готов даровать", – говорит в пьесе Нараяна, и это перекликается с живым опытом большинства паломников, пришедших к Бабе!

20 тысяч напоённых сердец покидали Прашанти после празднеств Дасары с звучащими у них в ушах и отзывающимися в сердцах словами Саи: "Размышляйте над целительным и полезным советом, который Я даю вам от полноты любви: старайтесь очистить свой ум раскаянием в грехах свершённых или задуманных, решитесь с неколебимой твёрдостью построить свою жизнь заново, избавить её от пагубных привычек в речи, мыслях и действии и вести её в согласии с божественным замыслом, по которому каждый расцветёт в совершенное Божество".


Глава 6

ПРАЗДНИК ОГНЕЙ

Когда 20 октября Саи отправлялся из Анантапура в Дарвар, откуда Он задумал начать Свой недельный тур по округам Северного Майсура, кто-то спросил Его: "Это, разумеется, будет памятный тур, как бы нам его назвать?" – "Амарапурья ананда-ятре! – Небесный тур блаженства!" – тут же ответил Саи. Да, Он так решил, Он так распорядился, Он был везде и всюду хозяином и гостем, целью и ведущим! И не удивительно, что поездка принесла небесное блаженство миллионам людей. Когда Его машина и сопровождавшие её прошли Беллари – первый город штата, добрые вести разнеслись вокруг, радуя сердца всех, кто их услышал, а те, в свою очередь, передали их своим дорогим и близким. И вести полетели с молниеносной быстротой во все стороны. Был канун Празднества Огней – Дипавали, и вести эти зажгли светильник в сердце каждого, распространяя свет по всему району от порога к порогу.

В Гадаге многие получили знаки Его милости и с признательностью пели хвалу Его имени и образу. Они вдохновили и многих других, и, таким образом, большая группа людей с цветами в руках собралась у въезда в город, чтобы не упустить возможность даршана. Проехав через Халкоти и Аннагери, где по обе стороны дороги стояли люди, распевая бхаджаны, в надежде, что Саи остановится и, быть может, выйдет на минутку, Саи достиг окраин большого города Хубли, где глава муниципалитета и около 3 тысяч горожан приветствовали Его прибытие. Мэр попросил Его благословения, чтобы город был "счастливым, здоровым и преуспевающим".

Дхарвар был всего в 12-и милях. У городских ворот Его приветствовали ректор Университета и учёные представители Видьягири – Центра культуры, – в состав которого входит множество колледжей и институтов воспитания. К району Университета и бунгало проректора Саи прибыл в полдесятого вечера.

Д-р философии Аппа Сахеб Адке, проректор и организатор поездки, был болен ещё со времени посещения Австралии по делам Университета. "Я думал, что это дело простое – наметить программу Его поездки! Но из каждого уголка области последовало такое явное давление, что я просто растерялся. Узнав о моих затруднениях, Саи пришёл мне на помощь. Он сказал, что в Дхарваре всё устроит Сам, – объяснил мне д-р Адке. – Я был очень болен, когда Саи приехал в Дхарвар, но приезд Его зарядил меня энергией. С того момента я гораздо бодрее, чем обычно", – заявил он. Он с трудом сдерживал бьющую через край энергию, несмотря на напоминания и предостережения о том, что надо поберечь здоровье.

Саи дал даршан тысячам собравшихся из ближних и дальних мест в ту ночь и на следующее утро на просторных лужайках у бунгало. В 4 часа дня Он встретился с руководителями Обществ добровольного служения и быстро решил вопрос с датами и маршрутами Своего тура. В тот вечер Его беседе внимали по меньшей мере 20 тысяч человек. Д-р Адке приветствовал Саи в штате Карнатака, заметив: "Теперь наш Университет обрёл славу благодаря дару милости. Мы здесь имеем дело с веществами и измерениями, с предметами, которые изменяются, возникают и перерождаются. Мы заняты накоплением и систематизацией, интеллектуальными методами анализа и синтеза, но – увы! – мы не достигаем и не добиваемся мудрости! Сердца наши окаменели, мозг стал похож на толстый справочник. Рама пробудил камень, в который обратилась Ахалья из-за своей жажды тривиального и преходящего; когда стопы Рамы коснулись этого камня, она вернулась к жизни, красоте и благу. Мы также заслуживаем божественного прикосновения. Пробуди нас, Баба, и возроди к жизни, полной правды, добра и красоты – к сатьям, шивам и сундарам!"

Д-р Гокак, имевший глубокие многолетние связи с городом и университетом Карнатаки, призвал своих соотечественников предложить Саи все свои многообразные заботы, тревоги и слабости, недостатки и изъяны, тяжким бременем лежащие на сердце, и получить от Него в ответ заверение милости, которое даст немедленное облегчение и стойкую радость.

Баба начал Свою беседу на языке каннада! Это был нежданный акт сострадания, он вызвал аплодисменты со стороны мужчин, женщин и детей, когда они поняли, что бесконечная любовь Саи к ним побудила Его впервые заговорить на языке, понятном им. Эхом отозвались от холмов Его первые слова: "Кастури тут нет! Придется Мне говорить без переводчика. У Меня уже 25 лет существуют контакты с языковой зоной каннада, но Я впервые на этом языке обращаюсь к собранию. Вы восхваляете свой язык, превозносите его как кастури – ароматный, словно мускусная роза. Надеюсь, Я не испорчу такую его репутацию", – сказал Саи.

Любовь Его так всеобъемлюща, что Он берёт слова из наших уст, чтобы передать Свою весть нам так, как мы сможем принять её – с радостью и благодарностью. Его первое обращение к этому языку продолжалось более полутора часов, и произношение и изложение были так же благозвучны и привлекательны, как и на телугу, который является Его обычным инструментом. Народ Дхарвара был в полном восторге. "О, какую радость Он нам принёс, какое просветление даровал!", "Как вольно течение Его Ганги!" – таковы были восклицания, будоражившие атмосферу Университета.

После беседы Саи спел несколько бхаджанов, которые всё собрание пело за Ним хором. Песнопения эти восхваляли Бога под разными именами и в разных обликах, в каких видели Его святые: Рамой и Шивой, Шакти и Кришной, Субраманьей и Вишну. Святые песнопения, распеваемые Его голосом-флейтой, преисполнили всех столь высоким восторгом, что это поистине и было подлинным ответом.

Многие из присутствующих были твёрдыми и преданными последователями верований, которые придерживаются лишь одного имени и образа; в иных условиях они сочли бы святотатством произносить с благоговением, а уж тем более воспевать другие имена и формы. Хотя в писаниях, которым они следуют, и сказано, что "У единого Бога много имён – Экам сат випрах бахуда ваданти", они выросли в обществе, которое настаивало на сосредоточенности на одном имени, и обосновывало это необходимостью не ослаблять и не разменивать веру. Поэтому бхаджаны Саи прилетели как освежающий ветерок, очищающий сердца от фанатичного конформизма и сметающий путы страха! "Только Саи Баба может преодолеть многолетнюю привычку и пробудить в сердцах источник высокой радости", – восклицали они. Он открывает в людях самый глубинный родник религиозного чувства, будь то мужчина или женщина, молодой или старый, индус или буддист, парс или христианин, джайн или мусульманин, или даже агностик, нигилист или анархист.

С того дня всё пошло строго по расписанию. Саи обратился к огромному собранию в Видьягири во дворе Художественного колледжа. Он посадил дерево, чтобы память о Его посещении была всегда свежа в череде студенческих поколений; сотворил кольцо с сапфиром и вручил его главе Дхарвадкара. Затем Он поговорил об улучшении дисциплины и о воспитании характера.

"Моя весть такова: будьте воплощениями любви – премы. Не испытывайте ни к кому ни ненависти, ни страха. Проявляйте любовь ко всем: относитесь с пониманием к горести и радости других; будьте счастливы, когда счастливы другие, не радуйтесь, когда другие в беде. Постигая науки, одновременно учитесь и другому, например искусству молчания и медитации. Это поможет вам преуспеть в школе жизни. Это самый ценный урок из Санатаны дхармы, которая, позвольте вас заверить, будет вновь утверждена повсюду, ради всеобщего мира и процветания. Это – миссия, с которой Я явился".

Из Видьягири Саи выехал в Хубли, где огромное скопление народа, жаждущего Его даршана и беседы, заполонило всю территорию Медицинского колледжа. Добрые вести о том, что Баба говорит на каннада, дошли до Хубли и далее, и у всех, как говорится, были ушки на макушке, только бы услышать и сберечь в памяти Его слова. "Сегодня праздник Дипавали, и все едят сладости, но компонент, делающий все блюда сладкими, это сахар. Так и то, что наделяет свойствами существования ("это есть"), знания ("Оно может быть познано") и ананды ("Она дарует радость") каждую "вещь" и каждое "существо", есть Атман – Дух, который, когда Он означен именем и формой, и есть Бог".

Он дал совет студентам не уступать порывам гнева или возмущения, но использовать разум – уникальное свойство человека для выбора между двумя возможностями! Словом "мантра" можно обозначить и лозунг; мантру следует подвергнуть процессу мананы – глубокого обдумывания. Так и любой призыв и лозунг следует взвесить на весах разума. Поскольку перед Ним было много студентов Медицинского колледжа, Саи обратился к ним с таким вопросом: "На получение степени из символических четырёх-пяти слогов ("доктор фил." и т.п.) вы тратите лучшую часть жизни; так неужели вы не можете потратить хотя бы пять минут в день на получение степени степеней, или милости Божьей, спокойно размышляя о Его тайне и величии, которые очевидны в строении, действии и распаде каждого атома и каждой клетки?"

23-го Саи проследовал по трассе Сирши на Западное побережье. Покинув в 9 утра Дхарвар, Саи через 45 минут уже был близ села Мундгод. Шоссе пересекало лишь через несколько деревень, так как в этой части страны дома располагаются не вдоль улиц, а по два-три выглядывают из-за огромных кустарников и деревьев среди плантаций и лесов, так что люди, живущие за 20-25 миль от дороги, пешком направлялись в Мундгод за заветным даршаном Аватара эпохи.

Там собралось более 4-х тысяч крестьян и работников плантаций. Радость сияла в их глазах, когда Саи прошёл среди них и подарил целебный пепел, сотворенный тут же, троим страдальцам, найденным Им среди толпы. Он сказал им несколько слов о значении повторения имени Божьего и пения бхаджанов. Он пропел три бхаджана, и всё собрание, стараясь изо всех сил, повторило за Ним чарующие мелодии.

И далее буквально каждая сотня метров пути была освящена пением и танцами! В Малаги, Эккамби, Исалуре и Гаудалли искренность сельских жителей была так высоко оценена Бабой, что Он сошёл с машины и несколько минут постоял лицом к толпе, чудом сохранявшей дисциплину, чтобы они смогли запечатлеть Его образ в сердцах, как уже начертали на устах Его имя. "Всякий раз, как Он замечал собравшихся у обочины людей, Он становился на подножку, открыв дверцу машины, – пишет д-р Адке. – Люди жались к дверце в отчаянной попытке оказаться к Нему как можно ближе и коснуться Его стоп. Но – чудо из чудес! – дверца не сдвинулась ни на дюйм! Сотни людей проталкивались вперёд к приоткрытой дверце, но она даже не покачнулась!"

Ровно в 11 Саи Баба вошёл в помещение Сева Самитхи (Общества добровольного служения) у храма Гопалакришны в Сирши. 21-го числа Он мимоходом заметил, что будет в Сирши в 11 утра. И люди дивились, как это часы так точно подчиняются Ему! Ещё за городом встречать Его собрались десятки тысяч людей. "Он не мог вынести страданий народа, ожидающего под палящим солнцем, – пишет д-р Адке. – Он сказал им, что если они начнут петь бхаджаны, то набегут тучки и устроят прохладную тень".

И тучи подчинились! Он широко цитировал Вачанаса, Басаванна и других поэтов и мистиков вирашайвов (шиваитов) и покорил сердца всех собравшихся. "Любовь – это Бог. Живите в любви. Начинайте день с любви. Наполняйте день любовью. И заканчивайте день любовью. Вы связали себя со Мной узами любви. Я – во всех существах. Так что испытывайте ту же любовь ко всем. Смотрите, каково действие воспевания имени Божьего. Если несколько минут его повторения даруют столько милости, то насколько больше сможете вы обрести постоянным, непрерывным его повторением! Стремление, взращённое вами в уме, желание Моего даршана, ныне принесло свои плоды. Я счастлив разделить с вами Мою любовь. Пусть этот процесс отдачи и принятия никогда не прекращается!" Когда Саи сошёл с помоста, то едва ли у кого из сорока тысяч собравшихся были сухие глаза; то были слёзы признательности и восторга. Баба вернулся к храму Гопалакришны и осмотрел выставку фотографий, посвящённую Ему и Его деятельности. А оттуда, даже не отдыхая (о чём, кстати, просили многие), Саи двинулся к второму этапу Своего тура – к Карвару на Арабском море!

Дорога по обе стороны была словно стеной окружена плотной толпой паломников, стоявших в нетерпеливом ожидании. На плакатах можно было прочесть названия деревень – Нилекани, Хануманти, Маругара, Амминахалли, Джанмане, Касаге, Катагала, Хирегутти! Во многих местах, уступая безмолвным настояниям, Саи на пару минут задерживался – благословить толпу улыбкой, которая тут же отражалась на лицах у всех. В Анкола настояния оказались несколько более бурными и Саи проехал мимо, лишь помахав рукой, что само по себе было утешительным жестом благословения.

Маленькое село Аверса сияло чистотой и праздничным убранством из гирлянд и флагов, цветочных арок и зелёных ветвей. А собравшиеся 5 тысяч человек являли образец дисциплины и преданности. Баба долго ходил по рядам мужчин и женщин, стремясь оказать помощь больным и страждущим. Завоевав всеобщую нежную преданность этим жестом сострадания, Он поднялся на возвышение и заговорил об истине тождества и единства, скрытой под маской различий. "Истина эта сделает вас бесстрашными, ибо откуда взяться страху там, где есть лишь Одно?" – вопрошал Он. "Имя того Единого – Бог. Напоминайте себе о Едином, когда встаёте с постели; утверждайте веру в Единого в своём сердце, когда ложитесь спать, для того, чтобы Единое могло бы наполнить вас и одарить блаженством Его осознания, когда органы чувств, интеллект и воображение пребывают в бездействии", – советовал Он. Разочарование не стало уделом жителей Аверсы: они боялись, что Саи не будет петь бхаджаны, поскольку сопровождавшие Его обнаруживали некоторые знаки нетерпения. Да и Карвар, до которого было ещё много миль, ждал с самого полудня! Но Саи запел и наполнил чашу всеобщей радости до краёв.

"Бескрайний водный простор с одной стороны, бескрайнее людское море – с другой и бескрайний простор милости между ними!" – вот как описал Баба картину происходящего на морском побережье в этот день. "То – Ганга, это – Ямуна, а Моя милость, что тихо журчит и струится в ваших сердцах – это Сарасвати" – заявил Саи, перенося тем самым 25 тысяч собравшихся на седьмое небо блаженства! – Эта встреча должна была состояться на несколько часов раньше, но сомкнутые ряды вставших на пути паломников разделили это время с вами. Я отдал его им от вашего имени, так как и они все – Атмасварупа (воплощения божественного Духа) и один и тот же Атман озаряет, вдохновляет и защищает их, указывая путь к Параматману. Их благодарность – ваше приобретение", – заявил Саи.

А волны шептали морским раковинам, как они счастливы, что могли утихнуть, когда Саи пел для карварцев бхаджаны, а Ему вторило полнозвучное эхо восторженных участников.

Ночь прошла в бунгало сборщика налогов, откуда видны были гребни волн, мерцающие в свете звёзд. Наутро Саи отправился в храм Ситарамешвар, который для Карвара словно сердце для тела, а оттуда выехал к загородному посёлку Кодибага, где искренние и благочестивые руки воздвигли храм Его прежнему телу и высекли из камня статую, чтобы установить её там. Радость обитателей посёлка не знала границ; церемония стала настоящим откровением – Баба, установивший статую "предыдущего" тела, и выражение почитания "новому" Бабе, реально присутствующему перед ними. Из Кодибага Саи поехал по прибрежной дороге туда, где паром должен был переправить всю группу и машины на стрелку, куда ещё предстояло навести мост.

Река Кали впадает здесь в море, и вода не имеет солёного вкуса. Саи обратил внимание д-ра Адке, его сына Манохара и других на прибрежную полосу моря, сияющую чистым аквамарином, заметив: "Переплывая море самсары, будьте уверены в победе, ибо Владыка с вами. Зачем бояться, когда Я рядом!"

Машины сошли с парома, путешествие возобновилось, и когда подъезжали к штату Гоа, было уже около десяти. Примерно через полчаса они достигли Маргао, где тысячи искателей готовы были воспринять милость Саи. Трудно было удержать их от желания коснуться Его лотосных стоп, так что в подобной ситуации для Саи добраться до помоста оказалось непросто. В подобной ситуации простые смертные могли бы возмутиться, но необъятная любовь Бабы была превыше всего: Он мирно шёл среди возбуждённой толпы; увидев больного, Он материализовал для него портрет Христа, так как знал, хотя другие и не подозревали об этом, что он – христианин. Баба сотворил вибхути и высыпал в руки другому, кого окружающие посчитали индусом, хотя это целительное чудо можно давать приверженцам всяких верований. Минут 20 Саи говорил о трёх гунах (качествах) природы – инертности, страстности и уравновешенности и о том, как человек может освободиться от апатии тамаса, придти к энтузиазму раджаса и, в конце концов, достигнуть равновесия саттва-гуны.

Затем Саи двинулся в столицу Гоа – Панаджи. Самитхи (общество) столицы организовало публичный митинг, где Саи предстояло обратиться к собравшимся в "Зале Вивекананды", что расположился на верхнем этаже здания секретариата. Ни один зал на земле не может принять всю аудиторию, какую привлекает Саи в любом городе! Он часто говаривал, что для слушателей собраний, к которым Он обращается, кровлей должны быть небеса! А потому неизбежное и случилось. Большая часть прибывших оказалась лишённой шанса даршана. Саи поговорил какое-то время и спел бхаджаны, порадовавшие тех, кто был в зале. Те же, кто слушал беседу и пение снаружи, говорили: "В другой раз повезет больше", "И на том спасибо", – и это было утешением для тысяч людей, не сумевших попасть в зал.

Д-р Адке пишет: "Когда мы приближались к Гоа, рессоры фиата оказались повреждены. Но когда я предложил нанять другую машину и уже на новой продолжить путь, Саи сказал мне: "Мы должны ехать только на этой машине!" Дорога из Гоа в Белгаум проходит по густым лесам и гатям и к тому же размыта дождями. Из Гоа мы отправились поздно вечером и добрались до Белгаума к девяти. Как мы достигли места назначения без поломки – это тайна, какую только один Баба и может объяснить. Но мы точно знали, что доехали благополучно лишь благодаря Его милости".

В Белгауме Саи попал прямо на огромное собрание народу (около 70 тысяч), ожидающее даршана. Белгаум – большой город, а Саи Баба – всеобщий Спаситель. Работники центров севы предприняли тщательные предосторожности в связи с возможными перемещениями масс: воздвигли целые баррикады из прочного бамбука, разделив толпу на секции и обеспечив между ними свободные проходы, чтобы Саи мог пройти и всем дать даршан с расстояния в несколько футов. Когда же стало известно о Его прибытии, они быстро поднялись и поспешили туда, где Он, как они считали, должен появиться! Сотрудники охраны, добровольцы (мужчины и женщины), бойскауты и члены самитхи принялись за работу и, как могли, сдерживали возбужденную толпу.

А тем временем Саи взошёл на помост, и Его золотой голос разнёсся по всему пространству. Все застыли там, где находились в это мгновение, впивая амброзию его звучания, и обратились слухом к месту, откуда исходил призыв. Инженер Нарке из группы сопровождения говорит: "Бхагаван поднял руку! И все как бы оказались прикованы к месту, где стояли! Рука Бхагавана опустилась, и они тихо уселись там, где были".

"Я не смог вовремя выехать из Гоа. Там в каждой деревне ожидали жаждущие бхакты, проезжали ли мы через джунгли или обширные голые пустоши. Как же мог Я пренебречь их нестерпимой жаждой? – сказал Саи. Я одолжил немного времени у вас и дал его им", – признался Он. И собрание смирилось и затихло. – "Присоединяясь в духовном подъёме к тысячам искателей света, жаждущих очиститься и стать достойными своей божественной доли, вы берёте на себя определённую ответственность. Постарайтесь осознать, что вы по сути своей божественны, занимайтесь по несколько минут в день медитацией, чтобы укрепить в себе эту веру, – был Его совет. – Валун с горы превращается в храмовое изваяние. Молоток и зубило делают его предметом красоты и радости на века, постоянным источником вдохновения, чтобы жизнь могла стать благотворной и счастливой! Вы тоже должны подвергнуть себя молоту дисциплины и зубилу удовольствия --- боли, чтобы из камня превратиться в подлинный образ Божий! – призывал Он. – Я езжу по штату Карнатака уже 5 дней и теперь Мне хочется подчеркнуть одно. Тысячи людей стекаются на эти встречи, тысячи других ожидают на дорогах. И Я знаю: сердце каждого переполнено благоговейным чувством к Богу. Но поклонение необходимо регулировать дисциплиной. Оно не должно быть диким и необузданным. Вы бросаетесь вперёд, чтобы коснуться Моих стоп или склониться предо Мной, не обращая внимания на женщин, детей, стариков и больных. Вы валитесь на них, когда проталкиваетесь ко Мне. Не раньте же Саи в этих людях, когда рвётесь к этому Саи, демонстрируя свою преданность! Все заслуги, позволившие вам увидеть и услышать этого Саи, практически сводятся на нет, когда вы причиняете боль тому Саи, что пребывает в них", – сказал Он.

И многие со стыдом и раскаянием склонили голову. "Растите в себе любовь, терпимость и уважение к слабым и увечным, к страждущим и больным. Дарите им сострадание и сочувствие. Служите им, ощущая божественные узы родства", – указал Саи.

На следующее утро Баба продолжил путешествие, взяв курс на Биджапур, один из районных центров Северной Карнатаки. Через несколько миль Он остановился в Бали-Хонгал, где сердца преданных Ему молили о тройном даре – даршане, спаршане и самбхашане: увидеть, коснуться и услышать Его. Он одарил их лишь первым и последним из даров, так как уже с утра там были тысячи людей! Он говорил им о внутреннем очищении и о способе его достижения – об осознании постоянного присутствия Божьего.

И весь день – миля за милей на всем пути до Биджапура – звучали бхаджаны и киртан. Жители сёл часами стояли на пути, распевая бхаджаны и высматривая долгожданные машины. Они останавливали каждый мотороллер и грузовик, чтобы узнать – выехал ли Саи и на пути ли Он к ним. Жители некоторых сёл встречали Бабу по народному обычаю с традиционными барабанами и танцами, другие извлекли длинные медные рожки и громко трубили в них, стараясь пробудить всю округу к новому славному дню. Жители иных сёл вынесли храмовые балдахины, убедив жрецов встать у дороги с ритуальными кувшинами освящённой воды в руках и с гимнами Вед на устах. Группа машин Бабы следовала в окружении полицейского патруля, но и сами эти служаки, хоть и пытались усмирить излишний энтузиазм сельских жителей, не могли преодолеть искушение и не упускали ни малейшего шанса коснуться Его стоп!

С полудня до часу дня Баба пробыл в местечке Гокак и поспешил дальше, к Биджапуру, хотя поездка и прерывалась через каждые несколько миль: жаждущими сердцами – с одной стороны, и состраданием – с другой. Для тех же, кто пребывал с Ним в одной машине, это был дар безграничного восторга. Баба Сам пел много песен, просил петь бхаджаны всех Своих спутников, побуждая то одного, то другого сочинять экспромты о живом эпосе, разворачивающемся у них на глазах. Дорога летела назад, растворяясь под колёсами машины, и у нас пропало всякое ощущение времени и пространства.

"В Биджапуре народ стоял плотной толпой на мили вокруг, – пишет д-р Адке. – И я отважился предложить Бабе: "Нужно отменить собрание! Здесь осуществить это невозможно! Давайте проедем до следующего местечка!" – "Нет", – сказал Саи. Вдоль дорог и на открытых пространствах нетерпеливо колыхалась 75-тысячная толпа. Саи ступил прямо в бурное людское море, – пишет далее д-р Адке. – Все мы очень волновались. Но скоро мы увидели Его спокойно стоящим на возвышении у микрофона под яркими огнями. Едва Саи запел по обыкновению вступительный стих, все присутствующие – мужчины, женщины и дети оказались зачарованы: волнения утихли, воцарилась тишина, – и мы успокоились".

"Ради чего вы родились? Чего вы добились за годы, проведённые вами людьми среди людей? Что вы собираетесь оставить после себя, когда умрёте?" – певуче вопрошал Саи собравшихся.

Участник поездки Рамачандра Рао пишет: "Мы слышали, что когда Кришна играл на флейте, то и тысячеглавый змей смирялся; когда Саи Баба заговорил Своим завораживающим голосом, то хотя Его первые фразы и были вызовом самодовольству и праздности, тем не менее 75-тысячеглавый змей притих, углубившись в исследование самого себя. Саи советовал всем растить и проявлять любовь, так как "любовь – движущая сила вселенной, любовь – это Бог, и одна лишь любовь может снискать милость Божью и соединить человека с Богом". Когда же Саи заговорил об эффективности бхаджанов и Сам спел два или три, все до единого покорились магии Его "флейты"! И все их высшие склонности пустили ростки, покрылись листвой, почками и расцвели в сердцах, и каждый испытал дивный трепет – трепет Космического сознания".

Проведя ночь в здании окружной управы, Саи поднялся рано и уже был готов выполнить принятые Им на этот день обязательства. Прошли считанные минуты со времени их выезда, и они с удивлением увидели поперёк дороги заграждение из зелёных и желтых гирлянд, ветвей, флагов и флажков, а на земле сидело человек сто – распевая бхаджаны Прашанти Нилаяма!

Пусть об этом расскажет д-р Адке: "Они стали упрашивать Саи заехать в их селение – всего в двух милях оттуда; сказали, что починили дорогу и сделали её пригодной для прохода машин; обещали, что будут тихими и дисциплинированными; объявили, что все жители села ждут Его приезда. Я был озабочен чётким следованием расписанию, уже утверждённому на этот день. Но Баба сказал: "Ладно, поедем и побудем с ними минут пять".

Машины свернули, прошли по чистой непыльной дороге, щедро политой водой, и въехали в село. По ходу машин колебались светильники в руках людей, женщины осыпали машину Саи цветами. Мужчины трубили в рожки и били в большие барабаны. Звенели колокольчики на шее буйволов, стоявших с краю дороги с выкрашенными в красный цвет рогами. Саи был счастлив видеть, как в глазах сидящих жителей загорался свет радости. Он пропел несколько бхаджанов, поощряя собравшихся петь за Ним без стеснения и страха. Он выехал на главный путь лишь минут через сорок.

То был единый непрерывный поток преданности, оплодотворяющий все эти края, поток, вливающийся в каждый дом, в каждое сердце, пробуждая мужчин, женщин и детей. Саи не мог выносить зрелища часами сидящих и стоящих под знойным солнцем людей, как не мог допустить, чтобы кто-то оставался угрюмым и безрадостным. На пути от Биджапура в Багалкот Он пел много песен на каннада к большой радости окружающих. Пел Он и песни, сочинённые на каннада известными святыми средневековья – Пурандарой Дасом и Канакой Дасом; рассказал о произошедшем с Канакой Дасом в Удити, где статуя Кришны, установленная Мадхавачарьей, повернулась, чтобы дать святому пастуху Канаке Дасу желанный даршан. Ведь его не пускали в храм, так как он принадлежал к низшей касте! Спел Саи также несколько собственных, тут же сочиненных Им песен на каннада. То был славный час и для любителей этого языка и для искателей, стремящихся к Божественному.

Проехав через Керур и насытив глаза преданных даршаном, Саи достиг Наргунда и увидел около 12 тысяч народу, собравшегося из всех окрестных сёл и даже явившегося из Хубли и Дхарвара за много часов езды оттуда. Он говорил о неотъемлемом присутствии Бога во всей вселенной, заявив, что только совершенный, чистый разум может признать этот факт, – точно так же, как лишь язык может распознать растворённую в воде соль.

Проехав через волнующиеся поля трав и злаков, ласкаемых нежными потоками свежих ветров, Саи вечером прибыл в Навилгунд. Море лиц предстало Ему в строгом молчании, и Он говорил и пел в Своём неиссякаемом сострадании. "Мир объектов вечно меняется, он дрожит и мелькает, но Атман – Дух – вечен, стоек и неподвластен времени, пространству и причинности, которые сами по себе лишь кажущиеся Его проявления, Ему приписываемые! Экам эва адвитийам Брахма -Брахман лишь Один, без второго. Чтобы осознать это Единое, которому нет равных, следует применять пять видов дисциплины: повторение мантр, памятование имени Божьего, йогу, медитацию и самадхи. И как музыка и музыкант присутствуют в эфире, когда приёмник со всеми его приспособлениями улавливает и проявляет волны радиостанции, так и Бога, который присутствует, но не проявлен для глаза или ума, может быть воспринят и осознан с помощью этих духовных приспособлений", – пояснил Саи.

Должно быть, в тот день солнце двигалось медленнее обычного, так как Саи удалось добраться до Халкоти к шести вечера после остановки на пути в Аннигери, где Его осыпали цветами, а Он осыпал благословениями огромную толпу вдоль дороги. Но рекордное число жаждущих оказалось в Кулкоти, и Саи дал им даршан и заверение в Своей неизбывной милости.

Затем Он отбыл в Гадаг – город, прославившийся в веках своим храмом Вира Нараяны, воспетым в поэзии на каннада, а сегодня – крупный торговый и индустриальный центр. Город поразил всех невероятным числом почитателей. Их было более сотни тысяч!

В приветственном слове Шри Патил отметил: "Пред нашим городом сегодня открылись врата небес! Свет Духа вновь воссиял среди его древних стен". Саи Баба говорил о молитве Вед, выражающей заветную мечту человека от начала его истории на Земле. "Асато ма сад гамайя – Веди меня от не истины к истине!; Тамасо ма джьотир гамайя – От тьмы веди меня к Свету!; Мритьор ма амритам гамайя – От смерти веди меня к бессмертию!" Он сказал, что все различия нереальны (неистинны), что эгоизм – тьма, а желание – смерть. Таким образом, человек должен осознать Единое, искрой которого Он является; Единое, которое есть всё это и более; Единое, которое всё наполняет и исполняет".

Бхаджаны, которые запел Баба и которым вторили голоса собравшихся, очистили атмосферу от вибраций множественности и исполнили её единством бытия. Рама, Кришна, Шакти, Шива, Вишну – все слились в мощной мелодии этой музыки, летящей по Его призыву к Его стопам и созвучной с Его космическим голосом.

Когда Баба добрался до Дхарвара, огни в домах уже почти везде погасли, а по улицам сонно бродили коровы и жевали отбросы!

Когда в новый день солнце поднялось над горизонтом, было 27 октября. И Саи был свеж, как солнышко, что не являет никаких следов усталости, как бы ни был долог и монотонен путь, сколь бы ни были чрезмерны воззвания к Нему на сколь угодно многих языках, как бы бурно ни встречали Его в сколь угодно многих странах сколько угодно тысяч людей! Он сознаёт Свою миссию и также непритязателен в её исполнении, как солнце!

Но остальные в Его группе – обычные люди – вызывали в Нём чувство жалости. Он настоял на том, чтобы д-р Адке с сыном и прочими передохнули, несмотря на их протесты. Что же касается Его Самого, то Он провёл день, посещая дома Своих преданных в Хубли и Дхарваре, поскольку, как Он часто говорит: "Ваша ананда (блаженство) – вот то, что поддерживает Меня (Ми анандаме на ахарам)". Когда Саи посещает какой-либо дом, как бы ни было кратко Его пребывание в нём, Он оставляет его настоящим раем мира и любви. Часто Он заходит в дом один, чтобы "не отвлекать хозяев необходимостью уделять внимание сопровождающим!" Он следит, чтобы последователь не увлекался пышным приёмом и всяческим украшательством, экзотическими гирляндами, дорогим угощением, чтобы не созывал спешно родных и друзей со всей округи. Он приходит как самый близкий и дорогой родственник, явившийся после долгого отсутствия, чтобы благословить и исцелить, помочь материально и возвысить, облегчить горе, утешить и поправить, придать мужества и уверенности, заверить в успехе духовных исканий. Он приласкает детей, отметит малейший признак почитания, вспомнит имя каждого в семье, расскажет о них то, что они сами не знали или забыли, пообещает облегчение и оставит всех признательными. Где была плотная завеса уныния, Он поселит радость; где была тяжёлая и затхлая атмосфера болезни, Он привнесёт свежий аромат здоровья и бодрости. Его посещение закроет главу болезни и отчаяния, горести и сомнения и откроет иную, звенящую радостью и весельем, миром и доброжелательностью, энергией и живой гармонией.

Понедельник, 28 октября! К вечеру Ему надо было добраться до Бриндавана, и Он поехал по дороге Хубли---Даванжер, озаряя лица и просветляя сердца обитателей окрестных сёл и городов. Первым местечком, где собрался народ при содействии Общества Сатья Саи севы, оказался Кундгол. И сколько было народу! Широкий простор футбольного поля был заполнен полностью. А это, по меньшей мере, тысяч 25. Саи говорил об индийской культуре, о слове "Бхарата", слоге "бха", который Он толковал как "свет" – свет духовного осознания, свет, открывающий тождество всех в Боге. Он сказал, что сердце Его полнится радостью, так как тысячи людей привела в Кундгол любовь, позволив ждать с самого раннего утра Его даршана. "Распространите любовь эту на всех, ибо Я – во всех", – предложил Он. "Преданность Мне должна выражаться в служении, любви и сотрудничестве, в избежании ссор и конфликтов, в отказе от ненависти и привычки искать чужие ошибки", – подчеркнул Он. Когда же в конце беседы Он спел несколько бхаджанов, воцарилась гармония, а беспокойство и сомнения ушли из внутренней и внешней атмосферы.

Следующим местечком, где Саи благословил народ, было Карджиги. Затем Он посетил селенье Агади – известную обитель покойного святого Сешачала Свами. Святых и мудрецов можно сравнить с топографами, сапёрами, строителями дорог и мостов, прокладывающими путь Аватару. У входа в святилище Саи встретили женщины, размахивающие светильниками, и торжественные гимны учёных-знатоков Вед. Он прошёл сквозь огромную толпу людей, поющих бхаджаны, а позже говорил об эффективности повторения имени Божьего и о духовной практике неустанной намасмараны.

Движение машин, что несли с собой избавление и утешение, замедлилось в Хавери. Саи направился к зданию, где находился Центр севадалов по благоустройству села и обратился к собравшимся студентам местного сельскохозяйственного и других колледжей. Он обратил внимание учащихся на красоту и величие естественного окружения места их встречи, заявив, что это – наследие, которое разделить могут все. "У вас есть и иное наследие, какое все могут разделить, и это – милость Божья", – сказал Он. Он призвал их хорошо учиться, а также пожелал научиться и умению быть в мире с самим собой и другими с помощью намасмараны и бхаджанов. Когда же Саи запел бхаджаны, около дюжины холёных коров хозяйства внезапно встали как вкопанные, с интересом поглядывая и шевеля ушами. Среди них одна оказалась стельной, и телёночек явно рвался в мир в жажде услышать звуки Бриндавана. В Ране Беннуре Саи торжественно заложил камень в основание Колледжа наук и искусств и проследовал на Хлопковый рынок, где 25 тысяч человек ожидали даршана. "Пусть слова ваши будут проникнуты истиной, а дела – праведностью; вот способ увидеть цель и достигнуть её", – советовал Он. Этот день подарил огромному собранию людей час блаженства Его слов и песен.

Из Ране Беннура Саи сквозь ряды толпившихся последователей проехал к Харихару, где на несколько минут вышел из машины, а затем через Даванжер, Читалдруг, Ширу и Тумкур – к Бриндавану, унося с Собой любовь и пылкую преданность миллионов, пленённых Его милостью.

"Мне посчастливилось быть рядом, – пишет д-р Адке, – и стать свидетелем радостной признательности людей везде и всюду, и также счастья самого Саи при виде их искренности и простоты. Мне удалось доехать до самого Вайтфилда и только там оставить Саи. Когда я уезжал, Он сказал: "Не думай, что возвращаешься один! Я с тобой! Мы всегда будем вместе!" Вот мера Его любви, Его вездесущности, Его всемогущества, Его божественности!"

Поклонение, оказываемое Ему, внимание, с каким толпы народа в любых краях – будь то село или деревушка, или город колледжей и фабрик, историческое место или центр паломничества – ловили Его слова надежды и обещания, являются потрясающими фактами для тех, кто думает о будущем. Они открывают, что люди чрезвычайно отзывчивы на призыв духа к более высокой жизни, и что зачарованность короткими путями к "счастью" и его искусственными подпорками не может устоять пред обаянием божественного веления Бабы.

Саи Баба отправился в путешествие на Дипавали – в день, когда Индия отмечает Праздник огней и света. В своей работе "Синтез йоги" Шри Ауробиндо пишет: "Гуру должен пробудить божественный свет и вызвать к действию божественную силу". Саи Баба пробудил божественный свет; Он зажёг светильники во всех сердцах! Он – божественный – вызвал к действию божественную силу.


Глава 7

НЕЛЕГКОЕ БРЕМЯ БЕЛОГО ЧЕЛОВЕКА

"В этот в высшей степени опасный момент человеческой истории единственный путь спасения для человечества – это путь индийский", – сказал Арнольд Тойнби, едва ли не самый мудрый из современных историков. Это век разочарований, страха, комплексов, навязчивых идей и пустых фантазий. Везде и всюду преобладают такие болезни общества, как преступность, правонарушения, разводы, самоубийства, азартные игры и наркомания. Из страны в страну распространяются недуги политические – ренегатство, лицемерие, распри, коррупция и шовинизм. А также экономические беды, такие как нищета и роскошь, эксплуатация и стремление к сверхприбыли, становятся присущи всему миру. Основной причиной всех этих хронических заболеваний, согласно Саи, является отсутствие у человека веры в себя. "Человек утратил веру в себя, он натянул на себя личину слабости и нерешительности, сомнения и неудовлетворенности и скрыл от самого себя сознание огромных потенций добра и красоты, силы и удовлетворения, кроющихся в его природе".

"Для того чтобы жить, – пишет Эйн Рэнд, – человек должен действовать; чтобы действовать, он должен делать выбор; чтобы сделать выбор, он должен определить шкалу ценностей, а чтобы определить какую-то шкалу ценностей, он должен знать – кто он и где находится, т. е. он нуждается в метафизике, эпистемологии и этике, что означает философию". И Тойнби заявляет: "Индийскую философию". Ибо в Индии философия никогда не была замурована в гробницы; она всегда была обращающейся в ходу дела жизни, кровеносным руслом семьи, общества, общины и нации. Она-то и зовется сатья --- даршаном, то есть переживанием мудрости, опытом мудрости. Иными словами, это скорее образ жизни, чем мировоззрение. Она склонна акцентировать нравственное поведение – дхарму, основанную на неизменной сатья-метафизике (философии истины).

И неудивительно, что Саи Баба стал утешением и крепостью многих отчаявшихся искателей мира и блаженства, прибывавших в Его присутствие из таких заморских стран, как США, Великобритания и других, страдающих от избытка внешнего блеска и технических новинок. "Вы не приехали бы ко Мне, если бы Я не позвал вас. Я знаю прошлое и будущее каждого из вас – к чему вы стремитесь в настоящем, и как и когда стремление ваше осуществится", – сказал Саи Баба группе "чужеземцев", хотя для Него такое их наименование звучит ошибкой; они скорее "чуждоземцы" – как бы "отчуждённые" от своей истинной "земли" и ищущие чего-то или кого-то "своего", кого могли бы обнять как близкого и родного.

"Большинство из нас слышали о Саи Бабе от кого-то ещё, – пишет Джон Хислоп. – Обычно человек узнаёт, кто такой Баба, услышав, как кто-то о Нём рассказывает. Первая волна информации о Нём здесь в Калифорнии пришла от Боба Реймера и его друзей. Вторая – от Индры Дэви и её окружения. Сама Индра Дэви услышала от Мёрфета в Мадрасе. А Мёрфет прежде узнал от Реймера. Тот услышал от своей знакомой, которая потом стала его женой! Она в свою очередь услышала о Саи от своей подруги. Но первое – начальное! – звено в этой цепи – это Сам Саи Баба!"

Послушайте, как с Ним впервые соприкоснулась Элси Коуэн. "Мы с мужем многие годы нашей совместной жизни были искателями истины. Мы следовали одному верованию за другим; каждый шаг приносил немного мудрости, но не давал ни уверенности, ни реального знания – как достигнуть цели. Как и всем ученикам истины, нам говорили, что Христос внутри нас и т.п. Наконец, когда мы услышали об одном гуру, который может нам помочь, то последовали за ним и за его учением. Истина, которой он нас учил, была та же, что и у всех Великих Учителей. Мы научились медитации и молчанию. Но духовный мятеж в нас оставался.

Почему мы не можем познать Бога? Если человек способен на осознание "Я", то почему его нет? – вопрошали мы. Ответа не было. Мы были обескуражены. Обсудили это и приняли важное решение: настойчиво и искренне молиться высочайшему из живущих Учителей, чтобы Он явился и привёл нас к цели".

Этот Учитель знал об их смятении и ответил на их призыв, ибо Он явился ради таких, как они. Пусть они сами расскажут, как это случилось! На другой день к нам в дом пришла моя подруга и вручила нам книжку. Это была книга о жизни Сатьи Саи Бабы! Мы прочитали её от корки до корки и вдруг почувствовали, что нас наполнил покой – великий и безмятежный! Мы поняли, что наши молитвы получили ответ!

Вскоре последовали дальнейшие шаги Его "операции по спасению". Мы связались с подругой, которая принесла эту книгу, и нашли другие книги Саи, прочли их и с головой окунулись в Его "простые" истины. В ближайшее воскресенье мы пошли в храм, прихожанами которого были. Туда зашла одна из моих подруг, которую мы не видели уже много недель, и села рядом с нами. Она вынула из сумочки какую-то сложенную бумажку; мы смотрели, как она её разворачивает, и были удивлены, что в ней оказалось немного пепла! Её знакомая привезла ей этот пепел от Саи Бабы (Его милость!), – сказала она, и у неё возникло неодолимое желание дать его нам (Его бесконечная милость!), для того она нас и разыскала. Она сказала (словами Бабы?), что нужно на ночь немножко этого пепла класть на язык. То было началом благословений и чудес, что стали происходить в нашей жизни, и хотя мы и не могли видеть Его своими глазами, Он давал нам о Себе знать разными путями. Затем однажды нам вдруг очень захотелось увидеть Его, и мы поехали в Прашанти.

Жену Хислопа Магдалену Баба привлёк к Себе с самой ранней поры её жизни. Саи пришлось много лет назад явиться перед ней не больше не меньше, как в Гаване (Куба) и озарить её незрелый детский ум (ей был всего лишь год!) ярчайшим светом. "Она как раз училась ходить, – рассказывает Хислоп, – когда увидела Ширди Саи (Саи Баба принимает и этот облик, чтобы благословить кого-то и даровать милость), стоящего в углу сада! Она заковыляла было к Нему с лепетом "Папа! Папа!", – затем, смутившись, остановилась. Ведь её настоящий отец стоял у входа в дом: – И вот, чудо из чудес, – пишет Хислоп, – в прошлом году, когда мы были в Индии, Саи подтвердил Магдалене, что её "видение" было подлинным фактом. Он описал костюм, в котором был тогда, и как Он стоял в уголке того сада 35 лет назад!"

Индра Дэви – "первая леди йоги в Америке", русская по рождению с американским гражданством и индийским именем – возглавляет институт йоги на границе США и Мексики. Она изучала йогу в Майсуре, давала её уроки в Шанхае, Лондоне и Москве. В 1966 г. она была в Бомбее совсем неподалеку от Гвалиорского дворца, где Саи Баба в окружении тысяч почитателей, жаждущих Его милости, провёл больше недели. Тогда ей не довелось увидеть Его, она лишь угодила в "пробки" вблизи того места, где проходили бхаджаны и беседы Саи, когда спешила по своим делам в город! Затем, уже на пути в Сайгон (Саи никогда не "гонит", – сказал я ей впоследствии, – Саи привлекает), она заглянула в штаб-квартиру Теософского общества в Мадрасе повидаться с подругой и наткнулась на Мёрфетов. Из тех буквально бил фонтан опьяняющих вестей о Саи Бабе, Его любви, влиянии и милости. Индра Дэви вернулась из Сайгона, поскольку зов был очевиден и убедителен. На пути в маленькое селение, которое обессмертил Его приход, она встретила д-ра Тригуна Сена – министра правительства Индии, возвращавшегося из этого святого места после долгой вдохновляющей беседы с Бабой. Д-р Сен предупредил её, что она, быть может, останется в самом Прашанти, почувствовав, что уже достигла цели своего назначения. Практически так оно и вышло, ибо она вручила своё сердце Бабе как пожизненный вклад: она дышит Саи, говорит Саи, грезит Саи и пребывает в Саи, куда бы ни направлялась!

Хильда Чарлтон из Нью-Йорка много лет прожила на Цейлоне, а потом поехала в Дели, где была посвящена в культ Великой Матери и в медитацию на Неё. Ей случилось посетить Ширди, где она услышала, что Саи Баба жив и Его можно увидеть в Путтапарти за 500 миль от Ширди!

Ещё одним "чужеземцем", привлечённым Саи Бабой из Ширди – места Его прошлой жизни, был Альф Тидеман Иоганнесен из Осло – глава богатой компании, ведущей свои дела в Бомбейском порту в качестве судовых агентов. Его конкуренты пытались погубить беднягу, репутацию и доходы Альфа всеми бесчестными средствами, какие только могли придумать, вплоть до чёрной магии! Кто-то из его друзей и один жрец-парс свезли его в Ширди (из всех возможных мест!), чтобы позволить ему заслужить милость и отвратить беду.

В одно из таких посещений в феврале 1966 г., когда безутешный Альф сидел у гробницы "прежнего тела", "новое тело" взяло на Себя его проблемы на Свой неподражаемый лад! Какой-то маленький человечек в голубой сорочке вдруг, похлопав его по спине, спросил: "Ты когда-нибудь видел Сатья Саи Бабу?". Альф прежде не слышал этого имени. "Если Бог когда-нибудь и являлся на Землю, так это – Он", – прошептал ему на ухо человечек и вложил в руки маленький овальный медальон, покрытый эмалью, с портретом какого-то индийца в свободном одеянии и копной пышных волос. "Это и есть Сатья Саи Баба, – сказал незнакомец. – Ты можешь увидеть Его в Бомбее 14 марта", – и ушёл.

Альф расспросил всех, кого знал, подробнее об этом "Боге на земле", но никто из них о Нём не слыхал, не знали они и того, где Его можно разыскать 14 марта. Фактически, как он впоследствии узнал, только спустя неделю, после того как тот маленький человечек в голубой сорочке объявил ему эту дату в Ширди, общество Сева Саи в Бомбее получило информацию о дате прибытия Саи с указаниями подыскать и подготовить подходящее место в любой легко доступной части города с большим открытым пространством для собрания преданных Бабы.

Скажем только, что Саи достиг Бомбея в первые часы ночи 13-го и подарил Альфу улыбку узнавания утром 14-го на бхаджанах во дворце Гвалиор! В первом же интервью, которое последовало за этим чудесным образом устроенным свиданием, Саи сказал ему: "А помнишь того чёрного мага? Я тогда тебе помог". Рассказав Альфу о его успехах и испытаниях – как в бизнесе, так и в попытках преодолеть расстояние между отчаянием и радостью в сфере духовной – Саи заявил ему: "Отныне Я буду руководителем во всех твоих делах".

Известный киносценарист и драматург Арнольд Шульман, весьма популярный в Голливуде и Нью-Йорке, встретил однажды Саи Бабу в Вайтфилде и возвратился в Америку. "И вот однажды, – говорит Шульман, – по неизвестной мне самому причине, я вдруг понял, что во мне как-то само по себе возникло побуждение, которое я не мог ни подавить, ни остановить, ни одолеть, ни разумно объяснить: мне захотелось написать о Бабе книгу!" Впоследствии, когда он приехал в Индию, Баба вызвал его в комнату для интервью и сказал: "Когда приходит время, Я призываю к Себе всех тех, кто во Мне нуждается. Это Я велел тебе написать книгу, потому что Мне был нужен ты. Понимаешь! Ты, а не книга".

Так и приходили они к Нему со всех сторон. У многих, вроде Хислопа, были позади долгие годы садханы, направляемой её адептами в их собственных странах – в Японии (учителя дзен), в Бирме (буддийские монастыри), в Непале (гуру-шиваиты), на Цейлоне (вихары буддизма) и в Индии (адепты йоги). У других "искателей близкого" жажда духовных достижений утолялась контактами с Миссией Рамакришны, Обществом самопознания, движением "Харе-Кришна", ассоциацией Крийя-йоги и другими центрами, зовущими к самоисследованию, самоконтролю и самореализации – осознанию "Я". Другие, ощутив жажду света, приезжали к Саи измученные мошенниками и шарлатанами, обещавшими скорые результаты за приличное вознаграждение. А иные ехали, устав и отчаявшись в бесплодной борьбе с гордыней, алчностью и буйной оравой желаний и импульсов, в поисках какого-то выхода, в поисках мира. Многие являлись, потрясённые и сбитые с толку противоречивой диалектикой тех, чьё красноречие служило в лучшем случае прикрытием пустоты и тщеславия, чтобы теперь, наконец, услышать прямые и простые слова истины, увидеть истину в её строгой красоте и узнать её от Того, кто знает всё.

"Не все почки на дереве расцветают, – говорит Саи, – не всякий цветок обратится в плод и не всякий плод дозреет и одарит мир сладостью". Поверхностные, инертные, высокомерные, педантичные отпадают. Есть разные уровни готовности у тех, кто едет за теми бесценными дарами, что предлагает Саи. Но каков бы ни был этот уровень, никто не сможет избежать или отрицать того глубокого очищающего влияния, какое испытывает сердце от этого контакта.

Д-р Джудит Тайберг из Лос-Анджелеса пишет: "Уже почти три года как я побывала в Путтапарти и получила божественное благословение Саи. И Его помощь на всех планах бытия всё ещё очевидна, и я очень признательна". "Когда у меня было тяжко на сердце и казалось, что восстановить душевное равновесие почти невозможно, я повидал Саи Бабу, – пишет Джек Хакимзаде из Тегерана. – В результате жизнь моя больше не та, что прежде". А Джнани Грин, побывавший в Прашанти 10 месяцев назад, пишет: "Саи наставлял меня: "Больше никаких врачей, никаких лекарств. Оставь их, брось; дай Мне быть твоим врачом!" Много раз с тех пор Он доказал действенность Своих слов и готовность мне помочь. Однажды я сломал ногу, попав в темноте в узкую выемку. С мучительной болью я добрался до дома. Прошло два часа и внезапно ощущение боли пропало: я был на бхаджанах в Вайтфилде, сидя в коляске! И тут я в некоторой рассеянности отметил, что по всей ноге разлилось тепло. Я встал ею на землю, – она совершенно выправилась! Воздействие же этого на меня самого оказалось даже более ярким. Ибо до меня мало-помалу дошло, что я могу обращаться к Нему со всякой болью, со всяким затруднением – как душевным, так и физическим. Я обнаружил, что Его средство действует одинаково хорошо во всём. Я – ученик медлительный и всё ещё забываю спрашивать! Но Он в Своём безграничном сострадании постоянно мне об этом напоминает".

Многие искатели находили утешение и силы, помощь и руководство в книгах, написанных Саи, в Его беседах, бхаджанах, в Его портретах и фотографиях, какими они пользуются для почитания и медитации. С Тихоокеанского побережья Америки (Санта-Барбара) Джон Эверсол писал мне: "Спасибо вам за то, что привлекли к Нему моё внимание, что теперь Его портрет может украшать стены моего дома, а вкус Его вибхути – всегда сохранять сладость в моём существе; за то, что моя семья смогла вступить на путь истины, которая есть Он, что слёзы моей радости могут омывать Его стопы с противоположной стороны земли".

Хильда Чарлтон писала одной из своих студенток, которая отправлялась в Индию к Бабе на несколько месяцев: "Саи желает, чтобы мы жили в согласии, так как не быть в любви с кем-то – значит не быть в любви с Ним. Какой толк любить Его, если мы не можем быть добрыми и внимательными с людьми – Его проявлениями этом мире? Лучший способ побороть раздражение на людей и на ситуацию – это считать, что Саи даёт нам испытание, когда кто-то или что-то нам не совсем подходит. В своих переездах вы обнаружите многих, кто восклицает "Баба", и тем не менее не делает того, что Тот велит и чего желает от нас. Сам Баба знает сокровенные мысли и чувства всех. Да, Он – Бог, воплощённый на земле".

А мне она однажды написала: "В наших классах медитации всегда ощутимо присутствие Бабы. Один мальчик-новичок увидел, что Саи наполняет всё помещение, а один из студентов воспринимал Его как бесконечность. Некоторые не могут сдержать блаженства (ананды), от высокой радости они смеются во время медитации. Саи является им в видениях или снах, исцеляет от болезней. Молодые ребята отвратились от наркотиков, восстановили здоровье и силу". И в другом письме: "Я оглядывалась на те славные дни в Прашанти, когда находилась в Его личном присутствии, как на дни благоприятных возможностей. Но теперь, вернувшись на Запад, я всё более и более понимаю, что Он – вездесущ. Я получаю конкретные подтверждения этому снова и снова. Когда я покидала Прашанти, Саи сказал мне: "За пределами Имени! За Формой!""

Диана Маркье из Франции увидела в комнате у кого-то из знакомых портрет Саи. Под портретом были такие слова: "Зачем бояться, когда Я здесь?" – "Ого! Ничего себе! Да кто он такой и кем себя считает?" – воскликнула она. Но когда она узнала о Нём побольше, в ней проснулось любопытство, которое привело к исследованию, открытию и к преданному почитанию. "Однажды, – пишет она, – я попросила у мужа 300 долларов, а когда он сказал, что столько дать не может, я, веруя в Саи, рискнула заявить: "Если ты дашь мне триста, Саи Баба даст тебе в десять раз больше!" Три сотни я получила. И в тот же вечер впервые за весь год прямо в том ресторане, где мы были, он к удивлению всех, кроме меня, заработал 3 тысячи долларов".

А Мьюриел Энгл из Санта-Барбары пишет: "Мне никогда не доводилось быть так близко к Богу. Поверите ли вы мне, если я скажу, что этот Человек – Христос? Он с первого взгляда видит, кто мы и зачем к Нему явились, без единого слова с нашей стороны. Но в Своей удивительной доброте Он старается не смущать нас проявлением того, что всё видит и знает!"

Говард Мёрфет говорил, как одна немка – серьёзная и преданная сторонница духовного поиска – сказала ему: "Баба – это воплощение чистоты и любви. Я всё больше и больше прихожу к внутреннему убеждению, что Иисус явился вновь в полноте Христа как Сатья Саи Баба".

"Прожив 41 год и испытав немало разочарований, как описать радость обретения Бога в человеческом облике – чрезвычайной доброты, самой любви во плоти? – пишет Джун Шуйлер. – В моей жизни было много любви, которую мне довелось испытать во всех обычных человеческих отношениях – отношениях с родителями и с друзьями, в семье – с мужем и ребёнком. Ничто не может сравниться с чистотой любви, что дарит и вызывает Саи. Это – святая любовь!

За последние 17 лет до того, как я встретила Саи, жизненные проблемы у меня стали такими напряжёнными, что я стала ощущать внутреннюю пустоту. В присутствии же Саи эта бесплодная внутренняя пустыня омылась животворной водой. В Его присутствии та хрупкая нежность, какая казалась вовсе обезвоженной, ожила и принесла плоды.

9 декабря 1970 г. мы с Аннализой Раджагопал и Индрой Дэви по Его указанию отправились в величественный католический собор – место захоронения Св. Франциска Ксавье в Гоа. И как обычно там, где молятся Христу, любовь Его коснулась меня. Я преклонила колени перед Его статуей со смешанным чувством. Вот я – благочестивая христианка, много лет безошибочно направляемая Иисусом Христом, а теперь сердцем моим всецело завладел Саи Баба.

"Иисусе! Что же это? – спросила я вдруг. – Не пытаюсь ли я служить двум господам? Ты ведь говорил нам, что это невозможно. И Баба говорит то же самое. Ты знаешь, что я люблю Тебя, и тем не менее сердце моё полно Бабой. Я безусловно решилась принять Его руководство и следовать ему. Помоги же мне, прошу Тебя!"

И я тут же вспомнила день, когда Баба говорил перед группой заморских гостей. В тот день Он пользовался переводчиком, хотя очень часто говорит на великолепном английском! И когда Он упомянул об Иисусе в ходе беседы, переводчик начал: "Ваш Иисус:" – "Нет, – прервал его Саи и ласково сказал: – Наш Иисус", – подчеркнув слово "наш"! Моего сердца коснулась мысль, что Сам Иисус привёл меня к Бабе. Я чувствовала, хотя и была слишком слепа, чтобы видеть, что Саи и Иисус – не два Учителя, не два Господа, а – Один, Одно. Саи Баба учит нас любви, смирению, почитанию, милосердию, возвышению души, а это исходит из живого дыхания всех верований. Умом я была согласна с этим, но понимание этого медленно пускало корни в моём сердце.

В некоторых случаях моих первоначальных переживаний, связанных с Бабой, мой ум норовил вызвать очередную бурю сомнения, но всякий раз на фоне этого смятения глубоко внутри воцарялся безмятежный покой. Я уже давно научилась узнавать этот поток мира и доверять ему. Это Бог внутри меня говорил: "Всё хорошо".

И склонившись в тот день перед распятием, я поняла, что всё хорошо. Я так щедро благословлена! Я покинула собор, чувствуя себя любимой и любящей".

Говард Мёрфет тоже говорит о сходном опыте откровения. В книге "Саи Баба – Чудотворец" он пишет: "У Саи Бабы много общего с Христом не только в чудесах, но и в стиле подачи учения. Саи – далеко за пределами каких-либо критериев человека. Помимо чудес, демонстрирующих Его власть над природой, помимо Его способности оказывать помощь и давать защиту, пребывать везде и всюду и знать, что думают и делают Его преданные ("Я – радио и могу настроиться на вашу волну", – говорит Он), – помимо этих сверхчеловеческих качеств, есть ещё и чистая неэгоистичная любовь. Она-то и есть высший знак Христоподобной божественности".

Мне запомнились несколько вечеров, которые я провёл с группой из семи "иноземцев", когда они читали "Откровение Иоанна", пытаясь проникнуть в суть, таящуюся между строк. У некоторых из них было интуитивное чувство важности толкования и понимания явления Бабы, оно подкрепилось также изучением удивительных открытий в области библейских сфер известного ясновидца Эдгара Кейси. Так они читали описание Нового Иерусалима как места, где "храма я не видел, ибо Господь Вседержитель – храм его: И принесут в него славу и честь народов. И не войдёт в него ничто нечистое и никто, преданный мерзости и лжи: Жаждущий пусть приходит, и желающий пусть берёт воду жизни даром". Они читали это и дивились соответствию. Потом они читали о Пришествии Учителя на белом коне (аватар Калки?), и "очи у него, как пламень огненный", облачённого в одежду красную, словно бы обагрённую кровью, с именем Царь царей и Владыка владык, вплетённом в его одежды (Саи носит красные шёлковые одеяния: на одном из них золотыми буквами вышито Его имя – Саи Баба, те есть Бог-Отец). "Имя Его – Истина", – отмечали они с удивлением, читая текст, ибо сатья значит истина! И христиане, приезжающие к Саи, находят много таких параллелей в знаках и знамениях Божества, и весьма благодарны за это.

"Многие из вас приходят ко Мне потому, что не знали материнской любви", – сказал Саи однажды, обращаясь к американцам. Один из них сочинил песню, и у него в руках был листок со словами: "Пробуди нас к единству с Тобой! О дорогая Мать! Веди нас к Себе – домой!" Конечно же, все, кто ищет смысл жизни, понимание себя и самовыражение, каких-то принципов, идеалов, истинных ценностей, – это дети, а кто с нежным сочувствием помогает им подняться и направляет их неверные шаги, запинающийся слог, недоумевающий взгляд и колеблющийся ум – это поистине Мать. Выдающийся поэт штата Андхра, почтенный ученый, йог и мистик Веллури Шиварама Шастри, который провёл рядом с Ним много лет, пишет: "Положите на одну чашу весов всю любовь, какую все матери мира уделяют своим детям, а на другую – ту любовь, что проявляет Саи Баба к отчаявшимся, одиноким, слабым существам, и вы обнаружите, что чаша с любовью Саи перевесит!" "Позвольте детям приходить ко Мне", – сказал Христос. И Саи Баба всегда окружён детьми всех возрастов, так как Он один может подарить каждому ту любовь, какую они жаждут.

Любовь Христова столь велика, что Он взял на Себя грехи других. Саи же в любви Своей берёт на Себя болезни других. На рождество 1970 г., говоря о мучениях, которые Он с готовностью перенёс, чтобы облегчить боль одного из Своих последователей, который не смог бы пережить тяжёлого воспаления аппендицита, Саи заявил перед большим собранием в Бомбее следующее: "Взять на Себя страдания тех, кто Мне предан, – это Мой долг. На самом деле Я Сам не страдаю, и у вас не должно быть причины страдать, когда Я исполняю Свой долг. Вся эта отдача и приятие – игра любви! Я беру это на Себя с любовью, так как же Я могу страдать? Христос пожертвовал жизнью ради тех, кто уверовал в Него. Он проповедовал истину, что служение – это Бог, жертва – Бог".

Когда кто-то спросил Христа, почему Он ест и пьёт с грешниками, Он ответил: "Ради грешников Я и пришёл, здоровые не нуждаются во враче!" И Саи пришёл ради заблудших детей, странников, сбившихся с пути. "Заявлять, будто следует быть абсолютно чистым, чтобы заслужить Мою милость, так же глупо, как говорить, что следует быть здоровым, чтобы получить врачебную помощь", – говорит Он. Христос сказал Своим апостолам: "Я посылаю вас как овец в стаю волков, но святое имя Божье будет вам щитом и укрытием", – и воздух был полон песнями, и каждая живая тварь, казалось, взывала: "Хвала Богу! Аминь!". А Саи призывает преданных к такому действию: "Расскажите всем, что испытали здесь. Скажите, что нашли источник радости и мира. Скажите, что никто не будет оставлен, все будут спасены".

Когда брат премьер-министра Канады М. Трюдо с женой прибыл в Прашанти вместе с полномочным представителем Канады в Индии, Саи Баба вручил ему материализованное тут же на месте распятие. А в Танзании, в Нгоронгоро, Он материализовал для британца – пилота самолета, на котором летал, – красивый крестик, но, заметив, что получатель не очень доволен, спросил: "В чём дело? Ты хочешь Мой портрет?" – и ещё одним мановением руки портрет был создан и вручён. Он не ослабляет и не подрывает уже утвердившейся веры, не настаивает на том, чтобы люди почитали лишь Его теперешнее имя или теперешний образ. Нет! "Будьте правдивы, честны, сознательны, бдительны, чисты и исполнены любви – такой религии достаточно", – заявляет Он.

Джон Моффит из Нью-Йорка (более 20-и лет член монашеского ордена Рамакришны) разыскал Саи Бабу в Прашанти. После встречи с Ним он написал мне из Бангалора: "Я никогда не забуду этой беседы – бесконечно глубокой, бесконечно живой, бесконечно простой. Мне показалось, что, должно быть, именно так я сидел бы у ног Рамакришны: Я просто упивался Его сладостным, любящим, озорным "Я". Когда же я попросил Его благословения, с тем чтобы я снова мог сюда приехать, Он горячо возразил: "Зачем же сюда? Нет нужды. Я всегда с тобой. Я буду в твоём сердце". Если и было когда свидетельство того, что Христос действует вне христианства, так это в Саи Бабе, а до Него – в Рамакришне. Ум мой теперь ясен, мои сомнения разрешились, я желаю исполнять Его волю".

Саи знает, насколько глубоко устремление всякого, кто пришёл к Нему, знает, кому тот служил и кого почитал, что от кого усвоил, и когда и каким путем, в конечном счёте, найдёт он выход из этого абсурдного, но увлекательного лабиринта. Одному молодому американцу, который слишком демонстративно гордился своей преданностью Ему, Саи сказал однажды: "Твой гуру – в Бангалоре. Уезжай!" Несдержанный почитатель был ошеломлён. "Нет! – запротестовал он. – Он вот здесь!" Но Саи настаивал на том, что прав, и в голове у юноши просветлело. Он получал посвящение в трансцендентальную медитацию от знаменитого йога Махеша, а Саи и сказал ему, что тот йог как раз прибыл в Бангалор. Саи знал, что старые корни свежи и их можно оживить без лишний усилий.

"Саи Баба, Саи Баба, Ты так добр, Ты так добр! Ты – отец нам и мать, Ты и брат и сестра" – таков припев одной из песен о Нём, которую сочинила группа "чужестранцев" и неоднократно распевала её хором в Прашанти и других местах. Саи Баба – Аватар многогранный; Он и Рама, и Кришна, и Христос, и Будда, и Шанкара (Шива), и Гауранга (Чайтанья), и Рамакришна, и Заратустра – все в Одном.

Приезд в Путтапарти имеет свои проблемы, в особенности для тех, кто привык к комфорту и удобствам; тем не менее они мужественно терпят капризы погоды, непривычную пищу, отсутствие благоустроенных помещений, трудности в общении и разные прочие неудобства и держатся, используя любой шанс увидеть и услышать Его, встретится и побыть с Ним как можно дольше, так как Его присутствие так дивно, так сокровенно и дорого, что все бытовые трудности и вся неустроенность сводятся на нет.

Так г-жа Шульц заметила: "Какими достоинствами мы отличаемся, что Ты призываешь нас всех так нежно и любовно?" А Эдди Флер пишет: "Я молилась и каждый день молюсь подолгу, чтобы обрести чистую любовь к Нему и полное подчинение Его воле. И чтобы быть с Ним, как Хануман при Раме". "Его любовь полностью смывает озабоченность неполадками и неудобствами, суровыми сюрпризами природы", – пишет Габриела Штейер. "Я – водяной пузырек, сделай же меня морем", – молит уроженка штата Джорджия. А Майкл Мелвин отмечает: "Вот сознание, где любовь не знает границ; простор, свободный от всяческих узких рамок. Вот истина вне всяких заблуждений, где истинное "Я" познано. Я молю Божественную Матерь Саи вернуть меня в Свой дом". Ибо, согласно ещё одному из этих искателей истины, Саи явился, чтобы забрать домой Своих детей!

Другой садхака, назвавшийся Раманом, чтобы не привлекать внимания к своему прошлому, пишет: "Большинство из нас явились в надежде свершить что-то определённое на пути улучшения себя, сделать хотя бы несколько шагов на духовном пути с помощью Саи. И Саи Баба помогает нам продвинуться в садхане посредством испытаний, о которых знаем мы одни! И один из методов Его – нас полностью игнорировать! Да! Неделями. Он действует так, будто совершенно не сознаёт нашего существования. Он улыбнется нашему соседу слева, похлопает по плечу соседа справа! Взгляд Его скользнёт высоко над вами, и Он будет вести Себя так, будто совсем забыл о вашем существовании. В результате, ваше эго сжимается в горошинку! И вот, когда вы уже почти дошли до нужной "кондиции", Он вдруг внезапно бросает вам Свой взгляд и улыбку – и всё опять прекрасно, и даже ещё лучше.

Вы получили стимул, который будет поддерживать вас несколько недель. И когда Он дарит такой взгляд с улыбкой в придачу, вы ощущаете, что тесно связаны с Ним навеки, глаза ваши наполняются слезами, и вы взлетаете в облака. Вы в мгновение ока понимаете, что Он следил за вами всё это время, что Он знал каждое слово, какое вы шептали про себя в отчаянии, каждую вашу мысль, всё, что вы сделали или оставили не сделав, и более того – что Он знает все ваши слабости и уже простил их!: И если я когда-нибудь достигну состояния отсутствия желаний, – добавляет Раман, – то я уверен, что желание получать взгляд и улыбку Саи уйдёт самым последним".

По словам Хислопа, для людей Запада первая возможность приблизиться к Саи возникает обычно тогда, когда Он зовёт их к себе всех вместе – либо в Прашанти, либо в Вайтфилде. "Он садится перед нами и предлагает нам выразить свои духовные сомнения. И мы видим пред собой как бы мужчину-индийца ("Я – не мужчина, не женщина, не старец, не юноша; Я – всё это", – сказал Он Шульману) с тёмно-коричневой кожей (у Рамы и Кришны, как гласит эпос, кожа тёмно-коричневая), хрупкого сложения с шапкой густых тёмных волос, золотистым ореолом обрамляющих лицо. Мы, естественно, глядим во все глаза, встретившись с таким необычным существом; все органы чувств у нас начеку, ум и интеллект настороже. Мы замечаем, что черты Его очень выразительны и сразу отражают все изменения настроения и мысли. У Него приятная нежная улыбка, как у невинного и ласкового ребёнка. Глаза у Него тёмно-карие, добрые и нежные, они светятся разумом и блистают юмором. Голос мягкий и нежный, словно материнский, иногда со смешинкой и лукавством, как голос друга, а иной раз суровый и серьёзный, будто отцовский. Телодвижения Его, когда Он садится, встаёт, ходит, грациозны, плавны и необычайно легки. Выразительные руки. А в воздухе, во всей атмосфере присутствует какой-то неуловимый аромат, который Магдалена определяет как жасминовый! На обратном пути из Индии, в Гонолулу, я проснулся от этого запаха, который держался секунд 10 – 12. А в другой раз в Бомбее в Дхармакшетре, когда Саи рассказывал какую-то историю, иллюстрирующую одну из тем Его беседы, я удивился, увидев светящийся ореол вокруг Его головы. Саи заметил удивление у меня в глазах и пояснил, что это поистине удача – увидеть такое!"

Давайте же послушаем дальше личное описание Хислопом того, как Саи являет Себя тем, кто стремится к Нему. "Сидя рядом с Ним, мы скоро осознаём, что Он – нечто гораздо большее, чем просто грациозный и обаятельный индиец! Наше восприятие углубляется и выходит за рамки органов чувств; мы начинаем сознавать какую-то тонкую, но целостную красоту, незаметно заполнившую всю комнату. И на том тонком уровне, к которому мы пробудились, мы чувствуем поток сострадания, любви и света и понимаем, что источник его – Баба.

Вдруг на наш ум нисходит полный покой, и мы испытываем прилив счастья в сердце! Все заботы уходят; наш обычный мир выпадает из поля зрения, отходя в прошлое".

Арнольд Шульман так описывает чувство, поглотившее его при этом: "Я переменился полностью менее чем за минуту!" Реальностью становится лишь это счастливое блаженное пребывание с Ним. Это переживание настолько остро и подлинно, что глаза наполняются слезами, и некоторые вдруг обнаруживают, что плачут.

Этот экстаз, испытываемый в присутствии Бабы, ещё усиливается, когда Он начинает отвечать на вопросы и говорить на духовные темы. Сладость и глубина Его мудрости несут в себе такой трепет истины, что кажется почти невозможным вынести радость, переполняющую сердце.

Баба собирает людей из мест ближних и дальних и говорит с ними притчами и историями о вековых средствах от болезней (как Он шутит, от "рабства", "оков", так как по-английски болезнь (dis-ease) – это и несвобода, скованность) желаний и мук, – о средствах, уважение к которым Он намеревается возродить вновь в человеческом обществе. Он говорит: "Позвольте Мне подобрать хотя бы несколько колосьев из урожая, хранящегося в памяти этих братьев и сестёр прошлого. Не тратьте время, стеная о прошлом, предаваясь негативным и обидным, трагическим и горьким воспоминаниям. Каждый скоротечный миг может быть целой жизнью для духа! Отбросьте всё тривиальное. Будьте неколебимы, как звёзды. Постоянно старайтесь находить новые пути для выражения своей любви ко всем. Не говорите слишком много и со многими, ваш истинный друг и товарищ – Бог. Поступайте, как вам подсказывает внутренний голос: если вы встречаете различия в отношении к богатыми и бедным, здоровым и больным, действуйте соответственно – помогайте бедным и больным. Избавить ум от всякой нечисти, от заблуждений и самомнения, от пороков, чувственных впечатлений и печати кармы – по сути то же самое, что и усмирить, "умертвить" ум. Но чем больше вы это делаете, тем ярче и яснее становится сияние того, что остаётся, оно подобно бриллианту (игра слов: die-mind -"умерший" ум, diamond – бриллиант, алмаз). Надо отсечь ненужные осколочки и убрать трещинки, чтобы сделать его подлинно ценным. "Баба" означает Высшую Душу, которая есть сат-чит-ананда – существование-сознание-блаженство. "Б" – это бытие (Being), сат; "А" – осознание (Awareness), чит; "Б" – блаженство (Bliss), ананда, и последнее "А" – Атман, внутренняя суть Реальности. Вы тоже можете стать Мной, когда сбросите оковы заблуждения и желания".

Саи Баба заявляет, что Его жизнь – Его послание. И потому пребывать в Его присутствии и видеть Его сострадание, простоту, искренность, проницательность, любовь – ценная возможность для искателя обрести полноту и свободу. Каждое Его слово исполнено смысла для тех, к кому оно обращено. И с каждым Он разбирается как с отдельной особой проблемой. Он не торговец дешёвой панацеей от всех многообразных человеческих недугов; цель – внутри вас, исцеление в ваших руках; там же, где есть болезнь, есть и средство её лечения. Достигнуть цели – значит открыть глаза, пробудиться, зажечь свет, отринуть ночной кошмар. Это всё так просто; видеть истину так же просто, как и говорить её, – сказал Он. Зачем удлинять путь, а затем добиваться признательности, рекомендуя так называемые укороченные, прямые пути? "Тьма веков рассеется, стоит зажечь светильник; вам нет нужды ни палить во тьму из пистолета, ни вычитывать в книгах аргументы, чтобы разубедить себя, ни смывать её своими слезами, ни яростно бороться, чтобы вытолкнуть её вон", – говорит Саи.

Для каждого у Саи есть наиболее подходящее средство в удобном и лёгком для усвоения виде, и Он прописывает его с участием и симпатией. "Саи каждого приводит к осознанию, что тот есть отражение Его реальности, – замечает Хислоп. – Это – наша дхарма, наш долг – отражать и выражать Его природу, которая есть истина и любовь, так как это является и нашей истинной природой. И наш первый долг – освободиться от иллюзии обособленности от Бога, влиться в Бога, как брызги водяной пены, вздымаемые ветром и бурей, падают обратно в море и вновь сливаются с ним воедино".

Хильда Чарлтон в письме к ученикам так определяет свой "модус операнди" для медитации: "В сердечном центре представьте себе тихое озеро. Смотрите на вырастающий там лотос. Смотрите на пламя в этом лотосе. В этом пламени вы видите Саи Бабу. Утвердите Его в сердце. С каждым дыханием чувствуйте, что вдыхаете через сердечный центр божественную любовь Саи. Пусть любовь эта распространится во все части тела и хлынет "наружу", охватив всех существ". А в другом письме она даёт такой совет: "Вы спрашиваете, как влиться в Саи? Так вот, просто любите Его. Считайте Его всем миром и всей Вселенной. Волосы Его – небеса, тело Его – земля, и все мы – лишь малые атомы в Нём. Саи Баба – Бог, а Бог – во всём и во всех; мы должны быть заодно со всеми в своём сердце, и тогда мы – "заодно" с Ним". Через несколько месяцев ученик написал в ответ: "Я чувствую, словно я говорю с деревьями и листвой, с песками, так как Он – во всём этом". Иногда Саи Баба передаёт духовную силу прикосновением или проявлением воли тем, кто этого заслуживает. Один из юных садхаков писал мне: "И тут, прежде чем я это понял, Учитель подошёл и надавил мне на лоб, прямо на точку между бровями в области третьего глаза, и я ощутил нечто вроде блаженства и безмерного восторга, которые сохранялись часов пять".

Другие садхаки получали руководство через сны, которые были для них так же реальны, как уроки, преподанные лицом к лицу. Один садхака, который слёг с заболеванием кишечника, как-то зашёл ко мне спросить: что значит вишуддхи! Кажется, Саи сказал ему во сне, чтобы он на ней сосредоточился! Мне пришлось провести с ним целое обстоятельное занятие о чакрах. Я вдруг обнаружил, что вишуддха чакра оказывает глубокое целебное действие!

Я просмотрел свои заметки о подобных "снах" и нашёл чёткие и точные указания, согласующиеся с теми, что Саи даёт другим в состоянии бодрствования. Взгляните, к примеру, на такие: "Свобода, или освобождение, достигается не совершенствованием этого малого "я", но беспристрастностью как к совершенству, так и к несовершенству. Если же вы не готовы отказаться от этого относительного и ограниченного тождества (с личным "я" – ред.), то в таком случае употребите по мере сил свою энергию на его усовершенствование, так вы лучше используете своё время. Но это не предел. В Боге совершенства или несовершенства не существует. Вибхакти – то есть разделение, отличие, столкновение противоположностей – не есть бхакти (единство, "со-единение")". А послушайте вот это: "Не желайте понять. Не требуйте понимания. Оставьте императив, требующий понимания. Молчание – это не вопрос решения! Оно всегда есть. Молчание – это бесконечное вливание чистого Бога в вас, в мир".

Такие поучения, явные глазам и звучащие в ушах, даются Саи многим по всему свету. Ибо Он всегда жаждет разрешить сомнения и посеять семена веры в борозду исследования. И чтобы получать Его уроки через моря и океаны, вам не надо быть каким-то особенным или экспертом в какой-то необычной садхане, позаимствованной из престижного руководства. Искренне оберегайте своё сомнение. Молитесь интенсивно. От всего сердца взывайте к Высокому Наставнику – этого довольно. Однажды Саи спросил Пенна: "Сколько раз, Чарльз, ты взывал ко Мне! И разве не отвечал Я всякий раз?"

Однажды Пенн в дхьяне, погрузившись в тихие глубины Саи вахини (потока Саи), спросил Его: "Восток есть Восток, а Запад есть Запад, и этим двоим никогда не встретиться! Отчего же двоим, Баба? Если эта фраза верна, то почему мы устремляемся к Тебе, на Восток? Что это за стена стоит между Западом и Востоком, неужели она неприступна?"

"И Саи Баба ответил ему: "С раннего детства ум заполняется половинчатыми истинами (наподобие этого недоразумения), здравыми на первый взгляд идеями, а также весьма искусными измышлениями. Детей иногда изолируют от взрослых, страдающих какой-нибудь заразной болезнью; и Мне хотелось бы, чтобы их изолировали от взрослых ради Меня, чтобы они могли лучше узнать Меня! Солнце не знает ни Востока, ни Запада. Тираны предпочитают, чтобы горячие угли в умах людей не остывали; они раскаляют их добела и создают все эти "востоки и запады", сталкивая их друг с другом ради гордыни и выгоды. Каждый должен правдой бороться с лживостью, реальными фактами одолевать ложные идеи, побеждать любовью ненависть, крутой нрав – пониманием. Человек должен бороться с этим в себе. Когда возникает гнев, успокойтесь, а в страхе и сомнении молитесь Мне. Настраивайтесь на Мою могучую силу; по сравнению с ней, подобной тайфуну, сила солнца, которое Я поместил в небеса, – всё равно что дыхание младенца. Настраивайся же, Чарльз, на это освежающее, тихое веяние, каким ты сейчас наслаждаешься!"

Искателей, пришедших к Бабе за руководством и милостью, гонит мучительная жажда, возникающая при переходе ими этой пустыни, – не просто вслепую, как у большинства страждущих, но с пробуждающимся сознанием. Как пишет Норман Мейлер, "они так часто страдают от чувства, будто их что-то разъедает изнутри, что им кажется, будто тело пустеет, а душа пронзается раной, которая остаётся открытой, и возникает неодолимое убеждение, что ты пуст, ты кончился и в тебе нет ничего".

Один из таких западных искателей писал мне о некоторых своих соотечественниках: Керри провёл в уединении год в лесах Канады и ещё год на маленьком островке в Эгейском море. Джанет была ясновидящей, с большими способностями к телепатии, но упорно хранила это в тайне при всех возможных обстоятельствах, что само по себе удивительно! Когда же они увидели Саи, Джанет вскрикнула: "Да Он же Бог, я это знаю". Сестра её прямо-таки заболела от западной цивилизации и отказалась от нё. Мартин Стэмп ещё подростком отказался от обучения в Оксфорде и Кембридже, хотя представители обоих университетов старались заманить его, так как ещё в начальной школе он обнаружил ранний математический талант; но Мартин тоскует по Богу и страстно желает лишь одного – слиться с Ним. А Раман был учителем йоги, несущим весть востока в тюрьмы Америки. Он получает письма от своих подопечных из-за тюремных стен.

Подобно Индре Дэви, чьи классы йоги всегда сосредоточены на учении и славе Бабы, Раман "подарил" Бабу этим горемыкам вместе со своими уроками йоги. Один из таких учеников с благодарностью пишет из Ломфока: "Вибрации здесь явно очень негативные. Без твердого прямого руководства и помощи мы просто плыли бы по течению и лишь молились о чём-то лучшем. Когда я выйду, то подвергну себя более строгой дисциплине, чтобы продвинуться в самопознании. Мне кажется, что Шри Саи Баба посмеивается над космической шуткой нашей жизни, к которой мы относимся так серьёзно, и терпеливо ждёт, чтобы направить нас. Я и вправду надеюсь и молюсь, что очень скоро смогу увидеть Саи и научиться жить у Его благословенных стоп! Я уверен, Он проведёт меня через смутные покровы мирских мыслей к чистому свету самадхи и сознания Брахмана. Я часами смотрю на портрет Саи Бабы, чтобы освободиться от настоящей тюрьмы, что держит меня в тисках мирских мыслей, желаний и чувств".

Саи Баба возвещает о Своём явлении через знаки и чудеса по всему миру. Когда в самолёте Пенна во время полёта над горами прорвало бензобак, Баба появился рядом с ним в кабине и указал Ему на место неисправности с соответствующими инструкциями по ремонту! Когда яростный лесной пожар ворвался на мексиканское ранчо, где находится институт йоги Индры Дэви и её "прибежище", носящее имя Саи Нилаям, Баба ответил на её молитву, вмиг остановив и отбросив назад пламя пожара, чем спас и людей, и имущество! А Коуэны были огорчены тем, что, будучи в Индии, не смогли достать одну Его фотографию. Фотографию, на которой запечатлены символические часы в Дхармакшетре, где стрелки движутся от одной духовной дисциплины к другой вплоть до цифры 12, что указывает на "полное предание себя" лотосным стопам. (Фотограф, снимая Бабу, щёлкнул фотоаппаратом и получил фотографию Бабы с изображением этих часов на Его груди, как будто Он надел значок! Когда Бабу спросили о смысле появления этого отпечатка, Он сказал, что это означает то, что "Я с любовью прижму к Своему сердцу садхака, который сделает все шаги, указанные на часах!") Тронутый непритворным огорчением Коуэнов, Баба поместил такую фотографию под часы, над бельевым комодом, в их комнате в Санта-Ане, в Калифорнии. Поскольку Коуэны этого не заметили, настенные часы стали сами бить, пытаясь привлечь их внимание к Его дару, лежащему под ними невостребованным! Они молились, чтобы с Его портрета, находящегося в их алтаре, истекал вибхути, но вместо этого на портрете образовался звёздный сапфир с восьмью лучами, и это выглядело так, будто на Саи надето ожерелье с драгоценным камнем у горлового центра! Индре Дэви Он сотворил жемчужные чётки с заверением, что она сможет, в крайних случаях, излечивать молитвой болезни страждущих с их помощью. Он вручил ей также коробочку с вибхути, который можно давать больным как лекарство, и благословил эту коробочку, чтобы она никогда не опустела. Так и текут они потоком, дары божественной милости, миг за мигом, малые и многогранные – лечение, исцеление, очищение сердца и характера, коренные изменения привычек, избавление от приверженности к наркотикам, обретение внутреннего мира с помощью джапы и дхьяны и многие другие, ибо Саи твёрдо намерен возвысить духовных искателей.

Я завершу этот поток излияний сердца словами о первых плодах такого обучения и руководства, высказанными неким Джерри, одним из многих, разделивших Его милость.

"Я уже год пробыл у Саи Бабы. За это время я встречал многих "маловеров", больных и немощных, приезжавших к Нему. Ко времени отъезда в них было больше веры, здоровья, сил и покоя ума. Что касается меня, то Баба поистине творил чудеса. Пребывая у Него всё дольше и дольше, я, словно в зеркале, видел все свои самскары (врождённые и приобретённые импульсы и склонности). Они казались мне смутными и нереальными. Все былые впечатления ума постепенно ослабевали и улетучивались, сначала – более близкие по времени, а затем и те, что уходят своими корнями в раннее детство. И потом, по мере того как они исчезали, периоды пребывания в вечном блаженстве жизни в настоящем становились всё дольше и дольше! Саи Баба сжигает эго со всеми его неисчислимыми коварными ухищрениями. Пребывая в Его присутствии, я переживаю настоящее как жизнь в блаженстве любви, когда ум – в полном покое, свободный от всех мыслей о прошлом и будущем. Единственные впечатления, протекающие по экрану ума, – это яркие блики Божества, или излияния любви ко всем и мира. Опредёленными усилиями мы можем успокоить ум и опустошить свою чашу, чтобы Баба мог пролить в неё нектар Своей милости!"


Глава 8

СТОПЫ ШИРДИ САИ

Бхаджаны продолжались без перерыва всю Махашиваратри – божественную ночь. Утром Саи говорил о значении бдения и поста, о ценности и благотворности бхаджанов. После этого Он Сам раздавал освященную пищу, которой надлежало закончить пост. Утро знаменует завершение празднества. Но толпа в 25 с лишним тысяч человек так скоро не разойдется, ведь все ждут возможности коснуться лотосных стоп и получить свою долю священного пепла, который был чудесным образом сотворен для ритуала абхишекам в этот святой день.

И Саи с улыбкой медленно проходит по извилистым рядам сидящих "по-турецки" мужчин и женщин, вручая каждому пакетик-другой этого целебного пепла! То здесь, то там Он подписывает Свой портрет бесценным автографом, когда пылкий искатель тянется к Нему и умоляет о таком знаке милости. Божественной рукой Он касается больших пакетов с вибхути, которые преданные хотят отвезти домой, и наделяет их при этом целебной силой; Он произносит слова приветствия "Сантошам", "Ачча" (то есть "Очень счастлив", "Хорошо"), чтобы они могли уйти удовлетворенными, получив даршан, спаршан и самбхашан – увидев Его, прикоснувшись к Нему и услышав Его голос.

Многие ехали издалека в переполненных поездах в штат, где говорят на ином языке; им пришлось потратиться и испытать физические трудности и лишения. Но всё это, а также зной и холод, ночевка в открытых шедах или просто под деревом, где им доводилось проводить весь день в Путтапарти, тут же забывалось и даже благословлялось ими, стоило Саи бросить на них взгляд, улыбнуться, похлопать их по плечу или вручить им драгоценный кусочек освященной пищи или заветную щепотку вибхути.

А иные оставались в надежде, что Саи позовет их на личную беседу! Они проводили весь день, сидя рядами друг против друга перед Нилаямом, в ожидании невероятной возможности, что Саи вдруг выйдет и позовет их на личное интервью!

Но и Баба весь внимание. Он уделяет больше времени, чем обычно, оказанию помощи. Сначала Он отбирает "явных" больных – парализованных, детей с полиомиелитом, больных артритом, инвалидов в креслах и колясках, людей на костылях, с протезами конечностей, с гипсом и повязками и тех, кто страдает хроническими заболеваниями. Отбирает Он и старых, слепых и лиц с психическими отклонениями. Это занимает по меньшей мере два-три дня, и в один из вечеров Он обычно объявляет, что тем, у кого есть какая-то неотложная работа дома или на службе, на фабрике, в торговом учреждении или на ферме, не нужно ждать Его формального разрешения на отъезд и они могут ехать домой, приняв само это объявление за напутствие и благословение. Поскольку Он едет домой с каждым из них, с каждым остается и работает на ферме или фабрике, они не должны считать, что покидают Бабу и что Бабы не будет с ними рядом.

Это объявление многих побуждает уехать, но многие остаются и ждут! "Все эти люди – Мои, это Мои родные и близкие, прибывшие ко Мне", – заверяет Саи. В течение 10 – 12 дней, с самого раннего утра и до поздней ночи, Он исцеляет, утешает, советует, принимая людей со всех городов и штатов индивидуально, семьями или группами, так что масса собравшихся мало-помалу тает и люди уходят в приподнятом настроении, легко и радостно, уверенным и более твердым шагом.

Примерно за неделю число посетителей убывает, и одарив их всех блаженством, Саи Баба выезжает в Бриндаван – ашрам рядом с Вайтфилдом, местечком в 12-и милях от Бангалора.

Летние месяцы – март и апрель – Он проводит там, чтобы Его последователи не страдали от палящего зноя Путтапарти. Бриндаван – это прохладный тенистый сад, в одном из уголков которого за внутренней оградой стоит живописное бунгало. Последователи Саи собираются и в этом ашраме и поют бхаджаны под большим тенистым деревом. Саи появляется из бунгало – луч дивного света, – когда видит, что люди ждут уже давно, и медленно проходит по рядам жаждущих милости, изливая на всех благословение и радость. Он и здесь от рассвета до вечерних сумерек отдает Свое время и силы тем, кто ищет у Него здоровья, счастья и благотворного духовного руководства.

Открытие Дхармакшетры в Бомбее состоялось 12 мая 1968 г. Это центр, где почитается Санатана дхарма (Вечная дхарма, или религия), равно как и её побеги и ветви – дхарма буддистов, джайнов, ислама, Зороастра и Христа, – и последователи их дружат друг с другом и находят взаимопонимание друг у друга. Центр этот оказался также источником радости для последователей Бабы в самом Бомбее, поскольку Саи приезжает в Бомбей на вторую неделю мая каждый год, когда город отмечает это знаменательное событие, несущее благо нового духовного провозвестия.

Саи прибыл в Бомбей 8 мая и до 12-го числа был средоточием всех глаз, фигурой, на которую были устремлены умы всех, предметом бесед в тысячах домов. Утренние и вечерние бхаджаны в Дхармакшетре стали животрепещущим переживанием для десятков тысяч их активных участников. Каждый вечер Баба встречался с представителями общественности – педагогами и руководителями учебных заведений, членами Клуба деловых людей, известными лицами города – или с группами садхаков, духовных искателей.

С садхаками Он мог говорить о том, как правильно держать и перебирать четки, о значении числа 108, о воспевании мантры "Со-хам" (Я – То) как постоянной дисциплине ума и об истине, пребывающей в многообразии. Членам Клуба деловых людей Он говорил о смехотворности подражания американской культуре – болезни, быстро распространяющей своё пагубное влияние в Индии, богатой своими собственными неоценимыми традициями. "Некоторые слушают "американскими" ушами, смотрят "американскими" глазами и мыслят "американскими" мозгами, которые они пересадили себе вместо своих собственных!" – сказал Он. "История, климат, флора, фауна, язык, смежные культуры, чуждые влияния и враждебные силы – всё это формирует и созидает национальную традицию. Неразборчивое преклонение и подражание приводят к нарушению мира индивидуального и социального", – предостерегал Он. С педагогами же Он говорил о величественном здании – религии, воздвигнутом мудрецами ради обеспечения мира, благосостояния и чувства удовлетворения людей. Он призывал преподавателей изучать основные принципы религии и применять их в своей жизни. "Учитель должен быть образцовым примером счастья и радости, рожденными привязанностью к Богу и отрешенностью от мирской алчности. Только тогда он будет достоин своего дела", – сказал Он.

Дхармакшетра – это воплощенный в камне поток знания, джнянавахини! На входной двери в Сатьядип, Молитвенный зал, полированной медью вытеснены символы, святые для разных религий: слог Пранава (Ом), крест, полумесяц со звездой, раковина, колесо дхармы, пламя, мистический слог "Шри" и чаша. Этим возвещается: "Каждая религия – это светильник, что озаряет путь истины; любая религия проходит по полю (кшетре) праведности (дхармы)", – вот весть, которой здесь встречают человека. При входе тебя озаряет свет лампады как отклик на вечное моление людей: "От тьмы веди меня к свету – Тамасо ма джьотир гамайя". А по обе стороны светильника, вознесенного вверх руками благочестия, на настенной фреске изображены символы пяти элементов, стихий, компонентов Вселенной, изначальной субстанции Брахмана. Притхиви – земля, познаваемая всеми пятью чувствами, имеющая запах, вкус, форму, осязаемость и звучание; апас – вода, познаваемая четырьмя органами чувств, не отличающаяся запахом; теджас – огонь, познаваемый тремя органами чувств, не имеющий и вкуса; вайю – воздух (атмосфера), познаваемый двумя органами чувств, лишенный ещё и формы; и акаша – эфир, или небо, познаваемое лишь одним органом чувств – слухом. По другую сторону расположены символы сатьи, дхармы, шанти, премы и ахимсы (истины, праведности, мира, любви и ненасилия) – джнянамудра, светильник, лотос, луна и сложенные в молитве ладони. В Молитвенном зале на своде купола Саи, представив сцены из великого эпоса как ступени садханы на пути к самопознанию, отразил дух Рамаяны и Махабхараты.

И в годовщину со дня торжественного открытия этого центра беседа Саи была, конечно же, о той вести, какую воплощает в себе это строение: "Человеческое тело – это кшетра, его следует превратить в дхармакшетру – поле праведности! Когда обладатель тела оставит желания, страсти, губительные импульсы и вредные побуждения, тогда тело и станет дхармакшетрой".

15 мая Баба вылетел в Ахмедабад, крупнейший город штата Гуджарат. Верховный судья штата устроил прием, на котором присутствовали губернатор штата, премьер-министр и другие министры; они получили возможность познакомиться с вселенским видением Саи Бабы и c Его настойчивым призывом к осознанию единства всех религий. Вечером Баба обратился к огромному собранию людей и говорил с ними больше часа. "Йога и тьяга (самоконтроль и жертвенность) – два главных инструмента духовного развития. С помощью тьяги вы сбрасываете унизительную зависимость от объективного мира, а с помощью йоги приобщаетесь к Божественному принципу, неотъемлемо присущему Вселенной и проявляющего себя повсюду как истина, красота и добро", – сказал Он. "Благословляю вас на успех в садхане, которой вы следуете; если же вы ещё не занимаетесь никакой духовной практикой, Я советую вам начать с простого шага – намасмараны – распевания или повторения Имени. Прибавьте к этому почитание родителей, учителей и старших, служение бедным, больным, одиноким, скорбящим, отсталым. В каждом таком "обделённом" сумейте увидеть Бога, явившегося, чтобы принять подношение любви, которое вы кладете к их стопам", – заявил Он. Таким образом, Гуджарат, уже освящённый сладостным и чистым звучанием бхаджанов Саи во всех городах и селах, получил новый, мощный духовный импульс от Его посещения.

14 июня на встрече в резиденции министра сельского хозяйства Шри Саванта, где собрались члены филиала Академии Вед штата Махараштра, чтобы с помощью Саи разрешить некоторые затруднения, с какими они столкнулись в своей садхане, присутствовал также издатель газеты Гуджарата "Нава Каал" ("Новое Время"). В его газете тогда печаталась серия статей о "чудесах", и ему хотелось задать Бабе несколько вопросов и опубликовать Его ответы. Баба любезно разрешил ему задать эти вопросы и даже всячески поощрял его Своими ответами. "Я знаю подоплёку ваших вопросов", – сказал Он с улыбкой, чтобы помочь издателю.

Мы должны быть благодарны этому издателю, а также Шри Саванту, Шри Бхарде – спикеру Законодательного собрания штата и всем другим, кто задавал на этой встрече "удачные" вопросы Бабе, так как в результате мы получили настоящий анализ Саи смысла и значений этих чудес. Многие из садхаков-"любителей" и "недопечённых" монахов заявляли, что чудеса – это святотатство перед Богом, что они вызывают Божий гнев и Божье наказание. Один известный человек, когда его спросили особо о чудесах Саи, ответил письменно: "Я питаю отвращение к свершению чудес, будь то чудеса Христа, Кришны или Саи Бабы. И это мнение разделяют все люди, способные к внечувственному восприятию, – пишет он, подразумевая тем самым, что те, кто не разделяет его неприязненного отношения, наподобие, к примеру, мудреца Шуки, вовсе не являются великими риши. – Совершенное человеческое существо обладает достаточной силой, чтобы влиять на космические события, но вмешиваться в Божий закон – грех", – продолжает он своё недальновидное заявление.

Д-р Бхагавантам, ученый-физик, советник министерства обороны по науке говорил о таком "вмешательстве в закон" на встрече в Мадрасе в апреле 1967 г. "Профессор Гокак читал вчера перед вами стихи, в которых говорится о Саи Бабе и Его действиях: "Он налетает, как буря" и "добро изливает, как ливень". Всё это очень красиво – мне нравятся его стихи. Но в конце он вторгся в "мою" сферу. Он сказал: "Баба пренебрегает законами физики и химии".

Посвятив всю молодость изучению физики и химии, занимаясь ими потом много лет, обучая законам физики и химии других и, в свою очередь, сам обучаясь законам, я не в состоянии допустить, чтобы кто-то вроде вас и меня и даже лучшего из людей на планете пренебрег бы законами физики и химии и это "сошло бы ему с рук!"

Быть может, именно подобные соображения и заставили лицо, питающее "отвращение к чудесам", написать далее: "Бывают исторические моменты, когда мы вынуждены вмешаться в божественный закон, и за это, согласно закону космоса, индивидуум пострадает. Даром это никому не пройдет!"

Человек, осуждающий чудеса, является известным толкователем учений Кришны. Однако это не помешало ему выразить такую мысль: "Поэтому Кришна умер, раненный стрелой, а Христос умер в страшных муках на кресте". Таким образом, автор как бы заявляет: "Саи Баба! Берегись!"

Теперь давайте послушаем, что хотел сказать д-р Бхагавантам. Винит ли он Саи "во вмешательстве" и предостерегает ли от "ужасного наказания", наподобие стрелы, погубившей Кришну якобы за то, что Он мизинцем поднял гору Говардхану, или распятия Христа – за "хлебы и рыбы" (библ.), за исцеления и пророчества?

"Саи Баба, тем временем, продолжал нарушать один закон за другим! – говорит д-р Бхагавантам. – Я просил у Него разрешения рассказать вам один-другой из этих случаев, так как они существенны для утверждения моей добросовестности. Я был одним из свидетелей проводимой Им хирургической операции. Когда она была закончена, Он обратился к моему сыну, присутствовавшему при этом, и спросил: "Можешь ли ты достать пакет бинта?" – как будто Тот, кто произвел из ниоткуда нож и иглу, не мог произвести кусок бинта для повязки! – "Да! – ответил сын. – Отец возглавляет этот научный институт; здесь есть амбулатория, и я могу позвонить врачу и получить бинт за две минуты". – "О! – ответил Саи. – Две минуты – это слишком долго! Не надо". Затем последовало мановение руки, и бинт появился!

При всем уважении к компетентности профессора Гокака в английском языке, я предпочел бы, чтобы вместо заявления "Он пренебрегает законами физики и химии" он сказал бы, что Саи Баба превосходит эти законы. Так вот, исходя из моего лабораторного опыта и логики, я не в состоянии допустить, что если Он таков же, как вы и я, то Он может превзойти законы физики и химии. Нет – как такое может быть? Факт в том, что Он – феномен: Он – трансцендентен: Он – Божественен:.

У науки есть хорошо известная особенность. Наука развивается по этапам. Дорога, по которой она движется вперед, усеяна останками отвергнутых теорий. Чтобы объяснить какие-то известные явления, формулируется определённый закон; когда же появляется факт, необъяснимый известными законами, ученый принимает и этот опыт, и так возникает новый закон. Поскольку то, что я видел у Бабы, что вижу, и то, что, не сомневаюсь, еще увижу, не подпадает под известные законы науки, я просто формулирую такой закон: "Бхагаван превосходит законы науки", и это становится еще одним законом науки".

Сам Баба касался в некоторых из Своих бесед этого мнимого греха нарушения законов науки. Обращаясь к участникам Всеиндийской конференции представителей организации служения (севы), Он сказал: "Некоторые из старших пытаются смутить вас. Кришна демонстрировал много чудес с удивительным невниманием к законам природы, и вот, по их мнению, Ему пришлось принять смерть от стрелы охотника! А Иисус, говорят они, был предан распятию, так как Он тоже творил много разных чудес! Их вывод таков, что поскольку и Я нарушаю законы природы, Я тоже пострадаю подобным образом! Они надеются вызвать панику и смятение умов. Но всё это жалкий лепет, свидетельство слабости, невежества и зависти. Они не могут понять этого величия и не желают его терпеть!"

В день Рождества Христова 1970 г. в Бомбее Он заявил: "Есть такие, что не могут вынести или стерпеть свет, исходящий от Меня, божественность, пронизывающую каждое Мое движение. Эти люди навешивают на Мои действия ярлыки месмеризма, волшебства или магических трюков! Их словарь скуден, а опыт ограничен. Этими словами они надеются Меня опорочить. Позвольте же сказать вам: --- То, что Я делаю, – не месмеризм, не чудеса и не магия! Во Мне – подлинная Божественная сила. Мелкий ум и ограниченный интеллект не в состоянии понять этого. У них нет ни силы, ни уровня, чтобы постигнуть это величие. Бог может свершить всё, что угодно. В Его руке – вся сила. Тело Моё, как и все другие тела, есть временное обиталище, но Моя сила – вечная, всепроникающая, всевластная".

Шри Бхарде, присутствовавший во время проводимого интервью издателем "Нового Времени" о чудесах, несколькими неделями раньше писал в той же газете: "Я до сих пор не видел никого, кто делал бы чудеса так естественно, так спонтанно, как Саи Баба. Он встал перед статуей Рукмини в знаменитом святилище Пандарпура и, заметив: "А самой важной драгоценности на статуе не оказалось!", плавно взмахнул рукой. И пока Он это говорил, появилось золотое ожерелье, драгоценность, сулящая благо! Эта драгоценность, которую Он возложил на шею статуи, и по сей день находится там!"

В тот день Шри Бхарде спросил у Саи: "Эта способность создавать предметы – она неистощима?" – "Она безгранична, – ответил Саи. – Она, как океан, – неисчерпаема. Всякий, где бы он ни был и кто бы он ни был, может черпать из неё всё, что ему нужно и сколько его душе угодно". При этом почтенный Шри Савант взял на себя смелость задать такой вопрос: "Если она неистощима и неограниченна, отчего же не воспользоваться ею, чтобы исцелить нищету и горе человечества?"

На это, как пишет "Новое Время", Баба весело рассмеялся и сказал: "Вы приравниваете нищету и горе к "необладанию" какими-то вещами! Монархи могут потребовать всего, что приносит счастье и радость, однако бывают ли они довольны? Есть ли у них покой ума? Моя задача – даровать умственное равновесие. Я даю людям вещи не для того, чтобы они стали богаче; Я даю, чтобы укрепить в них преданность и веру".

Да! Один очень богатый бизнесмен сказал мне, показав бриллиантовое кольцо, сотворенное Бабой и надетое Им ему на палец (оно оказалось как раз впору): "Г-н Кастури, всякий раз, как мой взгляд падает на это кольцо и этот большущий бриллиант, я вспоминаю те полные глубокого смысла слова, с какими Саи надел это кольцо мне на палец. "Это не бриллиант, это – упадеша (духовное наставление), постоянное напоминание для тебя: умри ум! (die-mind – "умри ум" и diamond – "бриллиант", "алмаз"). Пусть же ум со всеми его пристрастиями и антипатиями исчезнет, оставив тебя в покое".

"Ко Мне приходит больной, – говорил Шри Саванту Баба, – Я создаю что-либо и даю ему – вибхути или что-то другое. Он начинает сознавать, что есть Божественная сила. Он обретает покой ума. Это исцеляет, утешает, утоляет желания. Не думай, что Я даю эти вещи только тем, кто Мне предан. Я даю, когда бы это ни понадобилось, чтобы обратить скорбящего к Богу".

"Что это за сила, которая творит чудеса?" – спросил издатель. – "Называть их чудесами – неправильно, как и заявлять, что чудо (чаматкара) совершается для того, чтобы добиться поклонения – намаскара! Это всего лишь нидаршан (свидетельство), а не прадаршан (демонстрация). Это что-то вроде игры, забавы – Моё естественное поведение. Это – знак, который помогает обратить людей к вере, к преданности, к исследованию и осознанию собственного "Я" – Атмана. Как только намерение или повеление возникают в уме, предмет уже сотворен! Он готов, когда Я его пожелаю. В тот момент, как Я повелю, предмет этот появляется в руке или возникает там, куда направляет его Моя воля".

"Про эти чудеса говорят, что возникающие предметы переносятся откуда-то, где уже пребывают готовыми. Так переносятся они или создаются?" – спросил издатель.

Этот вопрос хотелось задать многим. Д-р Мунши – основатель Бхаратья Видья Бхавана (Дворца Знаний Индии), известный юрист, государственный деятель и писатель рассказывает: "Однажды Баба заметил, что правая рука у меня слегка дрожит, как это всегда бывает при паркинсонизме. Он поднялся с места, взял мои пальцы, накрыл их Своими и растёр священным пеплом, исходившим с Его руки. Затем круговым движением руки Он материализовал кольцо, которое надел мне на правый мизинец. Я сразу почувствовал, что ригидность пальцев значительно уменьшилась, а также почти прекратилось дрожание правой руки и ноги! Когда мы с Ним прощались, Он снова сотворил священный пепел и растёр им правую руку. "Доставка" кольца с помощью телепортации меня не удивляет; но каждый день Баба производит и применяет не меньше фунта священного пепла, и он никак не может храниться где-то ещё. Если так, то это не перенос, а нечто большее".

Д-р Мунши не знал, что создаваемый за день вибхути может весить гораздо больше фунта – в те особые дни, когда Его милость струится потоком изобилия – и что пепел этот бывает разной степени плотности, разного цвета – от белого до темно-коричневого, разного вкуса – от сладкого, как сахар, до горького, и разным по запаху – от запаха розы до камфары и йода! Мыслимо ли хранить где-то всё это многообразие в таком количестве и выдавать, когда захочешь?

А что собственно означает эта "телепортация", этот перенос? Это слово говорит лишь о чем-то таинственном и непостижимом. Используя этот термин, люди чувствуют определённое удовлетворение, будто бы таким образом объяснили и поняли чудо! Говард Мёрфет в своей книге "Саи Баба – Чудотворец" пишет: "За явлением телепортации стоит теория, что объект, который уже существует где-то, дематериализуется и в таком состоянии переносится с помощью психической силы в то место, где снова материализуется!" Очень легко, не правда ли? Как будто такое объяснение позволяет что-то понять!

Лично я полагаю, что легче произвести нечто "ab initio" (с самого начала – лат.), чем прибегать к хлопотам дематериализации, переноса на большое расстояние психической силой, воздействующей на дематериализованное вещество, и материализации его вновь! И всё это вмиг, быстрее скорости света!

А потому Баба ответил на вопрос издателя так: "Всё это творится "на месте". Перенос означает, что это должно явиться откуда-то ещё, не так ли? Это был бы обман. Предметы эти создаются в тот самый момент, как Я велю. Я вручаю также предметы, которых нет сейчас в мире. Эту силу постичь невозможно".

Я знаю множество случаев, когда Он создавал такие уникальные вещи, как, скажем, портрет Рамакришны со Своим изображением во всех четырех уголках и в центре; миниатюрный портрет гуру отца и деда д-ра Гокака – Пантаджи из Северного Карнатака, сотворенный Бабой для доктора в тот момент, когда Он увидел фотографию этого гуру у него в алтарной комнате.

Издатель задал и другие вопросы: "С каких лет Вы стали проявлять эти признаки Божественной силы?" – "С детства. В школе, бывало, Я творил шоколадки, стеклянные шарики для игр и другие предметы для окружающих Меня детей". Для большей ясности издатель решился на вопрос: "А в каком возрасте Вы приобрели эту божественную силу?" – "С самого рождения, – сказал Баба, а, помолчав, добавил с особым выражением: – да нет – раньше", – ведь разве не был Он в Ширди за годы до того, как воплотился в семье Раджу в Путтапарти? А разве не был Он Кришной задолго до того?

Издатель, естественно, был поражен. "То есть?:" – воскликнул он. – "То есть, Я Сам принял решение о Своём рождении. Я решил, кто будет Моей матерью. Простые люди могут выбрать мужа или жену; но в воплощении Рамы и в воплощении Кришны мать была избрана Сыном. Тогда же была определена и задача, дело, ради которого было принято решение о рождении, – дарование всем премы ( любви) и через эту прему укрепление праведной жизни.

Мои действия – свидетельства божественнейшей шакти, знаки и знамения божественности. Я дарю те или иные предметы из любви. Любовь Моя никогда не иссякнет. У Меня нет никаких желаний. Я говорю о любви, веду вас по пути любви. Я есть любовь".

Вернувшись в Бангалор и Бриндаван (Вайтфилд), Баба занимался делами Колледжа искусств и наук, являющегося филиалом Бангалорского университета. Колледж был торжественно открыт 9 мая 1969 г. 18-ого в Бриндаване со всех уголков Майсура собрались на встречу поэты, а также известные переводчики и сказители со всех областей, где говорят на языке каннада. Был там и д-р Бендре – пламенный поэт-мистик, чей дар, скорее светлый, чем жаркий, чуткий к человеческим слезам и трагедиям, смягчает сердца людей. Для него Вайтфилд стал "Пандурангой", ведь "панду" значит "белый", а "ранга" – "поле"! Это сравнение вызвало трепет тысяч слушателей. Попросили прочесть свои стихи и д-ра Гокака, имя которого стоит в первом ряду выдающихся поэтов на языке каннада и широко известно в английской поэзии. В этой встрече участвовали также крупнейший знаток классической и романтической поэзии д-р Мугали; профессор Раджаратнам – пылкий исследователь буддизма и джайнизма, популярный поэт, отражающий чувства и устремления простых людей; профессор Кулкарни, проникнутый духом интегральной йоги Ауробиндо; д-р Шиварудраппа – мистик и садхака, следующий по стопам средневековых поэтов штата Карнатака и тем не менее сопричастный пульсу сердца Тагора и Ганди, и Шри Сиваппа – певчая птица лесов, вольная и смелая, нежная и сильная. Когда же они закончили чтение своих стихов, Саи пропел сочиненный Им прекрасный стих о тандаве – космическом танце Шивы. В нём был весь тот ритм, вся сила и космическое величие, какие только могут выразить слова о вечной лиле, вращающей миры в просторах вселенной. Саи Баба – Кавим кавинам, Поэт поэтов, и это одно из имен, данных Ведами Богу. В последнюю неделю июня Баба посетил Мадрас. Его последователи тысячами стекались туда, где Он появлялся, чтобы испить нектар Его бесед.

Еще будучи подростком, Баба тайно явился у постели одного землевладельца в Мадрасе и исцелил того от болезни мозга, вызванной черной магией. "Ты – Бог", – сказал тот, приникнув к Его стопам, и решил построить храм Саи Бабы на своей земле в предместье Мадраса, но во сне ему было наставление, чтобы он установил в этом храме статую Ширди Саи – прежнего тела Саи Бабы. Позже Баба также написал ему об этом, подтвердив переданное во сне. Так что храм был построен, и в 1948 г. Баба Сам установил статую! Говард Мёрфет, посетивший этот храм и видевший эту статую в 1968 г., пишет: "Подобно Моисею Микеланджело, что находится в небольшом храме в Риме, эта статуя Ширди Бабы вызвала у меня лично непосредственное впечатление, что она – живая".

В день установления статуи семейство этого землевладельца получило редкую привилегию и удовольствие омыть стопы Саи и возложить к ним цветы. И они попросили, не сможет ли Он оставить отпечатки подошв на принесённом ими куске шелка. Саи согласился, и они, приложив к подошвам сандаловую пасту, смешанную с порошком куркумы, попросили Его встать на эту шелковую ткань. "А почему Мои стопы? – спросил Саи. – Я сегодня установил здесь изваяние тела прежнего Саи! Вот Я вам и оставлю Его стопы!": и встал на шелковую ткань. Когда Он сошел с нее, на ней остались отпечатки – но не нежных, изящных, почти детских стоп Саи, а крупных, тяжелых, массивных стоп, что шагали по дорожкам Ширди 32 года назад!

Теперь Баба посетил этот храм и обратился к собравшимся там людям. "Это храм, где Я 21 год назад установил статую Моего образа в Ширди, – сказал Он. – Бога именуют Вишну, поскольку слово это значит "присутствующий везде и всюду во всякое время". Когда же людям говорят о статуе Бога в ипостаси Вишну, они смеются и осуждают это как нелепое идолопоклонство. Но когда хочется испить амброзии, которая есть Бог, разве вам не потребуется чаша, ложечка или стакан? И статуя – "идол" – это просто приспособление, каким вы можете черпать блаженство. Чаша может быть любой формы, любого размера и с любым рисунком; она – просто вместилище радости. Расо ваи Са – Бог есть амброзия. Он сладостен, Он укрепляет и дарует силы. Вы можете вкусить Его из чаши, названной Натараджей или Дургой, Кришной, Ганешей или лингой, Христом или Саи. Многие из вас жаждали чаши в форме этой статуи, означенной как Ширди Саи, вот Я и дал вам эту статую здесь. Это облик того Саи, который пребывал и поучал в мечети Дваракамайи в Ширди".

В день Гуру Пурнимы, выпавший на 29 июня, Саи разослал весть в общества Своих последователей по всей Индии и за морями. В этом послании в качестве примера, которому надлежит следовать, приводится цитата из молитвы Прахлады: "Даруй мне, о Господь, благоговение к Твоим лотосным стопам, дружбу с теми, кто чтит Твои стопы, даруй мне сострадание --- глубокое, великое, безмерное – ко всем существам в этом мире". "Начинайте день с любовью, живите весь день с любовью, наполните день любовью, проведите день с любовью, завершите день с любовью. Это – путь к Богу", – писал Саи. В Своей беседе в Прашанти в тот вечер Он предостерегал от обращения религии в формальную организацию и от тенденции к расколу общества на группировки и фракции. "Хорошо родиться в той или иной Церкви, но вовсе не хорошо и умереть в ней, – заявил Он. – Следует выйти за пределы, устанавливаемые умом и рассудком, и достигнуть беспредельного простора вечного Атмана".

День рождения Кришны торжественно отмечался в присутствии Саи-Кришны в Прашанти. Саи воплотился, чтобы возродить дхарму, и это свершается разными средствами и методами. И конечно же, каждая Его минута идет на исправление того или иного неверного понимания, какое сбивало человека с пути, или на устранение какого-то оптического дефекта, который помрачает видение человека или отвращает его от истины.

Кришна – самый превратно понимаемый аватар Бога, и тому виной – свойственное обычным людям сластолюбие, а также изощренность поэтов, воспевающих эротику и жадных до славы, пусть даже скандальной. Баба использует любую возможность, чтобы образумить пандитов, поэтов и садхаков, чтобы помочь современному человеку очистить свой ум и проникнуться божественностью, как это было у простых пастушек (гопи) Гокула. "Кришна – в вас, – говорит Саи. – Он – Сарвабхута антар Атма, внутренняя Суть всех существ. Если бы Он не был в вас, то как же каждый из вас мог бы существовать как некое единое целое? – вопрошает Он. – Он в вас как сила и энергия, как любовь и счастье, как энтузиазм, страсть и сострадание. Проникайте глубже в эзотерический смысл притч и метафор. Бриндаван – это джунгли жизни; дживы (индивидуумы) – это го, те коровы и бычки, за которыми Он присматривал; Го-кула – это "стадо" джив. Кришна – божественный принцип, что сияет в каждом существе, стремящемся к чистоте, а эта чистота, как масло в молоке, рождается в сердце, полном добрых чувств и побуждений. Он ведет и подгоняет, благословляет и изливает милость. В Ведах Божество описывается как вспышка молнии, блеснувшая в густой синей туче! На телугу "вспышка" передаётся словом "гита". Эта "вспышка" побуждает к действию, озаряет, распространяет свет и мудрость". Поскольку Саи Баба часто заявлял, что "Он пребывает во всех", слушатели видели перед собой сам принцип Кришны, воплощенный в облике Саи и носящий имя Саи. Это чрезвычайно радостное, высокое переживание.

Хильда Чарлтон из Нью-Йорка выразила его так:

Из уст Твоих могучий ветер дует,
Колеблет дерева он в ритмах танца.
Но Ты – и сами эти дерева,
И в шёпоте ветвей мы "Ом" извечный слышим.
Ты суть начало и конец всего;
Однако Ты был прежде всех начал.
Ты – жизнь, ее рожденье вечное и угасанье,
Ты – свет, любовь;
И я – Твоя, я – Ты!


Глава 9

ДЕЛЬТА ВОСТОРГА

Счастливы искатели света и любви, что обрели привилегию видеть Саи – совершенное воплощение сат-чит-ананды, Атмана (бытия-сознания-блаженства, божественного Духа) – свидетели Его божественности, внимающие Его учению о вселенской любви и поиске абсолютной истины. Ещё счастливее те из них, кто следует Его совету – и всегда пребывает в сознании проникающей всё творение божественности. Они считают, что с Его пришествием у них появился шанс для духовного восхождения. И День Его Рождения они празднуют как свой собственный. Так Чарльз Пенн восклицает: "День Рождения нашего Господа! Год 1965 был годом моего рождения, так как в тот год я узнал Бабу. И сейчас – в 1968 – мне всего три года".

43-ю годовщину Саи преданные праздновали в радости и благодарении, отмечая её всевозможными программами, милыми Его сердцу. Так в Какинада бхаджаны проводились 42 дня подряд вплоть до знаменательного дня. А в других местах в эти празднества входили пение бхаджанов в больницах, тюрьмах и домах инвалидов, массовое кормление бедных и раздача им одежды, игры и выступления детей, беседы и музыкальные представления, специальные ритуальные службы, торжественные процессии, конкурсы декламации Гиты и другие духовные мероприятия. В этот день были торжественно открыты школы по изучению Вед, классы санскрита и телугу, библиотеки, глазные амбулатории, отделения и центры севы, а также кружки изучения послания Саи. Он благословил их на местах различными знаками Своего присутствия, а иногда и реальным появлением перед всеми в Своём нынешнем облике!

В Прашанти 21 и 22 ноября состоялась конференция официальных представителей организации Сатьи Саи штата Андхра-Прадеш и атмосфера на ней была пропитана святой верой. "У каждого есть три источника силы, – сказал Саи делегатам. – Как у отдельного индивидуума, как у святыни, где пребывает Бог, и как у Атмана, который есть Сам Бог. Хануман сказал однажды своему господину – Раме: "Когда я чувствую, что я – это тело, Ты – мой Господь; когда я чувствую, что

я – один из многих джив, существ, движимых милостью Божьей, я – отражение, а Ты – оригинал; когда же я знаю, что я – Атман, то я – Ты, а Ты – я!" Бог следует путем истины, и если человек – Его тень – прильнет к Его стопам, то может благополучно пройти сквозь огонь и воду, пыль и грязь, низины и горы и достичь истины". Баба говорил на конференции, что организация должна стать поприщем, где постигается важность очищения ума. "Будь то медитация, которую вы поощряете в последователях, или организуемые вами бхаджаны, проводимые вами беседы, раздаваемая вами одежда и проведенная служба, целью всего этого является очищение ума от терний эгоизма и алчности, ненависти и злобы, вожделения и зависти. Наполните ум вместо них любовью. Вот знак преданного Саи Бабы".

В беседе перед поднятием флага в день Его рождения Саи говорил о тех Его последователях, что проявляют фанатизм в разговорах о Нём или в почитании Его. "У Меня нет никакого желания привлекать людей к Себе и отвращать их от поклонения иным Моим именам и образам. Быть может, из того, что вы зовёте чудесами, вы делаете вывод, будто Я привлекаю вас и стараюсь привязать вас к Себе и только к Себе. Они вовсе не для того, чтобы что-то продемонстрировать или добиться популярности; "чудеса" – непроизвольные свидетельства божественности, подтверждающие, что божественная сила может обратить небо в землю, а землю – в небо. Я – ваш, нравлюсь Я вам или нет, а вы – Мои, даже если ненавидите Меня и сторонитесь Меня. А потому что за нужда Мне впечатлять и привлекать, демонстрировать любовь или сострадание, чтобы завоевать ваше расположение? Я – в вас. Вы – во Мне. Нет ни расстояния, ни различия. Вы прибыли в свой дом, – заявил Он. – Это ваш дом, не Мой! Мой дом – ваше сердце".

Празднества по случаю Дня Рождения Саи начались по существу с конференции 21-го и продолжались по 27-е. "Если мы хотим увидеть и осознать истину с большой буквы, то где же мы можем увидеть и осознать её, как не в Нём! – сказал д-р Гокак. – Если мы хотим увидеть и осознать красоту с большой буквы, то где же еще мы можем обрести её, как не в Нём и через Него? Он – воплощённая доброта, помогающая человечеству и исцеляющая его от бед. Он – воплощённая любовь, что лелеет и хранит даже тех, кто не имеет представления о Его божественности и силе! Он явился, чтобы обратить вопиющий беспорядок настоящего в новый миропорядок. Он принял облик смертного, чтобы защитить нас и даровать благо. Как титан, Он несёт на Своих плечах бремя всего человечества".

Волнующий случай помощи и исцеления, проявляемых Саи, произошел на глазах у 20 тысяч человек 23 ноября в огромной аудитории на утренней встрече.

Торжественной процессией преданные проводили Бабу от Нилаяма до Зала Полнолуния. Тут были студенты школы Вед (Патасалы), распевающие призывные гимны Божеству, и группы поющих бхаджаны, трубачи и барабанщики, и прекрасно украшенная слониха Саи Гита – умная, чуткая и, можно сказать, истинно преданная Бабе. А главное, там была и мать Бабы – почтенная Ишварамма, идущая рядом с Ним в этот памятный день – день Его воплощения.

В зале Баба поднялся на помост и под приветственные возгласы огромного собрания сел в серебряное кресло. Затем Он милостиво позволил некоторым из преданных пролить несколько капель освящённого масла на Свои волосы; они коснулись Его стоп и возложили к ним цветы. Его Мать, на века заслужившая признательность мира, первой окропила маслом Его волосы. Затем последовали и некоторые другие почётные гости: известная "двуязычная" (фарси и урду) поэтесса Бегум Тахира Саид, почтенный благочестивый старец Диксит, служивший Саи ещё в Его прежнем теле в Ширди, раджамата из Джамнагара, раджамата из Широхи, д-р Гокак и Индра Дэви.

Когда Индра Дэви окропила Его волосы несколькими каплями масла с цветка, погруженного в чашу, которую я держал, Саи увидел некую миссис Андерсон, прибывшую из США. Она была хроническим инвалидом – у неё были парализованы ноги – и муж возил её в кресле-каталке. Как только она приехала в Прашанти, её поместили в госпиталь, чтобы ей был обеспечен профессиональный уход. 22 ноября Саи подарил ей и всем женщинам из-за океана сари, чтобы они могли надеть их в День Его Рождения, и поручил нескольким женщинам помочь м-с Андерсен облачиться в сари. 23-го её свезли с холма, где располагался госпиталь, и дали ей возможность следить за торжеством с дальнего края помоста, где она и сидела в своем неизменном кресле, ставшем в каком-то смысле частью её тела.

Баба обернулся ко мне и сказал: "Та дама в коляске будет рада, если ты возьмёшь чашу и дашь ей обмакнуть цветок в масло, чтобы она могла окропить Мне волосы". Его милосердие взволновало меня, но это было еще не всё.

Не успел я повернуться влево и направиться к ней (а расстояние от кресла Саи до её кресла-каталки было более 40 футов), как Саи остановил меня. "Постой! Я Сам к ней подойду!" Люди были удивлены, что Баба встает с кресла и идёт к женщине-инвалиду вместе со мной, держащим чашу с маслом. Он склонил перед ней голову, чтобы она могла капнуть несколько капель масла на чудесный венец Его волос! Собравшихся охватила радость признательности при виде этого внезапного проявления божественной милости и того счастья и восторга, что озарили бледное лицо парализованной. Она дважды коснулась цветком Его волос. А на третий раз Саи взял её за руку и сказал: "Вставай!": и она встала!

Радостное изумление отразилось на лицах собравшихся. "Идём со Мной" – сказал Саи. И вместе с Ним она прошла 40 футов к серебряному креслу! Меня охватило такое ликование, что я бросился к микрофону и объявил поражённому собранию, что г-жа Андерсон, которая не могла ходить уже много лет, излечилась от своей болезни и поднялась со своего кресла-каталки по велению Саи, и что ноги её снова здоровы. Это чудо исцеления взволновало всех присутствующих. "Нормальные ноги" были подарком Саи, который она получила от Него в День Его Рождения.

В Своей речи в этот день Саи сказал, что дети рождаются вследствие четырёх причин, о которых, как правило, никто не подозревает. Есть так называемые ньясапутры, рождённые для того, чтобы осознать и реализовать ценность какого-то вклада, который они сделали вам в прошлой жизни и который вы растратили и использовали неправильно. Есть рунапутры, рождённые, чтобы получить какой-то неоплаченный долг, выданный ими человеку, что явился теперь их отцом. Есть супутры, рождённые вследствие благословения Божьего, и есть упекшапутрыаватары без какого-либо чувства привязанности к родителям и родственникам, без чувства какого-то долга к ним, но с любовью и состраданием ко всем. Это было откровением об отношении Самого Саи к родителям, которое смущало многих, так как отличало от отношений такого рода даже у Рамы и Кришны.

4 декабря Баба выехал из Прашанти в Бангалор, где провёл около месяца с последователями из Америки и других мест, помогая им в их духовных занятиях. Он лично участвовал в мероприятиях, связанных с открытием колледжа для мальчиков в Бриндаване, где Он остановился.

На Рождество Он благословил преданных-христиан дарами, а в день Вайкунтха Экадаши, пятью днями позже, сотворил амриту, которую Сам раздал всем собравшимся на бхаджаны, а их было около 4 тысяч. Под Новый Год Он провёл беседу о духовных решениях, которые следует принять в будущем году, и о той внутренней работе, которая должна сопровождать проводы старого. 13 января застало Его уже в Прашанти на праздновании Макара Санкранти – тропика Козерога, когда начало пути солнца к северу в северном полушарии открывает божественную половину года. "С этого дня солнце пошло на север, – сказал Баба, – но пусть вас больше беспокоит, как пройти собственный путь к освобождению от череды рождений и смертей, отработав свой приговор хорошим поведением".

16 января 1969 г. Баба был в Раджамундри на реке Годавари, что была дорога Ему со дней в Ширди; это был первый этап Его стремительного тура по прибрежным районам штата Андхра-Прадеш. Годавари протекает близ Ширди, она напиталась славой Его прежнего тела и научилась любить Его имя. Все, кто приходил за благословением Саи Бабы, когда Он обитал в мечети Дваракамайи в Ширди, обычно совершали омовение в водах Годавари. Вот и теперь, будто повинуясь загадочному божественному промыслу, все округи востока и запада Годавари оказались густо усеянными кружками бхаджанов и центрами севы, возвещающими новую Саи-эру благочестия и преданности. Кто-то из округа Восточной Годавари написал Бабе, что там "нет ни единого дома, где бы не было Твоего портрета на алтаре; ни единого дома, где не звучали бы чарующие песни о Твоей славе!" Баба ответил ему: "Прибереги свою радость на нечто более великое. Скоро Моё имя и Мой образ окажутся везде и всюду".

17-го и 18-го огромное собрание в Раджамундри внимало Его беседе. Выступали также Шри В.К. Рао и Свами Каруньянанда из общины Гаутамы Дживакарунья, они отметили необыкновенно благую судьбу нынешнего поколения, ставшего современником Бабы. Саи говорил о покорении ума, необходимом для освобождения от изменчивого мира: – познайте Единое; внимание должно быть сосредоточено на Едином. Противоречия типа "принимаю-отвергаю" или "утверждаю-отрицаю" – лишь маски на лике Единого. Пусть ничто не тревожит вас; будьте спокойны. Будьте непричастны, будьте только свидетелями. Этот мир – всего лишь спектакль, поставленный и направляемый Им. "Да будут любовь ваша и жажда, желание и устремление обращены к Богу". Он просил оставить подстрекательские выпады, злые пересуды и гневные обличения. "Двадцатью шестью буквами английского алфавита написаны, набраны и отпечатаны все существующие английские книги. Сами эти буквы – без каких-то особых качеств, они – ни добры, ни злы, но от их различных сочетаний получаются либо скучные, неинтересные, дрянные книжки, либо книги с космическими откровениями высшего порядка. Так и манипуляции одного и того же ума могут укрепить или испортить дело жизни человека – сейчас или в дальнейшем".

18-го Саи посетил бумажные фабрики штата и провел беседу с руководством и рабочими, в которой подчеркнул важность священного сотрудничества, взаимной любви и уважения, которые должны направлять все деловые отношения между ними. В тот вечер Он присутствовал на торжественном открытии школы Его имени и коснулся в беседе Своей миссии и Своего учения. Саи Баба испытывал безмерное сострадание, какое может чувствовать Бог в тех редких случаях, когда Он оказывается лицом к лицу с детьми. Баба сказал: "Просторное здание Санатана дхармы, воздвигнутое с великим трудом и тщанием мудрецами прошлого с тем, чтобы дать возможность последующим поколениям жить в мире и благополучии, ныне, увы, признано непригодным для жилья и достойным лишь того, чтобы покинуть его как полуразрушенное и обветшалое! А этот мир, о котором заботились мудрецы, можно отчётливо увидеть на лицах детей, не имеющих зависти, алчности и ненависти в своём сердце. Когда же они вырастают, радость обращается в горе, а мир заменяют озабоченность и страх. Старшие утратили умение восстанавливать, сохранять и передавать мир и радость.

Дети должны расти в атмосфере благоговения, преданности, взаимного служения и сотрудничества. А ныне они лишь заучивают прописные истины без искреннего побуждения проводить их в жизнь. Родители пьют, играют в азартные игры, ссорятся с другими и говорят во всеуслышание явную ложь в присутствии этих невинных созданий! Так не сейте же семена ненависти или неуважения к какой-либо касте, классу или культу в девственных умах этих нежных цветов. В первую очередь родители, а затем учителя, сотоварищи и друзья и, наконец, лидеры, влияющие на лояльность в сообществе и целом районе, должны быть бдительны, постоянно проверяя себя – являют ли они собой достойный пример для детей нашей страны. Эта школа носит Моё имя, и это большая ответственность; она должна вдохновлять все школы этой области на то, чтобы относиться к малым детям с любовью и вниманием и наполнять атмосферу ароматом божественности". Вот слова, возвещающие начало новой эры – эры истины, добродетели, мира и любви.

Пять дней, начиная с 20-го числа, Саи Баба нёс Свою благородную миссию любви по дорогам Дельты, изливая милость на миллионы живых душ, буквально задыхающихся в нетерпеливом ожидании. Он посетил более сотни деревень и десятки городов, изменяя мировоззрение всякого, кого Он одарял улыбкой или взглядом, похлопыванием по плечу или словом, щепоткой священного пепла или памятным подарком. Подобно многочисленным каналам, отходящим от ирригационной дамбы в Дховалишварам и несущим воду Годавари множеству полей, даруя жизнь и силу посевам, Саи двигался по дорогам вдоль берегов этих каналов, принося с Собой бесконечно более плодотворные воды с самого Неба, даруя бессмертие и бесконечное блаженство.

Рано поутру целая "Годавари" милости из каравана более чем в 20 машин потекла из Раджамундри. Вести об этом несли радость и восторг по всей Дельте; даршан Саи, возможность внимать Его чарующей беседе, а быть может, и редкий шанс прикосновения к Его стопам – их благословений добивались жители и самых дальних деревень. По обе стороны шоссе стояли рядами мужчины, женщины и дети в лучших своих одеждах; дороги были чисто выметены, за несколько миль до въезда в деревню руками благочестивых женщин на земле были начертаны узоры из разноцветной рисовой муки, а в самих деревнях были установлены украшенные навесы, с тем чтобы Саи мог взойти на помост под ними и дать даршан огромному скоплению людей, часами распевающих бхаджаны в ожидании заветного момента. На главных магистралях висели гирлянды, флаги, связки зеленых листьев; сердца в этот день ускоренно бились в надежде божественного даршана. Иной раз замысловатые и даже роскошные приветственные арки возводились на дорогах, – ведущих к городу или проходящих через него, – горожанами, затратившими на их сооружение много часов, чтобы сделать такую арку необыкновенно красивой.

Машина Саи прокладывала путь. В Кешавараме Он велел другим машинам остановиться на шоссе, а Сам поехал по проселку к деревне, поскольку, как Он сказал, там нет места для парковки. В зоне Дельты используется каждый квадратный метр земли для обработки, и свободное пространство найти непросто. Большинство жителей деревни, чистосердечно выражая свою радость, встретили Саи звуками простых народных инструментов – раскатами длинных медных рогов и дружной барабанной дробью. Баба медленно двинулся по проходу между рядами мужчин и женщин и, взойдя на помост, сказал несколько слов о действенности бхаджанов и повторения имени Божьего, о необходимости постоянно следовать этому искренне, с глубокой верой. Затем машины двинулись в Палатходи, местечко, чтобы расположиться всем и поставить машины. И здесь Саи в краткой речи подчеркнул важность бхакти и шраддхи, преданности и крепкой веры – двух крыльев птицы "джняна" (мудрости), что летит к осознанию реальности.

21-го караван машин свернул на другую дорогу, и сердца обитавших на этом пути затрепетали от радости, так как Он избрал их в этот день, чтобы благословить! Казалось, всё население окрестных сел выстроилось у дороги нескончаемым почетным караулом; завидев караван, они кричали "Джей", – и Саи замедлял ход Своей машины, чтобы они могли получить даршан. И ещё долго было видно, как Он машет им рукой после того как машина отходила от того места, где они стоят. Часто делали остановки, и Саи милостиво открывал дверцу и вставал на подножку, чтобы нахлынувшие массы людей лучше видели Его, и смогли запечатлеть Его образ в своих сердцах и поклоняться Ему в тишине своих молитв.

Дельту называют житницей штата. Она усеяна густо населёнными деревнями в одной-двух милях друг от друга. По дороге Баба выходил почти всюду, заезжая и в отстоящие от основной дороги деревни – в Гуммилеру, Пинапалле, Гангаварам, Памарру, Нарасапур, Рапурпету, Раджупалем, Анапарти, Кутукулур, Сомешварам – и, наконец, в Сампару. Табачные хранилища, рисовые мельницы, плотины и водокачки возвышались над зелёными просторами. Вся Сампара превратилась в Гокул, приветствующий возвращение Гопала! Этот городок по существу уже много лет жил Бхагаватой, благодаря Кадьялу Ситарама Шастри, известному толкователю этого древнего памятника бхакти, который годами поддерживал дух Бхагаваты в умах жителей своими вдохновенными беседами. Саи остановился там на несколько часов и говорил о духовной практике постоянного пребывания в божественном Присутствии. Он также спел несколько бхаджанов, чтобы пробудить в жителях Сампары жажду славить Господа. Потом вся группа вернулась в Раджамундри.

22-го дорога привела к Тамараде и Педдапураму. В Педдапураме Саи отправился к Чалла Аппа Рао, преданному Ему уже много лет, и совершил чудо, вернув тому здоровье. В течение трех лет Аппа Рао был прикован к постели; восемь месяцев назад его состояние ухудшилось, но, по словам д-ра Кешавы Рао, он полагался только на Бабу и отказывался принимать какие-либо лекарства. Вследствие геморроидального кровотечения у него была острая анемия (малокровие); тело распухло, содержание гемоглобина упало до 30 ед; наблюдалось расстройство мочеиспускания. Многие из врачей, в том числе и я, рекомендовали переливание крови и предостерегали, что без этого у него практически нет шансов выжить! Когда же кто-то из его друзей обратился к Бхагавану с просьбой убедить его прибегнуть к лекарствам, Бхагаван ответил: "А зачем? Разве те, что принимают лекарства, не умирают?"

Приехав в Педдапурам, Саи Баба направился в дом Аппы Рао и сел у его постели. Он сотворил лингам и велел, чтобы этот лингам церемониально омывали водой с соответствующими ритуалами, а освященную воду (тиртху) ежедневно давали больному для приема внутрь. "И – чудо из чудес! – пишет доктор, – буквально после первой "порции" пациент обратился в здорового человека. Отеки совершенно пропали; мочеиспускание и стул нормализовались. Кровотечение прекратилось, истощение было преодолено. За месяц он вполне окреп и явно помолодел". Сам Аппа Рао так описал это благословение: "До прихода Бабы я был трупом, а после Его прихода стал победителем смерти".

После обращения к общему собранию села Баба принял участие в основании там Центра севы (служения). Затем Он поехал в Котападу и в деревню Медападу, где присутствовал на торжественном открытии мандира Сатьи Саи. Добравшись примерно через час до Вадламуру, Он заложил там камень в основание храма Сатьи Саи, после чего проследовал в Котпету, где огромное сборище людей ожидало Его даршана несколько часов, распевая бхаджаны. Территория местного колледжа была заполнена людьми, проделавшими много миль на телегах, мотоциклах, автобусах, лодках, а то и просто пешком. Саи свернул в сторону от главной автомагистрали мили на полторы, чтобы благословить Своих преданных в Паливеле. Он достиг Амбаджипета, где множество людей просияло от радости, когда Он дал им даршан и произнес несколько слов совета и наставления.

Вернувшись на основную магистраль, "поток Божественного сострадания" двинулся к Бандараланке – знаменитому центру ткачества как надомного народного промысла. Здесь община ткачей с огромным энтузиазмом приветствовала прибытие Бабы. Для Его приема они соорудили прямо над дорогой внушительное строение с арками, зелеными ветвями и цветами. Баба вышел из машины, благословил их и сказал несколько ободряющих слов, чтобы они могли ощутить мир в душе и понять истинную цель жизни.

Оттуда Саи поехал в Амалапурам, где около 50 тысяч людей горели нетерпением услышать Его и насладиться Его чарующим обаянием. Саи пожурил выступившего с приветственной речью! И в самом деле, этот традиционный пункт программы общественных собраний был здесь совершенно неуместен – можно ли Саи Бабу, присутствующего везде и всюду во всякое время, встречать и провожать? Да к тому же приветственная речь была произнесена на английском языке! Баба сказал, что этот район с центром в Амалапураме известен географически как Конасима – Дельта, но любящие культуру Индии знают его как Ведасиму – землю, взрастившую знатоков Вед и Академию, где многие поколения пандитов хранили науку Вед и с рвением изучали её. "Зачем же засорять слух этих простых людей и пандитов, сведущих в древнем знании, звуками чуждого им языка?" – осведомился Саи.

Ранним утром 24-го Баба выехал в Манепалли. Навестив пожилого больного бхакту в Татипаке, Он поехал в Разоле, где к Его приезду тщательно готовились и где собралось внушительное количество народа. Удовлетворив их жажду, Саи проследовал по основной трассе к следующему пункту назначения. Несмотря на быструю езду, Он заметил скромный знак почитания, пересёкший дорогу у деревни, едва ли упоминаемой на картах – Поатуматла. Это была легкая гирлянда из дюжины манговых листьев, протянутая от одного кокосового дерева до другого, с приколотым в центре и трепещущим на ветру клочком бумаги, на котором неуверенной рукой было написано: "Добро пожаловать!" Машина уже прошла метров пятьдесят, когда Он пожелал остановить её и вернуться туда, куда Его призывало это бумажное "Добро пожаловать!". Там с гирляндами в морщинистых руках стояли две старые женщины. Баба открыл дверь, чтобы они могли коснуться Его стоп, наклонился, чтобы они надели гирлянды Ему на шею. Он призвал их сделать это без всякого страха. "Вот ваш Свами! Рядом с вами! Ну, украсьте Меня гирляндами!" То был самый счастливый миг в их жизни, да и Сам Саи казался таким же счастливым! Одна из женщин протянула руку и попросила: "Прасада, Свами!" Ей хотелось чего-нибудь на память из Божественных рук. Саи сорвал несколько лепестков с цветов преподнесенных ими гирлянд, высыпал им их в руки и двинулся дальше.

По пути Он заметил двух очень старых женщин, медленно ковылявших вперед с палками в трясущихся руках. И Его божественное сострадание устремилось к ним. Он попросил остановить машину рядом с ними и спросил, куда они идут. "Повидать Саи Бабу", – отвечали они дрожащим голосом. Баба засмеялся и сказал: "Я – Саи Баба, вы что – не знаете?" Они подумали, что кто-то хочет над ними подшутить и пошли дальше. Спутники Бабы догнали их, убедили вернуться – всего-то на несколько шагов – и "раскрыть глаза". Баба сотворил для них вибхути, дал им полные руки плодов и фруктов и сказал, что теперь, когда они увидели Бабу и получили из Его рук прасад, они могут возвращаться домой.

Скоро добрались до Лаккаварама и проехав милю или полторы, Баба свернул на песчаную проселочную дорогу, круто петляющую по пустоши и, казалось, ведущую в никуда. Все удивились и занервничали: куда это Саи везёт их, но Он сказал, что в маленьком селении в миле отсюда живет один Его преданный. У него умерла жена, и он женился снова. Женщина потеряла нескольких детей, ещё младенческого возраста, и эту трагедию суеверные селяне приписали злым козням духа покойной жены! Баба дал родиться следующему ребенку на седьмом месяце беременности в больнице Путтапарти, чтобы женщина избавилась от преследовавшего её страха: и теперь это был пухленький трехлетний мальчуган! Саи направлялся к этому месту, чтобы благословить малыша и его родителей.

Вернувшись на главную трассу, Саи проследовал в Кадали – маленькую деревеньку, пристроившуюся среди кокосовых пальм. Жители воздвигли там помост и украсили его с подлинным мастерством. Саи обратился с речью к крестьянам, в большом количестве явившимся туда. Он посетил дом ректора Академии Вед в Прашанти, несравненного декламатора ведических гимнов, мастера сложных стилей перевода санскритских слогов Вед в ортодоксальный комплекс комбинаций и сочетаний, признавшего божественность Бабы в день первого проведения яджны в Прашанти, которую ему поручено было возглавлять.

Саи направил все двигавшиеся за Ним машины к берегу канала с просьбой подождать Его там, а Сам поехал в Сакинетипалли к дому министра религиозных фондов правительства штата Шри Рамалингараджу. Машины простояли целых четыре часа в нетерпеливом ожидании гудка машины Саи – знака Его прибытия, которое возвратило радость сердцам. И только в полночь все заметили направляющуюся к ним машину Бабы. Тогда весь караван вернулся в Раджамундри на реке Годавари.

25 января стал днём радости для всех преданных в Раджамундри. К вечеру около трехсот человек взошло на борт трёх моторных катеров и поплыли вместе с Бабой к песчаным дюнам одного из островов, образуемых рекой, когда воды её спадают после сезона дождей, делающих Годавари яростным потоком бушующих волн. Саи уселся на песок в окружении бхактов. Запели бхаджаны, и звезды пристально внимали им. Затем Саи ответил на несколько вопросов о садхане и, подкрепляя Свои наставления цитатой из Бхагаваты, извлек из кучи песка "наглядный пример" – золотую статуэтку младенца-Кришны с шариком масла в руке.

Баба заговорил о внутреннем смысле "масла" – о чистоте намерений, достигаемой после сбивания "масла" с помощью садханы, и о похищении такого "масла" (чистого ума), совершаемом Кришной.

Затем вопросы коснулись Шивы и Его символа – лингама, и беседа пошла о лингамах разного вида – о лингамах, воплощающих принципы земли, воды, огня, ветра и небес.

Далее Он заговорил о местах, освященных присутствием этих лингамов, и упомянул о лингаме акаши в одном храме. Он заявил, что лингам там висит в воздухе без всякой поддержки! Слушатели изумились, поскольку не могли понять – как это могло быть и продолжает быть до сих пор. Саи Баба объяснил, что этот лингам сотворен из материала, содержащего железо, а два магнита – один сверху под крышей, а другой на полу, оказывают на лингам равное и противоположное влияние таким образом, что он остаётся в центре в воздухе без всякой поддержки. А потом Он сказал: "О! Хотите его увидеть? Я могу высвободить его из поля этих разнонаправленных сил и доставить сюда!" За этими словами последовало мановение руки, и вот – в руке Его оказался железный овальный предмет. Он переходил из рук в руки, пока все не дотронулись до него, испытав при этом внутренний трепет. Затем Саи завернул его в платок и отдал на хранение одному молодому человеку. Вся группа из трехсот человек расположилась обедать на песке, а в центре сидел Баба, весёлыми шутками держа всех в приподнятом настроении. Около 11 вечера катера возвратились в Раджамундри.

26-го Саи обратился с речью к членам "Львиного клуба" – клуба знаменитостей: "Вы – члены клуба, который носит замечательное имя – клуб Львов. В поэтической традиции лев и слон – исконные враги. В этом кроется серьёзный урок. Дикий свирепый слон вольно бродит в густых зарослях джунглей. Это – символ ума, который вечно блуждает, подгоняемый ненасытным голодом и капризами. Но перед выдающейся ловкостью и мощью льва он пасует. Лев – это интеллект, а слон – ум. Интеллект способен отличить реальное от нереального, вечное от преходящего. Когда же таким просеиванием и разделением пренебрегают, человек движется от одной иллюзии к другой. Если интеллект обострен и очищен, то человек познаёт мир и гармонию, ибо ему открывается единая реальность, стоящая за кажущимися противоречиями и сомнениями. Так что просто сострадания и энтузиазма в служении недостаточно; они даже могут быть опасны, если не выяснены причины страдания и самые безопасные и надежные средства его облегчения. Необходимо понять, что главная причина страдания – отсутствие мудрости, которая позволила бы осознать неизменно присутствующее единство среди видимого многообразия, а самое безопасное и надежное средство искоренения этого страдания – устранение неведения, ведущее к осознанию Реального".

После этого Саи покинул Годавари и пустился в обратный путь с остановкой в Элуру, где с Ним встретились и получили Его советы и благословения руководители центров севы. Уехав из Элуру, Он достиг Гудивады и обратился там с речью к собравшимся. Продолжив путь, Он поехал в Виджаяваду, куда поезда и автобусы, машины, мопеды и мотоциклы доставили тысячи людей. 27-го Он заехал ненадолго в ближайшее село Аукирипалль, а оттуда отбыл в Мадрас, завершив таким образом неделю благословений и благодеяний.

Австралийский писатель и духовный искатель Говард Мёрфет восклицает: "Как невыразимо счастливы мы – те немногие, что обрели в этой жизни в физическом облике Того, кто может, как давным-давно Христос, сказать: "Я есть Путь". Это заявление скоро станет самоочевидной истиной для тех, кто в состоянии принять его. Мы видим в Нем качества, которые всегда связывали с идеей божественности. Любовь и сострадание истекают из Его сердца, а такое до сих пор было не более чем сном. В Его обществе мы возвышаемся и восходим в какой-то дивный мир, где атмосфера вибрирует внутренней радостью, и все мирское забывается или же, по меньшей мере, занимает своё должное место на шкале ценностей".

"Только Индия на протяжении многих эпох была способна обеспечить подходящую почву для рождения Аватаров, таких как Рама, Кришна и Сатья Саи Баба. Только в Индии мог родиться Будда, чтобы достичь нирваны. Духовное сердце Индии – это сердце всего мира. Это моё духовное сердце как американца, ибо не будь оно там, жизнь, несомненно, была бы живой смертью из одного лишь пепла и отчаяния", – пишет Джон Хислоп.

Здесь следует упомянуть один интересный факт, вызвавший у многих исследователей плодотворный ход мысли. Я процитирую письмо одного из них – Р. Ганапати из "Калки": "К Шри Ауробиндо, который силой своей интегральной йоги погружался в Космический разум, внезапно пришло явственное понимание того, что в сознание Земли низошёл свет Высшего разума. Так в книге "Шри Ауробиндо о себе и Матери" (изд. 1953 г.) сказано: "24 ноября 1926 года произошло нисхождение Кришны в мир физический. Мысль будет направлять сила безошибочная, непогрешимая. В сердцах земных возгорится пламя бессмертия. Великое множество людей услышат этот Голос!" Почти наверняка это нисхождение, отмеченное Шри Ауробиндо, было воплощением в предшествующий день – 23 ноября 1926 года – Шри Сатьи Саи Бабы".

Джон Хислоп в день Шиваратри перед поднятием флага в Прашанти Саи Бабой сказал: "Какое диво случилось! Это хрупкое тело, так изящно расхаживающее среди нас, это чарующее существо проявляет все свойства Божьи – вездесущность, всеведение и всемогущество, безграничную силу сотворения, сохранения и разрушения". Эти слова Хислопа значили больше, чем он предполагал. Ибо в тот вечер уникальное сотворение лингама приобрело ещё более уникальный смысл – его просто невозможно передать словами.

Смысл Шиваратри, как пояснил в то утро Саи, в том, что человек путём садханы должен обратить ратри в шивам – ночь мрака и страха, сомнения и заблуждения в день мудрости и отваги, неколебимой веры и осознания истины. Ратри означает ночь, шивам – благо, победу, триумф. Бдение, предписываемое на эту ночь, и пост относятся не к глазам и желудку, а к органам чувств, которые следует лишить питания, и к разуму, что должен быть настороже, не поддаваясь самодовольству и уловкам казуистики.

Атмосфера Прашанти становится трепетной от флага, несущего на себе символы восходящего ввысь садхаки, который одолел вожделение, гнев и ненависть, расширил пределы любви земной до любви вселенской, утвердился в йоге и поднялся по разным ступеням садханы, что завершилась цветением лотоса его сердца, тем самым достигшего высокого просветления – праканти, мира вышнего – прашанти и высокого света реализации – парамджьоти, который вливает его "воображаемое я" в "Я Вселенское", побеждающего сон и праздность – тамас, крикливые заявки органов чувств – раджас, обретая непоколебимую уравновешенность мудрых – саттву.

Декламация Вед, процессия от мандира к залу Полнолуния, удивительное появление потока вибхути из пустого сосуда для освящения серебряной статуэтки Ширди Саи, что наполнило атмосферу ароматом и восторгом, вечернее собрание из 25 тысяч человек у Шанти Ведика, где во время бхаджанов, распеваемых преданными душами, Саи Баба восседал на возвышении – от этих невероятных событий воздух дышал чистейшими вибрациями.

Через несколько минут должен был возникнуть лингам, уже несколько дней возраставший в желудке Саи. Лингам означает то, во что вливается всё и из чего всё возникает. В Абсолюте – конечной Реальности, Брахмане, Боге – нет ни противоположностей, ни полюсов, ни противоречий, поэтому он представлен самым совершенным математическим символом – сферой. Когда же первозданное желание – "Экохам бахусьям – Я Един, пусть стану многим" – нарушает священное равновесие Единого, сфера разделяется надвое, и мы получаем эллипсоид. Лингам – это эллипсоид. Единый принцип стал Шивой-Шакти – принципом первичной поляризации позитивного и негативного.

Из Бангалора, Мадраса, Бомбея, Хайдарабада и других мест люди спешили в Прашанти на машинах и автобусах, чтобы приехать вовремя и стать свидетелями появления лингама из Брахмана. И Саи был с ними, с каждым из них, так как именно Его милостью они смогли приобщиться к атмосфере святости. "Мы давно жаждали увидеть праздник Шиваратри", – говорит д-р Ранга Рао, известный врач-офтальмолог и хирург Мадраса; он прибыл в машине, которая то и дело ломалась! Каждые десять миль перегревался мотор! Когда в Прашанти поднимался флаг, они были в 250 милях – в Ранипете; когда проводился абхишекам пеплом статуи Ширди Саи, он был на границе штата Майсур – за 180 миль! И в 60 милях от Прашанти машина стала намертво! Когда же шофер возился с её "внутренностями", то, как говорит Рао, "к нашему ужасу произошло самовозгорание бензина! Вверх взвились языки пламени. Бедняга вовремя отскочил и тем спасся. Одежда на нем горела, но ему удалось сбить пламя. Восклицая "Саи Рам! Саи Рам!" – я высыпал в огонь несколько пригоршней песка с дороги. И произошло чудо! Огонь почти сразу погас и машина была спасена, хотя бензобак был заполнен на три четверти, а это был бензин! Автобусом я вернулся в Чикбаллапур (в 12 милях) и привез оттуда механика. В половине четвертого мы всё еще были на месте пожара. Машины, идущие из Бангалора, останавливались, нам сочувствовали и даже предлагали подвезти. Но я сказал: "Нет! На появление лингама мы будем там. Поезжайте, Саи доставит нас к Себе". В 5.30 вечера мы были ещё в 50 милях – всё на той же развалюхе! Я сел за руль, механик примостился на заднем откидном сиденье, тряся топливный насос всякий раз, как он отказывался работать! Мы гнали, как могли. Когда мы, задыхаясь, остановились у лотосного круга перед Прашанти, Саи Баба медленно следовал к павильону Шанти Ведика.

Проходя мимо, Он улыбнулся нам и сказал: "О, вы приехали! Сантошам! Сантошам! (Счастлив, очень счастлив)!" Со слезами благодарности, льющимися из глаз, я сказал про себя: "Господи! Тебя приветствуют здесь тысячи преданных, и всё же Ты услышал наш зов о помощи! Ты загасил огонь и сохранил машину, чтобы мы прибыли вовремя и стали свидетелями Твоей славы. Вот моё сердце, моя жизнь, все мои надежды, всё, что у меня есть – у Твоих ног!"

Р. Бхагавантам и К. Бхаскаран Неир – оба доктора наук, один – в области физики, другой – зоологии, один – проректор двух университетов, другой возглавляет университетское образование штата Керала, – говорили перед собранием об Аватаре нашей эпохи. Д-р Бхагавантам высказался о смысле заявления Саи "Моя жизнь – Мое послание" таким образом: "Меня поразило, что хотя у Него нет никаких желаний и Он ни в чем не нуждается, Он постоянно, день за днем, занят множеством проблем, касающихся Его преданных, и в Нилаяме, и в любом другом месте! Он не только проповедует нишкама карму (карму, творимую без желания результатов, и потому не отягощенную последствиями), но и Сам осуществляет её, подавая наилучший пример". "После того как я предал себя лотосным стопам Бабы, моя жизнь обрела ценность и смысл, – признался д-р Неир. – Тем не менее я продолжаю научный поиск. Теперь я знаю, где науке надлежит следовать с осторожностью, а где – с уверенностью. Я высоко ценю культуру нашей страны, которая склонялась перед духом и почтенными мудрецами и святыми больше, нежели перед власть имущими. Шиваджи сложил свою империю к стопам своего гуру Рамадаса; властитель Кералы Мартанда Варма возложил своё царство на алтарь Бога, возведенному в Тривандруме (Тиру-анантапурам). Ашока отказался от войн, когда совесть его потрясли вид крови и ужасов, вероломства и мук, вызванных войной! И более двадцати лет он правил империей мирно, даже после того, как обнародовал свой отказ от использования армии, заявив об этом в надписях на колоннах и памятных камнях по всей стране от Гималаев до Кавери, от Кандахара до Камарупа! Сегодня же, когда добродетели утратили своё значение и молодежь всех стран охвачена нездоровым возбуждением или одурманена наркотиками, традиционные ценности Вечной дхармы необходимо отстоять, ибо они имеют непреходящую ценность. И явление Бхагавана безусловно знаменательно в истории мира".

Около сорока минут Саи Баба говорил об уме и его неистощимой способности смущать, сбивать с толку и запутывать, о том, как человеку выработать стратегию контроля ума и подчинения его интеллекту, без чего невозможно осознание духовной реальности. Внезапно этот свободный поток высокого красноречия и поучения был прерван кашлем и судорожными вздохами – предвестниками появления лингама, которые Бабе вскоре удалось подавить. Затем Он дал знак начинать бхаджаны, а Сам сел в кресло за столом. Никто не слышал сами бхаджаны, хотя все механически повторяли слова в заданном ритме. Ведь близился решающий момент и никому из собравшихся не хотелось упустить его. Вся сила органов чувств сосредоточилась на зрении, чтобы не проглядеть божественное событие!

В потоках света Баба изгибался, сжимался, раскачивался, выпрямляясь и откидываясь назад, отпивая малыми глотками воду и являя знаки изнеможения – акты поразительной драмы, которую сегодня Он позволял увидеть тысячам людей, заслужившим великую привилегию быть в этой жизни современниками Аватара! 50 тысяч пар глаз были сосредоточены на этих святых устах более 15 долгих минут! "Ах! Он возник одним рывком, – не голубой ли луч света? Нет, то был голубой овальный лингам – овальный самоцвет, прославляемый в Шастрах как особо священный ввиду его цвета и формы". Он выпал из уст Бабы в Его сложенную ладонь. Он держал это чудо в Своей руке высоко на свету, чтобы всё огромное собрание, пребывающее теперь наверху блаженства, лучше видело его.

Баба продолжал оставаться в кресле. Обычно Он сходил с помоста и шел в Нилаям, однако теперь Он сидел в кресле и не двигался. Мы думали, что немного погодя может появиться ещё один лингам. Но нет! Баба застыл и был недвижим. Правая рука лежала на столе. Левая – поднята: опершись локтем на стол, с пальцами у глаз, Его голова слегка склонилась влево, большой палец отогнут, безымянный и мизинец сложены, а два других выпрямлены; дыхание замедлено.

Кто решится Его коснуться? У кого хватит смелости отвлечь Его внимание от того места, куда Он отправился, или от той миссии, какой Он занят? Я сидел слева от кресла, а д-р Бхагавантам и д-р Неир справа. Прошло пять минут – я ждал Его возвращения оттуда, куда Он ушел. Ведь это был особый случай, и чуткие души заволновались. Никогда прежде не оставлял Он тело и не отправлялся во внетелесное путешествие на виду у такой огромной толпы!

Но Его сострадание не знает условностей празднеств и собраний. Когда преданный, оказавшись в беде, взывает к Нему, Он спешит на помощь, кто бы с Ним в это время ни был или чем бы Он ни был занят. В других случаях Он падал на пол, но сейчас Его необычная поза поразила всех и на лицах людей запечатлелась тревога.

Через 20 минут я и сам не смог удержаться. Я опустился пред Ним на колени и сдавленным голосом позвал: "Свами! Свами!", как будто Он вернётся, если мы позовём, оттуда, куда Он ушёл в ответ на искреннюю мольбу кого-то из страждущих. Его миссия бхактаракшаны, защиты преданных, не знает классовых, национальных и религиозных границ. Он дарует благо, каким бы именем к Нему ни воззвали.

Полчаса: все глаза теперь следили за Его лицом, выжидая малейшего признака движения; все молились как никогда прежде: Стойкость преданных обращалась в нервозность: рука, поднятая вверх, застыла, пальцы не шевелились и и не смыкались: угол наклона головы не менялся за истекшие 50 минут.

Один или двое из группы бхаджанов подошли к помосту:Уже были слышны отдельные сдавленные рыдания: мужество отступало под напором тревоги!

55: Но вот: легкое движение пальцев: левой руки! Рука начала опускаться: Я разразился слезами: Глаза Его открылись: Он взглянул! Улыбнулся!

Страх и сомнение собравшихся стыдливо улетучились. Саи поднялся: роковые мгновения миновали!

Он направился в Нилаям и, когда некоторые из нас, в том числе и д-р Бхагавантам, последовали за Ним, сказал, что совершил манаса-санчару – путешествие вокруг света!

Он уходил, чтобы явить знак в каждом доме или зале, где праздновали в тот час Шиваратри, – знак, что Господь здесь, что милость Его доступна в избытке всем нуждающимся в ней и молящим о ней с чистой и искренней верой. Он изливает Свою милость, и они становятся смиренны, мудры и отважны.

В ту ночь мы заслужили привилегию видеть Бабу в тот час, когда Он вершил Свой путь по всем краям, чтобы даровать мир, наставить Своих заблудших и своевольных, капризных и полуслепых детей на путь справедливости, мира, любви и праведности. Он обращал ратри – ночь раджаса и тамаса, помрачающую горизонты человека, в шивам – свет любви и радости. В тот день мы видели лингодбхаву и премодбхаву: явление лингама и явление любви – премы.

Может ли быть такое? – спросит скептик! Я могу лишь дать ответ, какой дал Саи одному из задавших Ему такой вопрос, известному скептику, восхваляемому многими как "скептик скептиков". "Как вы можете Меня понять? Может ли рыба познать небо?" – сказал ему Саи. Она может уловить блеск воды, озаренной вспышкой молнии, услышать эхо рокочущего грома – но что может знать рыба о тайнах небесных сфер, будучи погруженной в стихию, за пределами которой её ждёт смерть? Мы связаны майей, так как же мы можем судить о славе Того, кто правит майей?


Глава 10

ВО ВСЕХ И ВО ВСЕМ

Издатель журнала "Объективист" Эйн Рэнд пишет: "Общепринятая мораль ничему не учит ребёнка и не указывает ему, каким человеком ему следует стать и почему. Она занята лишь внушением ему ряда правил – весьма условных, сбивающих с толку, противоречивых и чаще всего невразумительных. Ребёнок вырастает не иначе, как с чувством возмущения и страха по отношению к любой нравственной догме. Этика представляется ему лишь неким дутым пугалом, требующим пресного исполнения скучного долга. Пример взрослых не столь значим, чтобы наметить должные критерии поведения". Неудивительно, что дети тянутся к Саи, дарующему чистую любовь тем, кто её ищет. "Американцы приезжают ко Мне, потому что не знают материнской любви", – сказал однажды Баба.

"Баба – это Шива и Шакти, отец и мать". Велури Шиварама Шастри заявляет: "Никто не в состоянии Его понять, но всякий может получить от Него пользу. Наука не может дать Ему какое-то определение; логика, имеющая дело с причиной и следствием, не может постичь Его. Первозданная красота этого ни с чем не сравнима. Она затмевает всё преходящее. Только мудрые и чистые сердцем могут пребывать в этом. Материя кажется не столь материальной, ум – не столь умозрительным, торжествует лишь Дух – Атман. Всякий видит какой-то аспект Его неисчислимых граней. Достаточно и того, если мы знаем хотя бы немного, но нам никогда не бывает достаточно. Это так близко и, тем не менее, так далеко. Любовь, проявляемая Саи, сводит на нет любовь всех матерей мира, вместе взятых". Шиварама Шастри – это не обычный наблюдатель. В возрасте 16-и лет он вознёсся к славе как необычайно одарённый человек – поэт ослепительных достоинств. Это было одно из немногих расцветших в то время дарований, к тому же – выдающийся учёный, критик и учитель, сведущий в тонкостях йоги, тантры и Веданты. Он написал смелые и блестящие труды о концепции адхьясы (видимости, иллюзии) Шанкарачарьи и об интегральной йоге Ауробиндо. Университеты соревновались друг с другом за честь включить его имя в число экспертов по изучению санскрита. В весьма почтенном возрасте – 75 лет – он пришел к Бабе и более шести лет наслаждался тесным общением с Ним, пока, словно зрелый плод, не отпал от древа жизни. Шастри достиг известности как писатель, взвешивающий каждое слово на "сверх-чувствительных" весах истины. Таким образом, когда он заявляет, что материнская любовь Саи может заменить любовь всех матерей, он наверняка говорит с подлинной искренностью.

А потому Праздник богини-Матери – Дасара, отмечаемый в непосредственном присутствии Саи, в высшей степени священен. В этом девятидневном празднестве три первых дня посвящены почитанию Матери-хранительницы, три следующих дня – Матери-дарительницы и три последних – Матери как наставницы. Так обращение Виктории Миллз к Саи весьма знаменательно: "Это – Твоя грёза, о Мать! Грёза пурпурных цветов и голубых небес; грёза радости и боли; грёза этих тел, что движутся в потоке времени; грёза умов, кипящих желаниями, – дай нам снова жить в любви Твоей!"

Праздник Дасара – это такой случай, когда Мать-Саи, или Саи как Мать, даёт нам определённый стимул для духовного развития. Санатана (вечная) дхарма, конечно же, располагает всем арсеналом, необходимым, чтобы одолеть враждебные силы на этом пути и помочь нам прийти к окончательной победе. В один из дней празднества отмечают годовщину госпиталя Саи: это напоминание о том, что экипаж души должен быть в хорошем рабочем состоянии, чтобы позволить нам переплыть океан двойственности и влиться в Единое. В другой день вручают одежду бедствующим и нуждающимся и кормят их. Каждому из нас Саи назначил ту или иную роль на сцене жизни, задуманную и направляемую Им. В какие-то дни исполняются произведения выдающихся певцов и музыкантов Индии, что дарует слушателям несказанную радость. В другие дни можно посмотреть пьесы, основанные на древних легендах о богах и богинях, полные выразительных сцен, разыгрываемых малыми детьми, и ощутить вкус невинности, исходящий из детских уст. Пьесы эти написаны Самим Бабой и потому передают нам уроки, предписанные Им для излечения наших душевных недугов. Они призывают нас, несмотря ни на что, сохранять нравственные идеалы среди сбивающих с толку коллизий нашей жизни. На сцене и на экране вне Прашанти мы видим только эффектно подаваемые преступления, извращения и пороки, тогда как в этой Обители Мира всё предназначено для того, чтобы возвышать, очищать и спасать. Здесь можно увидеть музыкальные представления, выставки, чтения философских притч и мистических историй. Беседы о Ведах и Веданте проводят пандиты, полагавшие до встречи с Саи, будто уже постигли то, что превыше понимания!

Внутри мантапа (места, отведенного для жертвоприношений), сооруженного в зале Полнолуния, в течение семи дней непрерывно проводятся ритуалы поклонения Ведапуруше, Божеству Вед. Жертвенный огонь почитается священным, так как он воспламеняет и озаряет, истребляет и очищает, сжигает и просветляет, распространяется и сияет. Он бросается от жертвы к жертве. Так что огонь превозносят и питают гимнами хвалы. Солнце – податель жизни и энергии; с каждым закатом оно похищает день от отпущенного нам срока жизни, и приветствуя его, люди падают ниц, всякий раз повторяя хвалебные гимны. А иные могут видеть Бога в огромном дереве – баньяне, не подвластном времени, "шагающем" – благодаря корням, отходящим от каждой ветви, – дающем тень и укрытие птицам и зверям, дарующем красоту и здоровье всей этой земле. Возносятся гимны и духу деревьев, как заключенному в Ведапуруше (всеобъемлющем Боге Вед).

Некоторые же из нас в качестве символа Бога предпочитают не огонь, не солнце, не живого трудолюбивого брата по имени баньян, а лингам. На Дасаре у алтаря в Аудиториуме можно увидеть пандита, который вылепливает из черной глины по тысяче лингамов и после их благоговейного почитания снова скатывает глину в шар до следующего дня! Неизменная незыблемая основа как чистое существование ("глиняный шар") – это Шива. А Его проекция, продолжение в виде динамической энергии (лингамы) – это Шакти. По словам йога Шуддхананды Бхарати святой Рамана Махарши в начале отправляемого им кому-либо письма ставил обычно знак "О". Махарши объяснял его как лингам – символ конечного Принципа, который превыше триединой сущности – жизни, мира и Бога!

А иных могут приводить в трепет более яркие и "живые" образы всемогущего, великого и всесильного Бога. Для них Баба устраивает пуджу Дурге, Лакшми и Сарасвати с цветами и воскурением, с камфарой и сандаловой пастой, шёлком и золотом. Некоторых может возвышать повторение самого мистического из слогов – ОМ – со всеми его обертонами и скрытыми потенциями. Эта радость побуждает нас сделать первый шаг в духовном устремлении (садхане), облегчая нам поиск, пока цель не будет достигнута.

Саи Баба Сам заявил в день открытия празднеств Дасары: "Отметить этот праздник в Прашанти – это действительно редкий шанс, полный радости и приятных неожиданностей, помогающий истребить шесть внутренних врагов человека и потому дарующий мир". Его миссия – вернуть человечество на мирные рельсы покоя и радости. Когда министр транспорта штата объявил, что вскоре предпримет шаги к улучшению дороги в Прашанти и сделает её благоустроенной магистралью, Баба сказал: "Тело ищет удобного пути по ровной магистрали, но сердце предпочитает дорогу тихую и скромную, чтобы достигнуть цели – Бога и влиться в океан славы. Я больше заинтересован в такой дороге. Я вовсе не энтузиаст благоустройства дороги, так как это сделает для приезжающих сюда ненужной даже малую дисциплину "медленной и осторожной езды!" Жизнь – это вовсе не лёгкая прогулка. В ней полно взлётов и падений, крутых поворотов и внезапных развилок. Индия всегда учила первому уроку безопасного пути: "Отправляйся пораньше, поезжай медленно, доберёшься благополучно".

Поскольку тысячам людей приходилось спать под открытым небом, положив свои вещи рядом, лившиеся три ночи дожди причинили немало беспокойства и неудобств. Касаясь этой темы, Саи заявил: "Некоторые бегут ко Мне и просят: "Свами! Останови дождь!" Что ж, немного промокнуть – не такая уж беда в сравнении с пользой своевременных дождей. А Ведапуруша яджна как раз и проводится для того, чтобы побудить богов послать дождь, в этом и есть её смысл, по утверждению Вед. Когда ритуал проведен, выпадают дожди: это показывает, что пандиты провели яджну строго по указаниям Вед. Эти дожди обеспечат хороший урожай и изобилие сельским жителям".

20 октября 1969 г. совершался завершающий ритуал яджны. Саи Баба сотворил для отправляющего службу главного жреца ожерелье из девяти драгоценных камней; этот жрец – выдающийся знаток Веданты и грамматики Вед. В ходе абхишекама – ритуального окропления – образа прежнего воплощения Саи Бабы из Ширди Баба сотворил сверкающую восьмиконечную драгоценность, приложил её ко лбу серебряной статуи, – и она слилась с изваянием! Д-р Бхагавантам и Тайдеман Иоханессен, присутствовавшие в аудитории, дивились этому: как золото могло прикрепиться к серебру без всякого связующего средства? Саи были известны их мысли. Спустя несколько часов, хотя никто Его не спрашивал и никто Ему ничего не говорил, Он сказал: "Если Я могу сотворить драгоценность, разве Я не в состоянии её и прикрепить? Если вы усомнитесь в одном случае, вы начнете сомневаться во всём. Примите Меня за то, что Я есть. Тогда никакое сомнение не сможет повредить вашей вере.

Вы жалуетесь, что Бог жестокосерден, что Он не отвечает на ваши молитвы, не дает никакого знака со Своих изображений, не говорит "из ниоткуда", чтобы вас успокоить или утешить, но позвольте Мне сказать вам, что Бог – это любовь, а любовь – это Бог. Когда ответа нет, вам следует предположить, что зов вашего сердца неискренен, что он всего лишь притворство. Он сведен к какому-то шаблону, обращенному к кому-то, чуждому вам, кому-то, кого вы принимаете за тирана или надсмотрщика, бесконечно далекого от вас. Знайте же, что Бог – ваш самый дорогой и близкий друг".

21-го, когда Баба восседал на украшенной цветами джуле (качелях), поэты читали стихи, которые Он взрастил в их сердцах. Это были Дипала Пичайя Шастри, Бегум Тахира Саид, Виван Шешама Раджу, писатель Видван Рама Сарма и другие. Стихи были на многих языках – на английском и урду, на каннада и санскрите. Саи дал им совет: видеть дела рук Бога – Кавим Кавинам (Величайшего из поэтов) – в каждой пылинке, в каждом лучике, в каждой капле дождя, в каждом дуновении ветерка.

"Самые замечательные стихи говорят о вечной жажде человека – жажде Божественного; они напоены амброзией, утоляющей эту жажду. Они приносят удовлетворение и дают силу посмеяться над превратностями жизни. Без духовной работы (садханы), без раскрытия сознания и расширения сферы симпатии, без обострения видения, без углубления контактов с источниками мудрости в самом себе и других, поэзия – всего лишь бесцельное, жалкое развлечение".

7 ноября останется в памяти как веха в истории женского колледжа в Анантапуре, так как в этот день, полный ярких проявлений высшей славы и милости, вице-президент Индии заложил камень в основание величественного здания. Д-р Бхагавантам приветствовал вице-президента Шри Г.С. Патака, а также губернатора штата Андхра-Прадеш Шри Канубхаи Десаи, заложившего камень в основание общежития колледжа, заявив: "У меня есть немалый опыт в деле строительства учебных заведений по всей стране, и я поражен, как можно было создать за полтора года колледж для трехсот студентов, снабженный библиотекой, лабораториями, подсобными помещениями и даже газогенераторной установкой!" Баба говорит, что ни одно дело, в которое Он вкладывает Своё сердце, не может потерпеть неудачу. Его воля превыше всего.

"В такие времена, когда хаос стал порядком дня, этот колледж под руководством истинного Учителя будет преподавать уроки истинного порядка", – сказал д-р Гокак. А проректор университета Венкатешвара заявил: "У фонда Сатьи Саи, управляющего этим колледжем, есть символ, раскрывающий суть индийской культуры, сродство и близость многообразных философских систем, религий и идеологий, созданных устремлённым ввысь разумом человека". Десаи также оценил этот символ как знак истинного "светского" образования. "Светское образование не значит нерелигиозность; оно означает настоящую религию. А настоящая религия признаёт все верования как грани истины".

Вице-президент Индии заметил, что этот день для него – день радости и благочестия. "Я очень счастлив узнать, что Фонд принимает во внимание нужды народа. Новое поколение должно стать честным и сильным, чтобы в полную силу служить нашей огромной стране. Мы хотим, чтобы ответственность за её национальное и международное благополучие взяли на себя люди дисциплинированные и просвещённые". Саи Баба заявил о Своём решении учредить подобные колледжи во всех штатах Индии. "Мой план действия – обеспечить молодежь образованием и воспитанием, которые, развивая ум, будут очищать импульсы и эмоции и приучать молодёжь к физической и умственной дисциплине, что сможет пробудить истоки покоя и радости в её сердцах. Высшую природу молодых людей следует лелеять и поощрять к раскрытию путём обучения, молитвы, духовной практики, общения со святыми, мудрецами и великими духовидцами – мужчинами и женщинами – нашей страны; молодежь надо привести на путь уверенности в себе, истинной удовлетворенности собой, на путь самопожертвования и самопознания". Саи благословил колледж такими словами: "Пусть этот колледж даст образование многим поколениям благородных матерей, которые будут жить дхармой и растить героев, исполненных благочестивой преданности Богу и истине".

23 ноября – день рождения Саи. Но, как Он сказал Пенну в одном из своих трансокеанских поучений: "Вы празднуете не Мой день рождения, а свой". И далее опять же: "Моя миссия – поднять сознание человека до такого уровня, на котором он ничему не радуется и ни о чем не печалится. В этом высоком состоянии он вновь рождается и умирает каждый миг, ибо эти события – возникновение формы из бесформенного и слияние формы с бесформенным – по сути одно и то же. В таком случае нет ни успеха, ни неудачи, нет ни радости, ни страдания. Когда верующий достигает этого единства, его путь ко Мне кончается, так как он пребудет со Мной неизменно".

Этот день рождения в 1969 г. был отмечен ещё одним событием, а именно – третьей Всеиндийской конференцией руководителей организаций севы Сатьи Саи. Делегаты были счастливы, что конференция проходила в Нилаяме – в самом сердце прашанти (высшего мира), а главой ее был не кто иной, как Сам Бхагаван. На первой конференции в Мадрасе Саи позволил делегатам пребывать в Его милостивом присутствии большую часть дня. На второй конференции, в Бомбее, Баба приходил во все гостиницы, где жили делегаты, и в большинстве случаев в дни конференции присутствовал на общих трапезах. Кроме того, Саи приглашал делегатов в Дхармакшетру и, проводя их группами по зданию, к радости непосвященных объяснял значение количества ступенек, колонн и иных архитектурных форм. Заветным числом является 9 и числа, кратные 9, как это и необходимо в строении, символизирующем истину – сатью, или же конечную истину - Брахмана, нумерологический символ которого – 9. И вот третья конференция проходит в самом Прашанти под любящим и бдительным оком Самого Бабы.

Конференция открылась 20 ноября, присутствовало на ней более двух тысяч делегатов из всех штатов Индии, а также представители от Цейлона, Австралии, Фиджи, Америки, Европы и Африки. Главы делегаций каждого штата выступили с кратким отчетом о деятельности в своих районах. Это были волнующие и поучительные высказывания, поскольку каждому штату удалось внести свой плодотворный вклад в дело служения и духовной практики.

Баба пояснил, что Организация Саи уникальна во многих отношениях. Она не ищет каких-то вложений и покровителей. Она работает под руководством Мастера, присутствующего везде и всюду во всякое время, и является, таким образом, организацией лишь по наименованию, объединяя группы людей, трудящихся в духе поклонения, чтобы заслужить Его милость. Тут нет места притворству, личному соперничеству или вирусу тщеславия и зависти. "Это – объединение духовных искателей, – сказал Саи Баба. – Уделяйте внимание своему долгу и своим обязанностям, не поддавайтесь инфекции кастовых ограничений, личных предрассудков и политических предубеждений. Я ведь вижу вас насквозь, где бы вы ни были! Не заноситесь и не унижайте людей. Склоняйтесь, чтобы возложить бремя на свои плечи; служите, чтобы быть примером и вдохновением. Следуйте вперед, чтобы вести ищущих к сердцу Божьему. Будьте скромны, сердечны со всеми. Преданность не следует афишировать. Она не возникает с приобретением значка, который украшает вашу одежду. Это тайное обретение, бесценный дар".

Когда на конференции рассматривались рекомендации четырех подкомитетов, занимающихся организационными вопросами, духовной работой, публикацией литературы о Бабе, женской секцией и активностью севы – служения, Саи Баба дал совет преданным не искать предлогов для уклонения от общей деятельности, намеченной самитхи, но напротив, – стремиться к любой возможности совместной работы – сатсангу. Было решено, что члены организации должны участвовать по меньшей мере в 60% общих собраний. Подчеркивалось также, что в выборе руководителей необходимо единодушие. Эти руководители должны стать светочами, отражающим в своём поведении свет мудрости Бабы. "Организации Саи должны стараться уменьшать преграды и затруднения на пути духовного прогресса, и члены их должны отличаться терпением, правдивостью, состраданием и относиться ко всем с любовью. Кто не заботится о своих родителях и допускает, чтобы они томились в бедности или горе, не заслуживает такого почётного членства. Несите весть самопознания через садхану служения среди женщин, юношества и детей. Поощряйте формирование активных групп женщин, которые возьмутся за обучение детей, воспитывайте севадалов".

На заключительной сессии конференции 22 ноября Баба сказал: "Позвольте Мне закончить таким замечанием. Не сомневайтесь в своем назначении: оно в том, чтобы влиться в высочайшую мудрость, силу и любовь. Идите без колебаний и остановки. На каждом шагу исследуйте, различайте, ищите истину. Будьте уверены в себе, смелы и свободны. Знайте, что вы – инструменты Божьи в божественном деле, так что нет никакого оправдания слабости или колебанию. Будьте примером другим в скромности и преданности. Не разбрасывайтесь советами, не обладая практическим опытом. Любите, сотрудничайте, служите. Принадлежность к организации – это призыв к духовному поиску, напоминание о том, что вы находитесь на Моём попечении и под Моим надзором".

Конференция была крещением верой для её участников: она открыла им божественную любовь, воплощением которой является Саи Баба. На Него были обращены все глаза, на Него был нацелен слух, к Нему были обращены все мысли, к Нему струился восторг сердец. Он сидел среди членов подкомитетов во время обсуждений, проливал свет на новые предложения или вызывал живой смех в случае слишком напыщенного изложения и докучного аргументирования. Он ходил среди делегатов, щедро наделяя милостью; часами общался с разными представителями и государственными мужами и среди взрывов смеха и блестящего юмора смягчал проявления соперничества, пресекал раздоры и фанатизм, утешал огорчавшихся. Несмотря на то, что Он вникал в каждую деталь общего питания, повестки дня, обеспечения местами и обсуждения, Он был сама свежесть и ясность. Видеть Его – значило получить урок самоотверженной деятельности; слышать Его – значило устремиться за милостью и шансом принять участие в Его работе; коснуться Его стоп – значило получить заряд силы и решимости смело принять любой вызов мира.

Делегаты конференции остались на празднование Дня Рождения Саи. "День, в который Я родился в вас как любовь, вот Мой День Рождения для вас", – заявил Баба 23-го. "Здесь присутствует Шива-Шакти, рожденный в человеческом облике, чтобы вести к Себе всё человечество", – напомнил Он 15 тысячам собравшихся перед Нилаямом во время поднятия праздничного флага. Когда Саи сказал, что каждый индивидуум – это цветок в саду Божьем, берущий силу от земли, а красоту от солнца, многим припомнились стихи Шри Даса Гану Махараджа, воспевавшего жизнь и учение "прежнего тела" Саи Бабы: "Много цветов расцветает в саду и украшает его. Тут лотос и роза, хризантема и камелия, жасмин и бугенвилия, георгин и орхидея – все цветы возникают из земли и возвращаются в землю; и после того, как они вернутся туда, различия больше нет!"

"Религия – это беспрестанная встреча индивидуального со Всеобщим, неизменное приглашение, настаивающее на том, чтобы его приняли", – сказал Саи. Те, кто вкусил сладость этого приглашения от Саи, знают, что Он – Владыка, который, как пропел Он Сам во вступительном стихе к Своей беседе в День Рождения, "велит солнцу сиять, звездам озарять небеса, ветрам – дуть и поддерживать жизнь, рекам – струиться и журчать, огню – палить всё дотла, обращая в нетленный пепел, и миллионам живых существ – населять землю и море, вознося хвалу величию и мощи Господа". Мы привыкли вручать имениннику подарки, но что мы можем дать Господу, который среди нас? А потому 23 ноября Саи дарит подарки нам. Мы длинными рядами рассаживаемся на земле Прашанти, и Он вручает каждому пакетик сластей с ласковым словом и чарующей улыбкой – на вечную память.

На этих праздниках после каждой беседы Он поёт несколько бхаджанов, которыми пробуждает веру и преданность тысяч присутствующих. Его песни – это поистине муралигана, новое звучание той магической музыки, что истекала из флейты Кришны на берегах Ямуны. Воды Ямуны забывали, что им надо течь вперед, и в экстазе останавливались, когда флейта звучала дыханием Господа. Но природа воды – теченье! И Читравати в Прашанти освободилась от воды, чтобы внимать голосу Саи без хлопот и остановок!

"В блаженной радости внимая Его мелодичному голосу, воспевающему славу и величие Божества, забываешь все жизненные заботы и тревоги, освобождаешься от оков времени и пространства", – пишет один из преданных.

31 декабря 1969 г. Баба был уже среди делегатов от всех организаций служения – Сева Саи – в штате Майсур и ласково назвал их инструментами Его божественной миссии возрождения дхармы. Когда главы организаций округов представляли свои отчеты, Баба стоял в дальнем краю зала – вместо того чтобы занимать установленное для Него на возвышении кресло. "Моё место – среди вас, с вами и всюду, где свершается работа, – пояснил Он. – Не думайте, что Я – где-то в особом месте, в отдалении на каком-то пьедестале. Я – часть вас, ваш партнер и соратник, вдохновляющий и наставляющий, когда вы просите Меня об этом или в этом нуждаетесь". Своим труженикам Он дал такой совет: "Не проявляйте гордыни. Духовная гордыня – самая ядовитая из всех: это величайшее лицемерие. Страх – это тоже духовный яд, ибо когда в сердце вашем Тот, кто заявляет, что бояться нет нужды, то чего вам бояться? Если же вы испытываете страх, то уста ваши обманывают сердце. А неспокойная совесть – это мученье. Если в сердце праведность, в характере будет красота, – сказал Баба по-английски. – Если в характере красота, в доме будет гармония; когда же в доме гармония, в народе будет порядок; а когда в народе порядок, на земле будет мир: Так что будьте правдивы в словах, мыслях и делах. Оставьте все предубеждения из-за касты или веры, цвета кожи или положения, степени учености или богатства". Вот "директивы", с какими делегаты возвращались на свои рабочие места.

Через несколько недель Баба участвовал в торжественном открытии Сатсанга (общины) женщин под покровительством Организации Саи, и совет, которым Он удостоил собравшихся тружениц, заключал в себе глубокий смысл. Ведь Саи явился, дабы очистить и изъяснить дхарму, отметить надлежащие грани поведения, предписать его законы и нормы, дабы можно было сдерживать и сублимировать всевозможные прихоти и отклонения. "Пусть же истинная общность – сатсанг – начинается с вашего дома! – сказал Он. – Пусть дом ваш будет счастливым, гармоничным, не знает раздоров и трений, нарочитых нелепых притязаний и фанатизма. Пусть разные поколения, живущие в доме со своим уровнем разума, опыта, развития и достижений, со своими доходами, вкусами, а то и предрассудками, научатся жить вместе во взаимном сотрудничестве, терпимости и сердечной доброте. Каждой из вас следует сыграть свою роль в обеспечении того, чтобы в вашем доме был аромат общности – сатсанга и царила атмосфера присутствия Саи. Научитесь мириться с разными мнениями, с разными темпераментами. Развивайте стремление понимать других, будьте доброжелательны к ним, будьте счастливы, когда другие счастливы, умейте сочувствовать их горю. Займите себя служением (севой): идите в приюты и больницы, в тюрьмы и трущобы, в пересыльные пункты, где содержатся дети-правонарушители. Служение – это духовная работа, и оно даже лучше медитации. Дил ме Рам хат ме кам – Исполняйте свой долг с Господом в сердце".

Махашиваратри 1970 года! Реки преданных текли в Прашанти – на омнибусах, на поездах, скутерах, велосипедах и повозках! Наплыв был невероятный, но тишина абсолютная. Баба обратился к молодёжи – мужчинам и женщинам – севадалам, избранным центрами севы в разных штатах Индии. "Вы жаждете осуществлять служение во имя Моё, не так ли? Что ж, у Меня тысяча голов, глаз и ног! В Ведах провозглашается, что Бог тысячеглав – сахасхра сирша пуруша! И тысячи прибывших сюда – стариков, детей, больных и страждущих – всё это Я. Служа им, вы служите Мне!" Баба поднял флаг над Нилаямом и сказал, что верность высшим истинам следует воспитывать с детства, ещё на коленях матери. В полдень сотворение мощного потока вибхути вызвало удивление и восхищение даже у тех, кто знал, что это входит в "программу" праздника. Вечером к собранию обратились губернатор Гоа Шри Накул Сен, д-р Гокак и д-р Д. Венкатавадханлу – профессор телугу Университета Османии.

Движимый состраданием, Баба начал беседу с санскритского стиха такого содержания: "Я – не человеческое существо, не бог, не супермен. Я – не брахман, не кшатрий, не вайшья, не шудра! Вы спросите Меня – кто же Я такой? Так знайте, Я – Учитель истины; Я – истина, добро и красота!" Во время беседы лингам, уже неделю возраставший в желудке Саи, заявил о своей готовности появиться "на свет", и Баба сел в кресло. Огромное собрание ощущало космические вибрации момента и с горячим воодушевлением пело хвалу Шиве – Богу, представляемому лингамом, "виновнику" праздника Шиваратри.

Спустя 15 минут появился и предстал всем очам крупный овальный лингам из вещества, похожего на опал. Когда Саи держал его в руке, чтобы все могли видеть, огромное собрание в благоговении и неудержимом восторге кричало "Джей". Бхаджаны продолжались всю ночь, а божественный плод, вдохновляя на пост и бдение, был помещен у всех на виду.

На следующее утро, когда бхаджаны закончились, Баба Сам раздавал присутствующим освящённую пищу. Он говорил о Гите и её вести. Он сказал, что "Песнь Бога" прежде всего рекомендует действие – карму; затем, в последующих главах, выражается требование, чтобы карма не была омрачена желанием плодов. Далее рекомендуется следовать дхарме, праведности; через несколько глав Гита даёт совет оставить и дхарму, с тем чтобы достигнуть освобождения – мокши. И наконец, рекомендуется отказаться и от желания мокши, так как даже оно связывает. Гита заявляет, что человек свободен всегда, даже когда воображает, будто он связан. "Пробудись от неведения и ты узнаешь, что оковы твои – нереальны; то был сон, отвергнутый, когда Ты пробудился. Ты всегда свободен, волен. Ты всегда Атман, неизменный, неуязвимый, не знающий страданий".

Через несколько дней Баба отбыл в Бриндаван, чтобы ускорить там строительство задуманного Им колледжа.


Глава 11

СВЕТ ИЗЪЯТ ИЗ-ПОД ЗЕМЛИ

9 мая 1970 г. сразу после полудня Баба покинул Бриндаван и отправился в Бомбей. Наш "караван" составляли три машины, последняя из них была подвергнута тщательному осмотру и ремонту, который проводили два члена общества севы, сопровождавшие Бабу и Его группу. Я был в этой машине и оказался жертвой их добросовестной починки! Баба дольше, чем обычно расспрашивал молодых людей о деталях проделанного ремонта, и оба заверили Его, что всё в порядке.

Когда мы проехали около 30 миль, от машины что-то отвалилось и с глухим стуком упало на дорогу. Бдительный водитель остановил машину, подобрал выпавшую деталь и небрежно бросил её себе под ноги, как нечто несущественное! Миль через 50 он услышал какой-то скрип, остановился, открыл капот, заглянул внутрь, убедился, что вроде бы всё в порядке, и мы поехали дальше. Еще через несколько миль он остановился снова и слегка присвистнул. Он вышел из машины, обошёл её кругом и с выражением дерзкой отваги снова вскочил внутрь – и поехал! Друзья из Бомбея, что были рядом со мной, не обратили на это никакого внимания. А моё беспокойство возрастало с каждой остановкой.

Где-то на 74-ой миле он остановился снова! Еще раз был поднят капот ради очередного осмотра, и я увидел, как наш шофёр извлёк оттуда что-то отпавшее и преспокойно сунул себе под ноги! Страхи мои росли. К счастью для меня, мы вскоре заметили машину Бабы, припаркованную в уединённом местечке у дороги, и Саи, ожидавшего нас. Я выбежал навстречу и стал просить Его, нельзя ли мне пересесть в другую машину, так как та машина, в которой я ехал, того и гляди развалится. Баба ответил с веселой усмешкой. Он описал известный акробатический трюк, с которым клоуны выступают в цирке, где во время круговой гонки по арене на машине от неё отваливается часть за частью, пока горе-ездоки не оказываются сидящими на полу в самом безмятежном расположении духа!

Я жалобно взглянул на Него, надеясь что Он проявит участие, но единственным Его советом было: "Не волнуйся! Если ты вывалишься, мы позаботимся, чтобы кто-нибудь подобрал тебя и запихнул внутрь!" Мы проехали еще 250 миль, и в час дня добрались до Дхарвара. Машина вела себя хорошо. Мы счастливо миновали вечерние часы и среди темных аллей вступили в часы сумерек, а потом и в полуночную тишину, когда все вокруг замерло и уснуло в глубоком молчании.

У бунгало вице-канцлера Адке Баба спросил меня: "Были ли какие-то проблемы после того, как ты пожаловался Мне?" – "Ну, как это могло быть, Свами!" – ответил я. После этого мы в той же машине проехали до Пуны, а оттуда до Бомбея без единого скрипа и пыхтения! А в Бомбее, когда ее свезли в мастерскую, механик спросил шофера: "Как это вы умудрились добраться до Бомбея живыми? Ведь рессоры передних колес лопнули!" Рассказывая об этом чуде Бабы, Джава сказал: "Но ведь водитель – преданный", а я добавил: "Да и ехавшие в ней тоже, Свами!" На что Баба ответил: "Это не вы, это машина – "преданная", и гораздо больше, чем вы"!

Та машина обладала личностью, она молила о милости и обрела её! На самом деле, как говорит Баба, у всякого объекта есть человеческие чувства. Баба подтвердил то, что обнаружил индийский ученый сэр Джагадиш Чандра Боз, т.е. что машины устают. Более того, Он утверждает, что горы плачут. И что сари тоже плачут! Много позже, в Бомбее, Он попросил кого-то принести для отбора и закупки партию сари, которые предназначались в дар женщинам-работницам, помогавшим на строительстве колледжа Саи в Анантапуре. Он отобрал 96, а 4 забраковал! Он положил их отдельно, чтобы их можно было вернуть.

Когда через час Саи снова подошёл к столу, на котором они лежали, Он обнаружил следы их слез и, подозвав нас, сказал: "Бедняжки! Они огорчились, что Я их отложил! Ладно, возьму и их с Собой в Анантапур". Несколько месяцев спустя Он поведал об этом случае в Прашанти, когда рассказывл предание о горе Говардхане из Пуран. Когда Рама решил построить мост через море до Ланки, божественные обезьяны Его армии поднимали целые горные пики и передавали по конвейеру с плеч на плечи, пока не опускали их в море. После того как мост был сооружен, гор больше не требовалось. При этом все обезьяны опустили на землю все "лишние" горы и поспешили на "передовые позиции" к мосту, и в результате одна гора, сорванная с родного места и опущенная на "чужбине", вдруг заплакала!

Рама услышал её плач и утешил её, заявив: "Подожди! Я воспользуюсь тобой, когда воплощусь в следующий раз, и буду держать тебя как зонт, чтобы спасти Ядавов от гнева бога Индры". Эта проливавшая слёзы гора была Говардхана, – вот что рассказал Баба.

В Дхарваре Саи выразил Свое сочувствие множеству людей, ожидавших Его даршана до самого утра нового дня. Он прошёл среди них и утолил их жажду ласковым взглядом, приветливым похлопыванием по плечу, едва уловимым словом, улыбкой узнавания, участливым выражением лица, а иногда и щепоткой пепла, сотворенного тут же для человека, оказавшегося больным, а также принятием поклона, письма, цветка или мольбы.

В ту ночь люди спали на земле, освящённой Его стопами. Рассвет застал их поющими бхаджаны или перебирающими четки. Саи беседовал с руководителями центров севы об огромном значении Нагара санкиртана – утреннего шествия по улицам с воспеванием имени Божьего. Я чувствовал, что это действо по сути гораздо глубже марша Ганди к морю, так как империализм шести страстей, правящих человеком, гораздо коварнее того империализма, который намеревалось уничтожить ОСВ и "Сатьяграха". Это движение, когда добрые люди проходили с именем Божьим на устах по всем уголкам, где притаились ненависть и жадность, по каждой улочке, запятнанной гневом и злобой, было скромным началом того, чему предназначено остановить упадок дхармы среди людей.

Саи присутствовал некоторое время на бхаджанах, сидя на возвышении под навесом, и вскоре после завтрака отправился в Пуну. Проехав через Белгаум и Сатару, где собравшиеся получили даршан, машины поспешили далее, а Саи поддерживал во всех чувство бодрости и радости! Остановился Он в одном доме в Джамнагаре в предместьях Пуны, но это не обескуражило тех, кто вкусил сладости имени Саи. Лужайка перед домом была заполнена людьми, сидящими в медитации в ранние часы наступавшего дня, и утром – часам к семи – это была уже не лужайка, а яркий красочный цветник горящих глаз, в пылком устремлении взиравших на комнатку на первом этаже, где, как они знали, был Саи. Он спустился к ним и прошёл между ними, вознаградив их стойкость.

Д-р Адке с сыном Манохаром – инженером из Бхадравати – сопровождали Его до Пуны. Баба даровал сыну доктора знаки Своей милости в самом Бхадравати – с портрета Саи, которому тот поклонялся дома, сыпался вибхути! Когда отец и сын прощались с Бабой, Манохар показал Ему кольцо, материализованное для него несколько месяцев назад в конце незабываемого тура по штату Карнатака. Жёлтый камень слегка откололся в одном углу. "Тебе нужно, чтоб Я его починил? О, да ты хочешь, чтобы на нём было Моё изображение, так ведь? – сказал Саи и взял кольцо в руки. – Нет! Ты инженер. Твои руки всё время заняты машинами или, во всяком случае, должны быть заняты. Если Я помещу на него Свой образ, то он оцарапается и сотрется. Бедняга, ты же будешь обеспокоен этим. Я дам тебе Своё изображение, когда ты поедешь за море учиться дальше". При этом Он высоко поднял кольцо, которое держал между большим и указательным пальцами, чтобы видели все, и один раз довольно сильно дунул на него. "Тебе повезло!" – сказал Он.

И в самом деле! Прежнее кольцо пропало, а вместо него в руке Бабы сияло великолепное золотое кольцо без камня, но с буквой "М", искусно отчеканенной рукой непревзойдённого мастера. "Теперь у тебя больше золота, – сказал Саи, одевая кольцо Манохару на палец. – И это золото не то, что у Морарджи". Т.е. это не то золото 14 карат, которое хотел видеть во всех золотых изделиях в стране Морарджи Десаи в свою бытность министром финансов Индии. Это было 22 карата золота! Саи покинул Пуну около 10.30 утра.

Позвонили в Дхармакшетру и сообщили, что Баба прибудет только около часу дня, и посоветовали собравшимся разойтись по домам, поскольку они ждали Бабу ещё с 10-ти утра. Он задержался в Пуне, и Ему не хотелось бы, чтобы они голодали. Но никто не сдвинулся с места! Ни одна машина из сотен, стоящих под палящим солнцем, не тронулась. Одного парса, ожидавшего приезда Бабы с 8-ми утра в первом ряду у возвышения, жена спросила, не хочет ли он пойти домой, так как сама, потратив героические усилия, убедила его поехать на даршан Бабы. Но он не пожелал упустить возможность взглянуть на этот необычайный феномен, пленивший миллионы людей во всём мире. И он решил остаться, хотя солнце нещадно пекло его макушку и землю под ногами. Он был благодарен уже за то, что надел две пары носок, так как его предупредили заранее, что туфли придется снять у самых ворот.

Баба приехал в 10 минут второго. Машина его остановилась у ворот, и Баба медленно пошёл по раскаленному песку прохода с крутым подъемом у помоста. Тот парс бросил на Него взгляд, и слезы, хлынув из глаз, не дали ему взглянуть снова. Саи был босой! Да! Ступни Саи, мягкие и нежные, как шёлк, маленькие и изящные, ступали по горячему песчаному проходу среди тысяч сидящих. Он мог подъехать прямо к Своим апартаментам на первом этаже здания! Но Он наглядно демонстрировал истину, что тот, кто стремится вести других, должен разделять тяготы тех, кого призывает следовать за собой! Он прокладывает путь, вдохновляя других. Парс сходил домой и скоро вернулся снова, чтобы принять участие в вечерних бхаджанах, после которых надеялся услышать беседу Бабы!

Педагоги детских классов школы Сатьи Саи в Бомбее устроили художественную выставку рисунков детей, и Баба посетил выставочный зал. Экспонаты являли собой первые нежные ростки Новой Эры образования, распространяемого теперь по всей стране, при котором детей направляют к Богу за открытием тайны существования. Ответы, обретенные мудрецами древности, сегодня никто не понимает, поскольку никто не ставит подобающих вопросов. Ныне Саи Баба дарит нам гирлянду, собранную из ответов древних провидцев.

Дети знают, что деревья расцветали оттого, что Кришна прислонялся к их стволу! Коровы радовались, когда Кришна похлопывал их по спине. Лодка плыла хорошо, потому что Рама с Ситой и Лакшманой взяли её, чтобы переплыть Гангу. Конь – прекрасная тема для рисунка, ведь он нес на своей спине Сиддхарту (будущего Будду) из дворца в лес на его историческом пути в поисках средств избавления человека от страданий. Многие из детей старались сделать макеты Прашанти Нилаяма, который они лелеяли в своём сердце как обитель Бога. Другие находили радость в изображении Саи Бабы, каким Он был в Ширди и каков Он теперь. Почтение и усердие были видимы в каждой линии, а это – достаточные мандаты для обретения милости.

Тут были также макеты и рисунки мечети Дваркамайи в Ширди, храма Дакшинешвары, горы Говардханы, собора Святого Петра в Риме, мечети Джума Масджид и других мест, связанных с неугасающим томлением человека по Божеству. А вечером дети играли спектакль в божественном Присутствии. Малыши семи-восьми лет выражали чувства волнения, удивления, благодарности, возмущения, торжества, сожаления и гордости так ярко и подлинно, что пьеса захватила всех и заслужила высокую оценку. В зале не осталось равнодушных, когда двоё из ребят играли сцену, где Лакшмана по велению своего старшего брата Рамы увозит ничего не подозревающую Ситу в густой лес и покидает её там, оставляя на попечение лесным божествам. Сцена, когда Лакшмана возвращается в столицу, а Сита обнаруживает, что оставлена на милость лесов и лесных обитателей, глубоко тронула сердца зрителей и вызвала слезы на глазах. Саи, чье присутствие безмерно вдохновляло детей, обласкал и благословил их, а потом похвалил учителей, которые занимались с ними и поставили пьесу. Он пожелал, чтобы пьесу сыграли на праздник Дасары в Прашанти, чтобы тысячи людей со всего мира могли испытать трепет от невинности и обаяния детской игры.

12 мая был день, когда Саи Баба в 1968 г. открыл в Бомбее Свой центр – Дхармакшетру; это – красный день календаря города и всей хронологии эры Саи. Неудивительно, что город отмечает этот день с признательностью. Жители Бомбея – говорят на разных языках, разных верований, уроженцы многих штатов – собирались большими группами и непрерывно в течение десяти часов в знак почитания Саи распевали бхаджаны. В то время как газеты пестрели заголовками о беспорядках в Бхиванди, разжигаемых фанатизмом, питаемых страхом и ложью, этот праздник был заверением, обетом, оазисом веры и твердости.

Баба говорил об этой волне общественных беспорядков и о печальном всплеске веры в насилие как средство решения жизненных проблем. "Взгляните на дерево, – сказал Он. – Корни, ствол, ветви, сучья, кора, сердцевина, сок – у всего свой вкус, цвет, запах и вид; но вы не станете отрицать, что всё это – от одного семени. У всех частей своя роль и своя функция. Все вскормлены землёй и солнцем. "Я есть семя всего творения", – заявляет Господь в Гите (Биджам маам сарва Бхутаанам)! Жаль, что человек потворствует злословию и раздорам, клевете и падению нравов, ненависти и вражде, чтобы удовлетворить свое эго. Любовь – вот лучший бальзам для усмирения гнева". Эти слова приободрили слушателей и вручили им оружие против страха.

Глава организации добровольного служения Сатьи Саи в штате Махараштра Шри Пиндже – основатель весьма эффективной сети заведений, известных как "Классы Пиндже", которые готовят тысячи работников контор и фабрик, тружеников полей к техническим и иным экзаменам, помогая им в совершенствовании их мастерства и способностей. Серебряный юбилей этой сети школ отмечался 13 мая в зале Ранг Бхаван в божественном присутствии Бхагавана. Там собрался весь цвет интеллектуальной и художественно-творческой элиты Бомбея, а также множество студентов и педагогов из разных колледжей.

Когда Бабу провожали к трибуне, где для Него поместили особое кресло, Он спокойно повернулся и направился в гущу слушателей. Он шел среди людей со Своей согревающей сердце улыбкой и ласковым взглядом самого дорогого и близкого человека и друга. И пока звучали почитающие Его строфы, Он был занят Своей миссией излияния ананды в истомившиеся души.

Потом Он поднялся на трибуну и несколько минут постоял, слегка прислонившись к спинке кресла. Затем сел на ковер – само божественное обаяние – к радости и удивлению зачарованного собрания. Когда д-р Гокак, Шри Бхарде, Шри Савант и другие выдающиеся гости взошли на помост, Саи поднялся, занял Своё кресло и попросил начать заседание. Д-р Гокак, бывший многие годы ректором, а в настоящее время проректор Бангалорского университета, ясно и искренне выражающий свои мысли о проблемах образования и связанных с ним вопросах, сказал: "Я остановлюсь на идеалах воспитания и образования, предлагаемых нам Бхагаваном, ибо только они и могут спасти нас от того прискорбного состояния, в котором оказалась эта система. Баба сформулировал кардинальные принципы, которые должны быть самой основой воспитания – непоколебимая преданность истине; вера в праведную деятельность; чистота, спокойствие и любовь как естественное состояние. Баба ввёл духовное знание (атмавидью) в самое сердце просвещения, так как там, где нет такого центра, где нет восприятия душой, всё рассыпается. Саи подчеркивает, что образование должно наделять знанием, развивать умение, давать уравновешенность и пробуждать интуицию. Студент должен стать полезным членом общества, обеспечивающим не только себя, но и других в обществе. Деструктивные отношения возникают на почве неуравновешенности; чтобы выправить равновесие, трепетной энергии молодежи следует давать творческий выход. Её чувства следует дисциплинировать не чтением нравоучительных текстов, а через общение с людьми зрелого ума, с цельными личностями, беспристрастными, но полезными служителями человечества".

Саи Баба в Своей беседе коснулся этих четырех кардинальных принципов, о которых говорил д-р Гокак – знания, умения, равновесия и интуиции, и отметил, что знание приобретается через органы чувств, заключение и наблюдение. В определенные неблагоприятные периоды истории знание это используется не для объединения, а для разъединения, не ради процветания человека, а для искусного его уничтожения. Так и всё умение, полученное от знания, обращается в "убиение" и разрушение, неизменно нарушающие равновесие, а оттуда и интуиция, т.е. видение внутреннее, обращается в видение внешнее – преследование чувственных удовольствий во внешнем мире.

"Рама, придав значение дерзким сплетням и уважая общественное мнение, отправил в изгнание Свою царицу, – продолжал Баба. – Социализм тогда соблюдался на практике, учитывая, что во времена Рамы и Кришны уважали простых людей, работников и крестьян. Кришна заботился о коровах, старший брат Его Баларама – тоже Воплощение Бога – неизменно обращался к работе с плугом. Оба утверждали, что земледелие и скотоводство – занятия священные.

И хотя сегодня при современных скоростях континенты стали ближе друг к другу, человечество не научилось жить единой семьёй во вселенной. С развитием науки человек овладел технологией контроля над окружающей природой, но не научился контролировать свою внутреннюю природу. Этого он может добиться изучением и проведением в жизнь образа жизни древних".

А потому Баба призвал всех выработать и создать новую систему образования и воспитания, которая будет прививать дисциплину, направлять в должное русло страсти, контролировать эмоции и наделять молодежь чувством сотрудничества, сострадания и товарищества, умением спокойно рассуждать и плодотворно служить. Сегодня же образование даёт молодежи только чашу для подаяния, заставляя её выпрашивать работу! Баба сказал, что откроет в Бомбее колледж, если "вы прежде подготовите студентов, достойных войти в его двери". "Учите их духовным истинам и наукам, которые они смогут использовать в повседневной жизни. Интеллект без цельности натуры бесплоден и вреден. Политика без принципов, образование без характера, наука без человечности и коммерция без нравственности безусловно пагубны".

14 мая Саи благословил сотни детей, которых заботливо готовят к вступлению в "храм Его милости" – в классы Бала Вихар по всему Бомбею. В тот же день Баба специальным самолетом вылетел в Джамнагар (штат Гуджарат). Обжигающий зной был невыносим, и бетонированная дорожка была огненной пыткой. И тем не менее, тысячи людей приветствовали самолёт и ринулись на поле в надежде заветного даршана. Увидев это, Баба пожелал тени и ветра: и когда Он выходил из самолета, к всеобщей радости погода чудесным образом внезапно изменилась. Этот знак милости поверг всех в восторг и трепет. Счастливее же всех была раджамата – мать махараджи Наванагара.

Во дворце Амар Вилас Саи Баба был принят почетным караулом Дворцовой стражи (из мужчин и женщин) в сопровождении отряда полиции. А вечером более 10 тысяч человек получили долгожданную возможность услышать беседу Саи и чарующие бхаджаны, которые Он поёт, чтобы наставить людей на путь веры. Он говорил, что совместное воспевание славы Господу наполняет внутреннюю и внешнюю атмосферы любовью.

15 мая Баба с раджаматой и всей Своей группой выехал за 150 миль в Двараку. На всём пути – в тесных кварталах городов, на тихих улочках предместий и в пустынных местах без единого деревца – собирались люди целыми семействами, чтобы взглянуть на Него. Его портреты стояли у них в алтаре, а теперь они заключили Его образ в свои сердца. Пока мы ехали, страницы Бхагаваты раскрывались у нас перед глазами: мы чувствовали, что Господь Кришна возвращается на Свою древнюю родину.

Народ Двараки и преданные Саи из других городов заполнили просторные коридоры храма Кришны задолго до прибытия Бабы, и в то время как Он спокойно прошёл через плотную людскую массу, нас толкали, теснили и прижимали, так что, узрев наше положение, Саи вышел из храма, чтобы вывести Своих "гопи" на широкий простор. Когда мы пытались протиснуться к статуе Кришны в храме, обитатели Его города толпились вокруг Саи Кришны. Они не отрывали глаз от Бабы и поздравляли друг друга.

Саи отбыл в Митхапур, где рабочие химических и прочих смежных предприятий, основанных фирмой "Тата", уже много лет как организовали кружки бхаджанов. На пути в Митхапур Саи спросил одного из сопровождавших: – не желает ли он вернуться и увидеть святыню Двараки и получить даршан статуи Кришны, установленной там, – но тот с чувством взмолился к Бабе не отсылать его в Двараку, поскольку он счастлив быть в присутствии Саи Кришны. Непрерывный поток мужчин, женщин и детей заполнял лужайки вокруг гостиницы. Саи прошел среди людей, расточая сострадание и обаяние.

На обратном пути в Джамнагар Саи проникся к нам сочувствием из-за того, что суматоха и толкотня в храме лишили нас даршана Владыки Двараки – Кришны, чья статуя установлена в святыне. Внезапно Он воскликнул: "О! Вот и море!" – и машины остановились. Мы прошли на широкий песчаный берег с небольшим храмом среди обломков скал. Это место, как мы узнали потом, называлось Куранга, что значит "лань". Море и волны всегда вызывают присущую Саи любовь к игре. Ведь Его игра впервые проявилась, когда крохотная трепетная волна возникла из глубокой тишины Необъятного. Он ходил по краю воды, бросая веселый вызов игривым волнам. Он смеялся, когда других окатывало соленой водой, подбирал раковины, искал новые и, наконец, уселся на песках, как, должно быть, сиживал Кришна пятьдесят веков назад.

Он насыпал перед Собой кучу мягкого песка примерно по локоть, повергнув всех нас в состояние трепетного ожидания. Он разровнял кучку и пальцем начертил на ней ломанную линию. Поверх линии Он нарисовал неровный кружок и добавил над ним маленький треугольник. Провел через круг черточку. "Готово", – сказал Он, стряхивая песок с ладоней. Мы не могли догадаться – что именно готово, хотя линия, наверно, обозначала изгиб тела, круг – голову, маленький треугольник на ней – павлинье перо, а поперечная линия – флейту! "Готово", – сказал Он и, погрузив руки глубоко в песок, извлёк яркую золотую фигурку Кришны, играющего на флейте, дюймов в 15 высотой – настоящий шедевр ювелирного искусства и мастерства. "Вы не получили даршан Кришны в храме – вот получайте", – пригласил Он нас. Это был момент высочайшего восторга и ликования.

Фигурка в мельчайших деталях соответствовала традиции; мы видели чарующую улыбку, играющую на золотых устах. Не знаю – сколь долго мы созерцали величавую красоту двух Кришн. Баба – один из Них – пробудил нас: "Идёмте, поехали". Первому пришлось подняться дворцовому шофёру из Джамнагара; Саи заметил его полные удивления глаза и спросил: "А какой твой излюбленный образ?" – "Амба-Бхавани", – ответил тот. Два круговых движенья божественной руки – и уже готова и вручена шофёру плоская округлая золотая пластинка с отчеканенной на ней фигурой Амба-Бхавани.

Добравшись до Джамнагара в 9 утра, Баба увидел тысячи людей, поющих бхаджаны в ожидании, что Он приблизится к ним и пройдет по устроенным ими проходам между рядами. И они не были разочарованы. Некоторым даже посчастливилось получить вибхути, сотворенный для облегчения их болезней.

16-го Саи поехал в Университет Аюрведы, учрежденный и обеспечиваемый царской фамилией Наванагара, единственным в Индии семейством, посвятившим себя этой древней науке исцеления. Аюрведа делает основной акцент на скрытых источниках энергии в человеке и огромных резервах здоровья и благополучия, которые можно открыть с помощью йоги и мантры, с помощью медитации и отрешенности.

"Аюрведа – это священная наука жизни". Для проведения исследований -разгадки премудрости текстов Аюрведы и расшифровки старинных рецептов для лечения современных болезней – Университет располагает группой преданных делу специалистов. Баба благословил их в лабораториях и за рабочим столом. Он прошел через весь комплекс здания университета, принося сотрудникам радость каждым Своим словом и взглядом.

Оттуда Он выехал к бунгало "Индра прастха", где члены обществ севадалов проходят интенсивный курс обучения под названием "Служение как духовная практика". Он говорил им о вере и верности, послушании и самопожертвовании, о любви, отрешенности и служении. "Оставайтесь всегда открытыми для лучей солнца, дающего просветление, здоровье и радость". "Религия рождается не от интеллекта, а от желания любить".

Вечером Баба обратился в городском зале к членам Клуба деловых людей. Он посоветовал им не увлекаться речами и зваными обедами. Он говорил о роковых последствиях искусственных методов контроля над рождаемостью. Противозачаточные средства приведут к психическим расстройствам, возрастанию своеволия и безответственности, а также к вырождению нравственных норм, которых придерживается индийская культура. "Духовная дисциплина, активное обращение к джапе, дхьяне, севе и санкиртану – все это ведет к той же цели, не заводя человеческое сообщество в трясину животных инстинктов", – сказал Баба.

Но вот море снова просило присутствия Саи! Около девяти вечера Баба выехал на побережье Балаччади у школы Саиник. Персонал школы присоединился к бхаджанам. Саи уселся на мягкий песок у тихо журчащих волн. Посреди бхаджанов Он вдруг спросил у д-ра В.К. Гокака о значении букв В и К, и когда тот начал объяснять: "Ну, В – это первая буква имени Винаяка (Ганеша)", Баба сотворил из песка серебряную фигурку Винаяки и вручил ему.

Он рассказал историю рождения Винаяки и объяснил значение этого имени – великий вождь, то есть вождь, впереди которого нет никого, за кем он должен следовать. Затем Баба заявил: "А теперь просите у Меня всё, что хотите". Большинство из нас просило только милости, но Он настаивал, чтобы мы просили чего-то конкретного, что Он может сотворить. А пока мозг каждого был занят формулированием разных нужд, Он создал маленький портрет Винаяки – диво каллиграфии, где каждый изгиб, большой или малый, был знаком Ом, т.е. уши, рот, хобот, глаза – вся картинка была композицией из сотни "Ом", искусно и тщательно выписанных, чтобы изобразить слоноголового бога Винаяку. Один из присутствующих пожелал кольцо и получил его – золотое, с портретом Саи в эмали. Женщина попросила четки и получила 108 бусинок рудракши, обрамлённых золотом. А директор школы – да будет благословенно его имя – попросил какого-нибудь священного дара для своей школы! В тот же миг Баба начал "колдовать" с песком, пропуская его сквозь пальцы, и в Его руках на глазах у всех оказалась прелестная серебряная, в 5 дюймов высотой статуэтка богини изобилия Аннапурны, дарующей пищу всем своим детям. "Храни это в столовой. Мальчики будут есть с удовольствием и хорошо расти". Баба пояснил: "Анна – пища, которую богиня даёт в изобилии (пурна) не только для тела; анна также означает "приём внутрь" – через рот, органы чувств, мозг, нервы. Так что эта богиня будет даровать огромную поддержку для тела, ума и духа учителям и ученикам в вашей школе", – таково было благословение Бабы. Два часа таинств, предвкушения неизвестного и божественного восторга!

17 мая был знаменательным днём. В этот день Саи Баба зарядил святыню Соманатха божественной энергией. То, что Баба посетил этот храм и позволил связать Свое имя с одним из сооружений храмового комплекса, явилось также откликом на молитвы джамсахеба Наванагара – человека, которому мы в первую очередь обязаны восстановлением исторической святыни. Раджамате удалось убедить Бабу торжественно открыть впечатляющий архитектурный шедевр Диг Виджайя Двар – Врата Победы, названные в честь Шри Дигвиджайи Сингха, покойного джамсахеба.

Место, где расположен храм, прославлено в Ведах и эпосе. Баба явился как Шива-Шакти в человеческом облике, чтобы зарядить божественной мощью древнюю святыню Шивы как Са-умы ("с Умой"), т.е. Шивы-Шакти. Йоги-шиваиты, сведущие в сома-видье, и последователи культа Пашупати, созданного мудрецом Лакулисой около 200 г. н.э., распространили славу этого храма от моря до моря. Они основали Соманатхи со святынями Сомешвары по всей стране – в Райнагири и Восточной Годавари, в Пурнеа и Джодхпуре, в Майсуре и на южных Канарах.

Соманатх был одним из самых богатых храмов Индии. Когда мусульмане захватили Пенджаб и Синдх и установили там свое господство, он стал приманкой для грабителей. С тех пор расхищение, осквернение, разрушение, реконструкция и освящение вновь стали привычными главами его долгой истории. Бесславный набег Махмуда Газни в 1026 г. был третьим в длинном перечне катастроф. С подобной же судьбой столкнулся в руках правителей Дели и пятый храм.

В день праздника Дивали в 1947 г., когда индийская армия вступила в Навабдом в Джунагадхе и освободила жалкие развалины, признанные многими Соманатхом, он был спасен от тех, кто не сумел оценить достоинство и важность "идолов" – статуй, образов и символов Неведомого и Непостижимого. И под радостный рев волн Сардар Валлаббхаи Пател заявил в тот день: "Мы решили, что Соманатх должен был восстановлен. Это – святое дело, в котором должны участвовать все".

Новый храм (названный, как и прежние, Махамеру Прасад) был построен строго на месте прежних храмов, и теперь Гопурам – Главные Врата храма, через которые искатели будут вступать в порталы джьотирлингама (лингама света), – предстояло торжественно открыть Сомешваре, явленному в человеческом облике: Шиве-Шакти, явившемуся как Сатья Саи!

Саи Баба объявил, что в этот день Он откроет подлинный Соманатх! Это заявление исполнило умы изумления и бурного восторга. Так что все пути, ведущие от Джамнагара к Соманатху, звенели восторженным "Джей". Саи был принят у украшенной шамианы перед Вратами Победы попечителями храма, а также высокими официальными лицами округа и штатов. Под звуки храмовой музыки Он прошёл по устланным красным ковром ступеням и открыл замок на двери с художественной резьбой и серебряной чеканкой серебряным ключом. Затем Он проследовал к украшенному гирляндами проходу меж рядов молодых банановых деревьев к главной святыне Сомешвары – средоточию веры миллионов людей в течение тысячелетий!

Он вошёл в Святая Святых; ученые брахманы распевали ведические гимны, раскатами отражавшиеся от сводчатой конусообразной кровли, шпиль которой вознесся на 150 футов от земли! Баба велел принести блюдо. Вытянул пальцы правой руки и потряс ею над блюдом...108 серебряных листков бильвы и 108 золотых цветков звенящим потоком высыпались на блюдо из Его руки. Руки преданных прикоснулись к ним с благоговением, ибо во имя их самих и ради них и вершился этот "процесс насыщения силой трехфутового лингама". Сам лингам был установлен недавно, когда президент Индии Раджендра Прасад торжественно открыл храм. Баба высыпал серебряные и золотые листья и цветки на лингам, как и в Шрисайламе, когда заряжал энергией лингам в храме. Словно вода Ганги влилась в поток Ганги.

Секунды мановения божественной руки, и – чудо! – в Его ладони появился шар яркого света! Я в тот момент читал про себя стотру, восхваляющую 12 лингамов света, помнить которую с благоговением – долг каждого индуса. Среди этих двенадцати – Вишвешвара в Варанаси, Кедарнатх в Гималаях, Рамешварам на крайнем юге, Шрисайлам в штате Андхра-Прадеш, Махакала в Удджаини и Трайямбака в Насике. Но первым в перечне является Сомантах. Лингам Соманатха – единственный из двенадцати, который почитается как джьотирмайям – "наполненный сиянием света". И вот этот "лингам света" сейчас в руках у Бабы! Какой великий миг, – подумал я.

Тут я вспомнил заявление Саи: "Сегодня Я покажу вам подлинный лингам Сомешвара!" Так это он, подлинный, установленный, как гласит легенда, Самим Брахмой и почитаемый божеством луны – божеством, правящим умом человека.

В брошюрке, выпущенной отделом туризма, сказано, что в Сканда Пуране много тысяч лет назад упоминалось об этом лингаме: "Спарша линга Сомантхалингам свайямбху (саморожденный), лингам высокого мастерства, яркий как солнце, размером с куриное яйцо, располагается под землёй" Это характеристика элемента вайю – воздуха. Существуют и другие лингамы, представляющие 4 прочих элемента: акашу (эфир), теджас (огонь), воду и землю.

Так что световой шар в руке Его был подлинный Сомешвара, который Он решил извлечь из подземной ниши, где он много веков скрывался от похищения и осквернения. А спарша лингам (спарша – осязаемость, свойство вайю, наряду со звуком) укрывался в течение веков под лингамом в святилище. Эту информацию подарил нам Баба, а также жрецы и попечители храма. Еще мановенье руки – и Саи сотворил серебряную подставку, на которую можно было поместить лингам. Он отдал его главному жрецу: "Пусть с этих пор пребывает он в полном свете дня! Пусть глаза верующих любуются его сиянием и запечатлевают его красоту в сердцах. Больше нет нужды скрывать его. Этот Аватар явился, чтоб устранить всякий страх", – заявил Баба.

Чтобы отметить триумфальное проявление Сомешвары, Баба поднял флаг над высоко вздымающемся над главной святыней шпилем. Тысячи людей кричали: "Джей Бхагаван", когда Он давал даршан на ступенях храма.

После этого Баба отбыл в Виравал, а в 2 часа дня выехал в аэродром Кешода, откуда вылетел в Бомбей. Там в Дхармакшетре прибытия Саи ожидало свыше тридцати тысяч человек.

Д-р Гокак дал им подробный отчет о знаках божественности (лилах и махимах – играх и чудесах), проявленных Им в Джамнагаре, Двараке и Соманатхе. Саи тоже побеседовал с ними о неизменном присутствии Бога в каждом существе и о необходимости заниматься духовной работой и служением. "Вы пытаетесь обнаружить Бога, зондируя и исследуя все уголки и крупицы вселенной. Конечно, если вы имеете глаза, чтобы видеть, вы и там сможете увидеть Его, так как вселенная – это тело Божье. Вы – искра Божества, как и все; как и всё!" – заявил Он. "Прежде чем воспринять Бога в каждом существе, в каждой клетке и каждом атоме, вы должны пережить это как цельность вашего бытия, т.е. в словах, мыслях и делах", – был Его совет.

Саи покинул Бомбей и выехал в Бриндаван 20 мая. Даруя Своё благословение 25-го в день торжественного открытия Технических мастерских, Он говорил о союзе "служащий-предприниматель" как о теплом партнерстве ради взаимного благополучия и радости. А в первый день июня Он посетил село Калкунте, скрытое среди лесных зарослей и доступное только по извилистой сельской дороге в 12 миль. Каждая деревушка на этой освященной дороге выстроила свой пандал, где стар и млад ожидали с цветами, чтобы приветствовать проезжающего Саи.

Селяне, собравшиеся в Калкунте, заметили свет на отдаленной горке, а с приближением машины Бабы свет вокруг неё превратился в янтарно-золотистое сияние. Выйдя из машины, Баба прошёл за жрецами, распевающими гимны древних писаний, в сопровождении группы храмовых музыкантов с трубой, барабаном и цимбалами, а также крестьян, хором воспевающих славу Божью. Он прошел так несколько сотен метров к храму Ранганатха ("Вселенского Режиссера" – Вишну), где установлена статуя божества, свободно покоящегося на ложе и управляющего космическим спектаклем сотворения, хранения и разрушения.

Затем Баба заложил камень в основание здания новой сельской школы. В Своей беседе Он сказал крестьянам: "Станьте движущимся храмом. Ощутите Бога, что пребывает в вас. Это Он вас оберегает, обеспечивает, не допускает, чтобы вы пали жертвой пагубных склонностей". А коснувшись вопроса о школе, которой предстояло перейти в новое здание, Он сказал: "Я вступил в сферу образования и воспитания и основал колледжи Новой Эры для мальчиков и девочек в разных штатах, так как это храмы Сарасвати – богини учености. Освобождения можно достигнуть осознанием истины, познав единство, кроющееся за различием. Ныне же учителя и родители, товарищи и старшие сами портят невинные умы детей, подавая дурной пример. Если дети растут в атмосфере жертвенности и служения, истины и справедливости, любви и света, они вырастут в чистых, добрых, смелых и активных граждан. А сегодня они являются постоянной проблемой для самих себя и всей нации. Если позволить им проникнуться благочестием, это принесёт неоценимое благо и им, и всем остальным".

В тот вечер Бангалорский центр Бхаратья Видья Бхавана (Дворца знаний Индии) пригласил Саи к себе и принял Его с благодарным почтением. От имени всех собравшихся Бабу приветствовал Шри Дивакар, проницательный исследователь и толкователь мистики Упанишад, последователь Ганди, почитаемый в стране за свой высокий патриотизм. Он говорил о Саи как о величайшей и наиболее действенной нравственной силе в сегодняшнем мире. Баба отметил, что "главная задача Бхаратья Видья Бхавана и ему подобных институтов – поддержание верности Бхаратья-видье или атмавидье – древнему знанию Индии и духовному знанию, а также демонстрация, поучением и живым примером, той непреходящей пользы, какую это знание может принести индивидууму и обществу. Сбивайте сливки святых писаний, текстов йоги и иных путей самопознания, собирайте питательное духовное масло и делитесь им со всем человечеством, которое умирает с голоду среди ложного благополучия. Каждый труженик Бхавана должен стать совершенным олицетворением щедрости Бхаратья-видьи, т.е. он должен быть терпимым ко всем верованиям, терпеливым в случае разногласий, почтительным к старшим, уважать святыни и историю, быть скромным вопреки настоятельной потребности что-то демонстрировать и чем-то хвастаться".

5 июня Саи Баба прибыл в Прашанти.


Глава 12

ПУСТОТА ЗАПОЛНЯЕТСЯ

8 июля 1968 г., обращаясь к большому собранию людей в сердце Африки – Кампале, Баба сказал: "Воплощения любви! Растите в себе любовь, не запятнанную эгоистическими мотивами, и живите согласно своему имени и наследию. Учитесь единому для всех языку сердца и выражайте его в действии. Когда ваши ближние страдают, они молятся о милости тому же Богу. Возможно, они говорят на ином языке, их поза в час молитвы может быть иной, но их физические нужды – те же, что у вас, и они довольствуются такой же пищей и тем же питьем. Старайтесь сочувствовать их горестям и радоваться их радостям. Разделите их счастье; это обратит счастье в блаженство – ананду. Пусть ваша любовь распространяется на всё творение. Застойная вода быстро портится, так позвольте ей течь свободно. Любовь – это радость, любовь – это сила, любовь – это свет, любовь – это Бог".

"Моя жизнь – Моё послание", – говорит Саи. Сам будучи воплощением любви, Он учит нас любить всех самоотверженно, и заявляет, что каждый из нас может стать Богом – Мадхавой – через любовь. "Если вам хочется как-то называть Меня, зовите Меня воплощением любви", – часто говорит Он.

Именно чистой любовью Саи преобразует нас, обращая от себялюбия к самопожертвованию, от узости к широте. Доррис Бэб, секретарь книжного центра Сатьи Саи (Тастин, Калифорния) пишет: "Я так счастлива, что могу служить Господу. Работать секретарем в книжном центре Сатьи Саи для меня – большая радость. С тех пор как мы узнали о Саи Бабе, вся наша жизнь изменилась. Никогда прежде мы не знали такого счастья. Как прекрасно служить Ему, даже совсем немного! В канун рождества – в сочельник Гери и Шарон устроили в доме бхаджаны. Но самое интересное произошло, когда они готовились к встрече гостей. Шарон делала пакетики с вибхути, как вдруг увидела в пепле что-то инородное, твёрдое. Это оказался крохотный медальон с изображением Саи. Гери был так счастлив, и Шарон тоже. Они были так счастливы, что Саи дал им благословение в канун рождества! А мы были счастливы за них.

Но поистине Его самые удивительные чудеса – это те, что Он совершает в сознании и жизни преданных Ему. Он меняет вас так осторожно и постепенно, что вы даже не сознаёте, что что-то происходит, до тех пор пока однажды утром внимательно не присмотритесь к себе и не увидите, что изменились. Вот истинное чудо. В один прекрасный день вы понимаете, что стали гораздо счастливее, чем раньше, утратили какие-то дурные привычки и приобрели хорошие".

Свами Каруньянандаджи – основатель и глава большой организации севы, возникшей на берегах Годавари в Раджамундри. Эта организация, созданная 45 лет назад, открыла больницу для прокажённых и приют для инвалидов и нуждающихся.

Однажды утром свами Каруньянандаджи вышел из дому и увидел на улице молодую женщину в тяжёлом состоянии. Её привёз поездом из Паласы пожалевший её неизвестный. На руках у неё была двухлетняя дочь. Женщину проводили в больницу, а девочку определили в общежитие, поручив заботу о ней живущим там женщинам. Оказалось, что больной предстояло рожать примерно через неделю, и состояние её вскоре улучшилось. На стене в больнице висел портрет Саи, на котором Он стоит, грациозно прислонившись к кокосовой пальме. На этом изображении Саи больше похож на Шакти. Поза эта известна как поза садхуваммы – святой женщины. Быть может, это как раз и был тот портрет, в котором нуждалась пациентка, за чьей поправкой и предстоящими родами присматривал Баба с портрета.

Однажды вечером дежурившие в клинике ушли в кино, а когда вернулись, оказалось, что женщина родила сына. Младенца выкупали, завернули в белые полотенца и уложили в колыбельку, а матери обеспечили должный уход. Медперсонал был очень удивлён случившимся, а когда спросили, кто же помогал ей, она, указывая на портрет, ответила: "Это она позаботилась обо мне в критический момент. Сейчас она вышла, чтобы присмотреть за другой пациенткой, и скоро вернётся". Вот мера Его любви. Помочь беспомощному – единственный способ порадовать Его, быть верным Ему и прийти к Нему.

В феврале 1969 г. в Прашанти Нилаям прибыли четыре вождя племен из деревень НЕФА – Румгонга, Паньи, Дизи и Джининга – в сопровождении политического представителя Шри Бокена Этте, а также архитектора и зам. секретаря НЕФА. Вечером вместе с несколькими иностранцами и паломниками из Гоа их взяли на интервью. Эта группа оставалась у Бабы около двух часов. Баба говорил с ними на духовные темы, после чего каждому была дарована личная беседа, в которой все нашли утешение и побуждение к изменению своей дальнейшей жизни. "Когда мы уселись на пол, – пишет д-р Этте, – Баба сел среди нас, а не на установленное для Него кресло. В комнате было жарко, так как из-за отсутствия электричества не работал вентилятор. Когда же жена гос. секретаря Гоа пыталась обмахивать Саи своим раскрытым веером, Он сказал ей, что это несправедливо, когда другие страдают от жары. Помещение было маловато для 22-х человек. Так что Баба подозвал нас поближе к себе, и мы оказались в уютной домашней атмосфере. В высоком присутствии Бабы никакой язык не является барьером для понимания языка международного, исходящего из Его любящего сердца. И Его духовные наставления каждый воспринимал по-своему и лично для себя, в соответствии с состоянием ума. Когда одна дама из Англии заявила, что не способна сосредоточиться, Баба тут же материализовал мановением руки красную вещицу в форме сердечка и сказал: "Это отображает твоё сердце и поможет тебе сконцентрироваться". Он также сотворил бриллиантовое кольцо жене гос. секретаря из Гоа, сказав, что она сможет видеть Его в нём. "Это – смерть уму, а не бриллиант (игра слов: die-mind-diamond). Медитация на Бога приводит к устранению желаний, которые сейчас составляют ум и его забавы". Это поистине была прекрасная духовная упадеша! Он сотворил талисман для излечения ещё одной женщины из Гоа и пригоршню сладкого прасада для всех нас. Он высыпал сотворенный Им священный пепел в ладонь одного из племенных вождей и попросил его приложить ко лбу каждого из нас. Ещё одно мановение руки произвело восемь Его портретов, которые Он нам вручил.

После этого Он пригласил каждого на личное интервью. Мы с удивлением обнаружили, что Он знает все наши проблемы и недуги, а заодно и прописывает средства от них".

Шри Этте попросил Его совета и благословения на строительство храма Солнца и Луны в зоне их племени в ответ на пожелания своих людей. Баба ответил ему, что у членов племени различные мнения о том, что надо установить в предполагаемом храме. И пока мы стояли, Он энергичным круговым движением обеих рук материализовал диск с выбитыми на нём солнцем и луной. Это был лист из сплава пяти металлов – золота, серебра, меди, латуни и железа, так называемый панчалокха, из которого должны быть изготовлены предметы культа. "Диск этот следует установить в храме и совершать ему поклонение каждое воскресенье (Sun-day – день солнца) и каждое полнолуние. Зажгите масляную лампаду и пусть она постоянно горит у алтаря, – предложил Баба. – Жертвоприношение животных не умилостивит Бога. Жертвуйте своими животными наклонностями, подчиняя их разуму, которым Бог наделил человека. Если же традиционного ритуала не избежать, проводите его вне храма", – сказал Он. Давая рекомендации по поводу планировки храма, Баба сделал набросок, начертив перед главной святыней круг для ритуальных танцев племени, чем был приятно удивлён архитектор, находящийся в группе.

После такого личного интервью уходишь с ощущением, что Баба неизменно пребывает с тобой. Он – всеведущий, – сказал Шри Этте, который останавливался в Калькутте пройти обследование и курс лечения у видных специалистов и получить помощь для излечения болезни, с которой не могли справиться врачи Дибругарха. Баба вручил Шри Этте несколько пакетиков целебного вибхути, и уже после использования первого пакетика он почувствовал облегчение. Рецидивов с тех пор не было. Вожди племен стали восприемниками любви Божьей. "Любовь просила, и любовь даровала, – сказал Саи. – Когда отец вручает нам дар, он даёт его не из тщеславия и не с надеждой на вознаграждение".

Этот щедрый поток любви и оплодотворяет наше иссохшее сердце верой, надеждой и милосердием, и возносит нас на вершину блаженства. Врач Джанакирама Рао писал мне об одном из проявлений этой бесконечной любви: "В 2 часа ночи мы с д-ром Бхаскарой Рао находились у пациента, пульс которого не прощупывался, кровяное давление не регистрировалось, и мы сочли, что он умирает. С связи с этим пациента перевели в отдельную палату. Ему сделали инъекцию кордиамина, а мы всыпали ему в рот немного вибхути из тех пакетиков, что дал нам для него Саи Баба.

Наутро в 8 часов мы обнаружили, что пульс у него нормальный. Больной заявил нам, что ночью ему кто-то помог! Кто же это мог быть? Сестра-сиделка и дежурный из обслуживающего персонала знать ничего не знали и сами не оказывали никакой помощи. Какой, однако, необъяснимый случай в стенах больницы! – дивились мы: Нет нужды добавлять, что пациент вскоре выздоровел и ушёл домой здоровый и счастливый". А д-р Ранга Рао, ехавший на машине из Мадраса в Прашанти, заметил огненные искры, вылетающие из бензобака. "Саи Рам!" – вскричал он и бросил в огонь несколько горстей пыли. Пламя тут же улеглось, и он благополучно доехал до Нилаяма. Полковник Раджа рассказал мне, что огонь охватил огромную кучу бамбука у его бунгало в Тезпуре (НЕФА). Поднялось пламя в несколько метров. Жена выбежала, испугавшись, что несколько хижин неподалёку, где жили непальцы, могут загореться. "Сатья Саи Баба, Сатья Саи Баба!" – закричала она, и далее привожу слова самого полковника: "Огонь погас в пять секунд; такого не могла бы сделать и дюжина пожарных машин". Вот ещё одно яркое проявление того, что источник божественной милости не иссякает нигде и никогда.

"Полгода назад брат мой сломал берцовую кость. Когда Баба должен был посетить мой дом в Тричинополи, я вывел брата и заставил его сесть в кресле в заднем помещении. Когда Саи приехал, в большом зале шли бхаджаны. Но Он спокойно прошёл к моему брату, зная, что тот ещё не поправился. Саи материализовал вибхути и предложил ему съесть его, приложив немного пепла ко лбу. Затем Он направился в зал, подошёл ко мне и сказал: "Я поправил твоему брату ногу". Через три дня мой брат стал ходить по дому, через неделю решился выйти в сад, и не прошло и месяца, как он возобновил свей обычной жизнью моцион". – Это письмо от Шри С.Н.К. Сундарама, основателя и директора Пандьянского банка.

Д-р Рамакришна Рао, талантливый хирург-офтальмолог, пишет о чудесном эффекте вибхути, образовавшемся любовью Саи. Доктор лечил одного из своих друзей обычным способом от конъюнктивита. В ходе лечения он с ужасом обнаружил, что в правом глазу пациента образовалась гнойная разветвлённая язва, вызванная вирусом. Единственным средством, которое могло излечить от этого вируса, был препарат IDU, производимый в Америке. Но, к несчастью, в Индии его было не достать. Через несколько дней вирус поразил и другой глаз, что, в общем-то, было довольно необычным явлением. "Были сделаны попытки достать это лекарство, – пишет доктор, – но при его отсутствии всё, что я мог предпринять, это – молиться Саи, и делая это, я нанёс Его вибхути на оба века пациента и наложил повязку. В тот же вечер моему коллеге, профессору Сурье Прасаду Рао удалось достать ценное лекарство. Я был счастлив, что Баба откликнулся на мои молитвы. На другой день, когда пациент пришёл ко мне, я снял повязку, желая как можно скорей применить IDU. Но, к моему крайнему изумлению и радости, я обнаружил, что язв нет ни в том, ни в другом глазу. Я исследовал глаза под специальным микроскопом, но не обнаружил ни следа болезни, ни даже шрама".

Джон Хислоп – высокообразованный бизнесмен из США, человек, от которого можно было ожидать, что он резко оборвёт любые разговоры о чудесах и ныне живущем аватаре, – выказывает неколебимую веру в пришествие этого Аватара. Он говорит: "Я – словно младший сын в доме мудрого отца и любящей матери, в которых у меня безграничная вера. Почти невероятный личный опыт преданных Свами рисует портрет уникальной и прекрасной человеческой сущности со свойствами и качествами, выходящими далеко за пределы всего, что мы когда-либо считали относящимся к человеку".

Чтобы пробудить человека от лености и спячки, Баба нередко использует некоторые сверхъестественные или сверхчеловеческие способы. Шри Бхагаван дас из Унаи пишет: "Я видел ароматный пепел, появляющийся на фотографии Бабы в доме у моего соседа. Мы были потрясены этим, и нам очень захотелось получить даршан Саи". Это один из бесчисленных способов, какими Баба заявляет о Себе и обнаруживает Своё присутствие, возвещая о пришествии Божественного. В отдалённой области НЕФА, где как правило не понимают святости вибхути, от святых фотографий исходит сладкий густой нектар или мёд, а иногда масло, рисовые зёрна или драгоценные камешки образуют декоративный узор или символ пранавы, ОМ.

Подобная милость доступна даже тем, кто не видел Бабу, не слышал о Нём и не встречался с Ним. Шри Дж. Гогон из Шиллонга пишет: "Когда к стопам Бабы на фотографии возлагаются цветы, появляется амрита! Какая Саи-лила!" Шри Тшеринг из Калькутты пишет следующее: "Когда жена смахивала пыль с фотографий Бабы перед поклонением, она вдруг увидела истекающую с портрета Саи, со всего Его тела, амриту". А вот что пишет Дипендра Дасс из Бхуванешвара: "В последние несколько дней на фотографии Саи стали появляться какие-то водяные знаки. Для большей уверенности я их стёр. К моему крайнему удивлению две струйки текущей воды сошли с колен Господа".

Д-р Дж. Вигнешам из Берхампура пишет: "Я никому не говорил, что вибхути исходит с портрета Бабы у меня в доме, но скажите мне, пожалуйста, что мне делать? Как мне после этого почитать изображение, какие правила церемониального очищения следует соблюдать? Касаются ли они еды, питья, курения и пр.?" А из Дели пришла телеграмма: "Мёд капает с лотосного портрета в моей квартире. Молю, продли Свою милость, дабы пробудить истинную преданность. Х.П. Мишра!" На чайной плантации в Сонапуре, когда последователи Саи устроили сатсанг, т. е. встречу друзей, как только группа вернулась с нагарасанкиртана и провела арати, на потрете Бабы появились вибхути и амрита. "Мы буквально затрепетали, когда осознали, что Саи присутствует среди нас", – пишет д-р Баруа. А вот что пишет Шри Муралидхаран – директор студии Всеиндийского радио в Кохиме: "Сегодня к нашим бхаджанам присоединились двое приверженцев Венкатешвары. Когда проводили арати, с портрета Саи что-то упало. Это оказалась шрипадарену (...), которую дают преданным в Тирупати после поклонения Господу Венкатешваре!"

Полезен любой знак милости, соответствующий индивидуальному темпераменту или конкретному затруднительному положению и дающий искателю благотворный стимул к пробуждению других к садхане. "Совсем недавно я была почти мёртвой, – пишет Мари своей учительнице Хильде Чарлтон в Нью-Йорк. – Мёртвой внутренне и внешне, так как серьёзно пристрастилась к наркотикам, главным образом, к героину. Когда же все-таки сумела бросить, у меня обнаружили гепатит, и я болела довольно долго. Потом Марк Шлес прислал мне немного святого пепла Саи из Индии, и он помог мне вылечиться. Я была в отчаянии, без дома и, казалось, без будущего. Но благодаря Саи Бабе я теперь действительно счастлива, так как живу дома с матерью и намереваюсь вернуться в колледж. Трое моих близких друзей, которые "сидели на наркотиках", тоже оставили их. Я содрогаюсь от мысли, как близка я была к смерти от передозировки наркотиков. Мне хотелось бы выразить свою признательность Саи Бабе".

П. Джанакирамьях слышал о Бабе, но не потянулся к Нему, так как счёл Его ещё одним пополнением огромных отрядов садху, которыми изобилует наша страна. Для него Бог воплотился в изваянии, установленном в храме в пяти милях от его села. То был шивалингам, которому веками поклонялись его предки. Приближался праздник Шиваратри, и храмовые торжества должны были состояться 15 февраля. Но во время приготовлений к празднику он заболел дифтерией. У него была высокая температура и сильные боли. Условий для госпитализации не было, а он не мог ни глотать пищу, ни пить. Попробовали какие-то домашние средства, приложили руку и несколько знахарей, но все было бесполезно. Ночью 13-го он вспомнил о скульптуре Сатьи Саи Бабы из опалённого гипса, который принёс к нему в дом один родственник. Он говорил о чудесных силах Саи Бабы. Почему бы и не помолиться Ему? Поставив этот маленький бюст у своей постели, он долго смотрел на него и незаметно уснул.

Во сне Баба предложил ему попить воды, но он возразил, что пить не может. Баба, однако, настаивал; появилась жена с полным кувшином воды, которую он выпил до последней капли. С последним глотком он проснулся, было 11 часов дня. Температура спала, а с ней и ушла дифтерия! 15-го он смог доделать все свои дела в храме! С сердцем полным благодарности он написал мне, попросив указаний о пути в Нилаям. "Он – Шива! Я должен пасть к Его ногам", – писал он.

"Это была уже третья атака пневмоторакса, – рассказывает Эруч Вадия из Мадраса. – Мне посоветовали проконсультироваться с врачами госпиталя Виктория в Бангалоре, поскольку я исчерпал все другие виды лечения. Но прежде чем последовать этому совету, я отправился в Прашанти Нилаям на даршан Бабы. Я в отдалении молился Ему, а потом мне пришлось уехать в Бангалор на врачебную консультацию. Осмотрев меня, врач сказал: "А кто вам сказал, что у вас пневмоторакс?" Меня послали на дальнейшее обследование в санаторий. И там мне было сказано: "Ваше правое лёгкое, поражённое, как вы говорите, болезнью, лучше и крепче левого. Вы не нуждаетесь в лечении". Благословение Саи исцелило меня. Даршана оказалось достаточно".

У Николаса Холтендера было переживание иного рода: "Ещё до того, как увидеть Саи лично, я почувствовал к Нему глубокую симпатию. Я работал над Его портретами; к тому времени, как я их закончил, я понял, что должен поехать в Индию и увидеть Его. Я прилетел в Индию и добрался до Путтапарти за три дня до праздника Дасары. Сам праздник произвёл на меня большое впечатление, но я не стану об этом распространяться. Сразу же после праздника я простудился, и мне становилось всё хуже, да и температура была такая, что даже мысли путались! Врач из больницы, выдав мне лекарство, воскликнул: "Саи Рам! Только Ты можешь вернуть ему здоровье!" Услышав эти слова, я взмолился: "Баба, дай мне возможность выполнить свой долг в Европе. Я не должен здесь умереть, так как теперь ясно вижу, что есть дело, которое я должен сделать".

Внезапно я увидел глаза Бабы, а потом волосы вокруг Его головы; они приближались и удалялись, чем-то напоминая огоньки, какие я часто вижу в медитации. Всё это время я слышал вибрирующий вокруг меня АУМ. Утром мне стало гораздо лучше, а один из западных приезжих, совершенно незнакомый, зашёл ко мне и сказал: "Баба говорил о вас. Он меня спросил: "Вы знаете Ника? (Ника! Так Он знает моё имя!) Того пожилого человека, что раскачивается на бхаджанах? Скажите ему, что прошлой ночью у него был серьёзный сердечный приступ, но теперь он в безопасности, так как Я всю ночь был с ним!" У меня открылись глаза. Я понял смысл видения. Все сомнения разрешились. Теперь я знаю, что Саи Баба придёт к нам, если мы действительно в Нём нуждаемся".

Баба делает Своё присутствие ощутимым для тех кто в беде тысячью способами. Когда д-р Рамакришнан из Бангалорского научного института был в Прашанти, его в 9.30 утра вызвали телефонным звонком из Хайдарабада и сказали, что мать его поместили в больницу в тяжёлом состоянии с диагнозом тромбоза сосудов мозга.

Он попробовал сообщить об этом Бабе, хотя тот уже удалился на ночь. Саи отправил посланца обратно: "Я был в больнице; с ней теперь всё в порядке; скажи ему, пусть спокойно отдыхает".

А тем временем в Хайдарабаде около 9-ти вечера отец его увидел, что жена открыла глаза и проявила интерес к окружающему. Он тревожно спросил, не нужно ли вызвать к её постели двоих сыновей. Но женщина ответила: "Не нужно. Саи Баба только что был здесь, дал мне прасад и заверил меня, что я буду вполне здорова". Она вернулась домой здоровой через несколько дней!

Саи может проявлять Свою милость и любовь разными путями. Так Шри К. Дутт Гупта пишет: "В Рангии, в 30-ти милях отсюда, у господина Бардолои есть две маленьких фотографии Бабы под стеклом на туалетном столике. Баба вызвал появление на одной из них написанных Его почерком слов: "С благословением -Шри Сатья Саи Баба". Иногда Он оставляет след Своей стопы с контуром из вибхути - как указание, что Он приходил или же присутствует!

Западный мистик Мейстер Экхарт писал: "Господь сказал людям: Я стою у дверей, стучу и жду. С тем, кто впустит Меня, Я вкушу пищи". Нам нет нужды искать тут и там. Он всегда рядом, возлюбим Его, чтобы ясно видеть Его в своём чистом сердце. Он – реальность нашего бытия; мы существуем, пока Он пребывает в насс. Баба всегда готов ответить на наши искренние молитвы.

Супругов Ситарамов из Лондона Баба спросил, почему они ушли спать, оставив гореть газ под сосудом с маслом на плите. "Что было бы, если б Я его не выключил?" Господин Гхолап из штата Махараштра пишет: "Примерно в четверть пятого утра я услышал голос, велевший мне проснуться. Я слышал его трижды, но сказал себе – что я буду делать, поднявшись так рано? Спустя ещё мгновение я услышал: "Открой хотя бы глаза и взгляни!" Я с неохотой открыл глаза и что же я увидел? – Вора! Как только я поднял тревогу, он сбежал! Кто же это меня разбудил, – думал я. Потом увидел след вибхути от моей комнаты до наружной веранды. Я понял – то был Саи Баба".

С.М. Аппия из Курга пишет: "Электричества не было, так что ночами в августе было всегда темно. Кумар закончил свой скудный ужин и собрался лечь спать; жил он в ветхом, полуразвалившемся строении. Он зажёг лампадку и курительную палочку у портрета Бабы и, спев несколько бхаджанов, заснул. Свистел ветер, потоками лил дождь. Внезапно в ушах у него прозвучал шёпот: "Кумар, беги!" Отворив дверь, он выскочил из дома в темноту и, не успев добежать до дороги, услышал сильный грохот. Дом обвалился! Утром он обнаружил среди руин единственный неповреждённый предмет – портрет Бабы под стеклом!"

Однажды Сетумадхаван Наир получил писаное кровью письмо на почтовой бумаге с черепом и скрещенными костями – знаком Наксалитов. Письмо гласило: "Прекрати бхаджаны, ты только дурачишь людей и морочишь им голову. Если не прекратишь через 7 дней после этого предупреждения, тебе отрубят голову". Преданный знал, что против таких угроз есть только одно оружие – имя Бабы! Безо всякого страха он продолжал бхаджаны последующие семь дней и ночей. Разъярённый этим, автор письма решился довести до конца свой подлый замысел, и на рассвете восьмого дня украдкой пробрался к дому и заглянул в открытое окно. Наир спокойно мыл руки под краном в кухне. Полный ненависти и злобной решимости писака примерился, размахнулся и метнул в ничего не подозревающую жертву огромный нож! Но Баба присутствует всегда и везде. Всё, что Наир смог дальше увидеть, – это внезапно мелькнувший перед ним оранжево-красный вихрь, в то время как чья-то нежная рука придержала его и оттолкнула в угол. Он услышал звон полетевшего на пол оружия и звук быстро удаляющихся шагов, поскольку "мститель" счёл за лучшее удрать.

Услышав шум, жена Наира и друг семьи (занятый повторением Ом) бросились в кухню и обнаружили, что она заполнена неведомым ароматом, а сам Наир покрыт вибхути. Он был не в состоянии сразу что-либо сказать, но они поняли, что это был нож Наксалита, а спас Наира вездесущий Аватар.

А вот другой случай. Капитан Бозе, ехавший с женой и тестем из Амбалы в Гаухати на машине с мощным мотором и низким клиренсом, не смог проехать по размытой дороге близ Харихарганджа. Из-за проливных дождей дорога превратилась в озеро и ехать было опасно. Задние колёса машины целиком увязли в грязи, а одно из передних угодило в канаву! В такой поздний час – близко к полуночи – никакой помощи было не дождаться, да и толку от неё было бы мало, поскольку все усилия вытащить машину привели бы лишь к тому, что она бы ещё глубже засела в вязкую глину.

Путники смогли найти приют в оказавшейся поблизости школе и спали в эту ночь прямо на скамейках парт. Госпожа Бозе чувствовала, что Баба избавил их от долгой и опасной ночной езды, но муж её был намерен во что бы то ни стало добраться до Гаухати, где должен был руководить военно-полевым судом. "Долг – это Бог, а работа – поклонение", – цитировал он Саи.

Когда рассвело, ни один из водителей проходивших мимо машин и грузовиков не взялся помочь, а из небольшой толпы любопытных никто и пальцем не пошевельнул! Напротив, плачевное зрелище стало для них весёлым развлечением, что лишь усугубляло отчаяние четы Бозе. К сожалению, в господине Бозе ещё оставалась малая толика эго, и он решил положиться на лошадиную силу, а не на силу Саи! Достали верёвки, но машина не сдвинулась с места. Мотор заработал, но колеса только глубже увязли в грязи. В конце концов Бозе в изнеможении бросился на землю, воскликнув: "Лотосные стопы Саи – наше единственное прибежище". Почти тут же к ним подошёл какой-то симпатичный человек, по виду очень сильный физически. Казалось, никто не знал, кто он такой и откуда взялся. Вручив свой зонтик госпоже Бозе, он быстро овладел ситуацией. Самого Бозе попросили сесть за руль – в салоне стоял какой-то нежный аромат, – и прежде чем он успел завести мотор или толпа зевак смогла предложить какую-то помощь, госпожа Бозе увидела, как "этот человек сунул правую руку под бампер, а одной левой выкатил машину на твёрдую почву, освободив колёса из жуткой трясины". Затем путников пригласили в машину! Озадаченные, они пытались отблагодарить его и выяснить – кто он такой. "О, я – ночной сторож", – сказал он и ушёл. Избавившись, наконец, от горланившей теперь толпы, машина отъехала и скоро догнала незнакомца, быстро шагавшего по дороге. Бозе попросил его принять что-нибудь в знак признательности за его доброту, но он отказался и произнёс одну-единственную фразу: "Отчего же вы не воззвали ко Мне в прошлую ночь?" Поистине, сами Лотосные стопы пришли к ним!

Этот случай ясно показывает, сколь необходимо нам отказаться от диктата эго, малого личного "я", и признать то, что Бог наших молитв, устремлений и высочайших надежд воплощён в этом "хрупком" человеческом теле Саи Бабы. А что такое, на самом деле, "истинный" человек? Только тот, кто обращает свои взоры к Богу и полностью покоряется Ему, оставляя всё, что имеет, в том числе и маленькое личное "я", кто совершенно беспристрастен, кто знает тайну Бога как человека и человека как Бога!

Лесной пожар дважды разгорался близ дома Индры Дэви на ферме в Текате на границе Мексики. В первом случае он бушевал вокруг Саи Нилаяма, палаточного лагеря для садхаков, уничтожая вагончики и палатки, покрывая стены копотью, но обитатели убежали на горку; сама же алтарная комната осталась чистой и свежей, как всегда. В другой раз Индра Дэви была дома и побежала в молельную, вверяясь Саи. Пламя откатилось обратно! Когда она позже была в Индии, Саи вручил ей статуэтку в знак Своего сострадания и сказал: "Больше никаких пожаров!"

Директор одной из станций Всеиндийского радио Муралидхаран был с Саи Бабой во время Его тура по штату Керала и записывал на магнитофон Его речи и бхаджаны, не упуская ни единого слова и ни одной ноты. Эти записи он собирался использовать в радиопередаче о церемонии возложения Бабой камня в основание больницы для детей в моём родном селении Триппуниттуре, где председательствовал министр здравоохранения.

Директор прослушал запись и порадовался, вновь услышав, как Баба в Своей речи в городском зале в Эрнакуламе обещал снова приехать в штат Керала после праздника Шиваратри. Он говорил, что непременно проедет от Каннанора до Тривандрума и останется подольше в каждом местечке. Когда один из друзей через неделю зашёл к нему в студию, Муралидхаран рискнул сообщить ему эти добрые вести. Он сказал, что если Саи не выполнит Своего обещания, он возьмёт запись с Его заверением в Путтапарти и "прокрутит" её для Саи в качестве напоминания.

Друга взволновал уверенный тон Муралидхарана; ему захотелось услышать это обещание, озвученное голосом самого Бабы, и магнитофон был включен снова. И – чудо из чудес – тех фраз в записи не было! Тех слов Бабы на телугу и моего синхронного перевода на малаялам там не было! И – для полноты чуда – не было даже намека на разрыв плёнки.

Был праздник Басант Панчами, однако, люди, о которых пойдёт речь, не знали этого. Они ехали на машине до Лакшимпура, чтобы попасть на самолёт до Гаухати, затем – до Калькутты, Мадраса и Бангалора и, наконец, на автомобиле к стопам Бабы! На сердце у них было тяжело, и только Баба мог облегчить их горе. В аэропорту они получили из дома телефонную весточку. "Что вы сделали с портретом Бабы в нашей комнате?" – "Как? Да ничего! А что случилось?" – "Вы приклеили какую-то красную нитку и кисточку к тому месту, где у Него запястье левой руки". – "Что? Я никогда не делал ничего подобного! Оставьте всё как есть. Если это появилось на стекле, то должно иметь какой-то смысл – Он ничего не делает без какого-то смысла, я, во всяком случае:" – "Да нитка-то на самом изображении, а не на стекле – под стеклом – понимаешь?" – "Неужели! Я буду помнить об этом".

"Мои руки везде и всюду", – заявляет Он в Гите. Если Он решил подарить радость, ничто не может Его остановить.

Бетховен записал своей рукой на листке бумаги, хранящемся в Лондоне в Королевском музыкальном колледже, некоторые из своих плодотворных мыслей; там есть и приведённые ниже мысли о Боге. Когда мы думаем о Саи Бабе, эти слова поражают нас своим необычайным соответствием: "Из того, что мы способны понять в делах Его, мы заключаем, что Он вечен, всемогущ, всеведущ и вездесущ".

В письме члену правления одного колледжа Баба писал: "Саи санкальпа – это Ваджрасанкальпа", то есть воля Саи разит как молния. Она не может не достигнуть цели. Она непреложна, неодолима, неизбежна. "Нет ничего, что Я жаждал бы для Себя; Я стараюсь, жажду, тружусь только ради создания и обеспечения благ человечества".

Шри Лакш Кумар сделал блестящую академическую карьеру, он получил степень магистра по трём предметам! В настоящее время он – окружной школьный инспектор в северо-восточном пограничном округе – ныне Аруначал---Прадеш. Однажды почта доставила ему три книги о Саи Бабе: "Жизнь Саи", "Лекции, прочитанные Саи Бабой студентам" и "Собрание высказываний Саи Бабы". Он слышал о Бабе и читал о Нём статью, опубликованную в Бомбейском иллюстрированном журнале, но помещённый там портрет его не впечатлил. Он решил, что книги читать не стоит. Тем не менее, он хранил их у себя на полке среди санскритских томов.

Ещё в колледже у Лакш Кумара вошло в привычку подниматься в полночь, чтобы почитать любимую книгу до трёх-четырёх часов, перед тем как лечь спать снова. Но почему из всех книг он выбрал грамматику древнего санскрита – "Аштадхьяйи" (Восемь глав) Панини – и упорно пытался одолеть её? "Панини, – говорил он, – захватывающий и увлекательный автор". И считая, что его труды – наиболее выдающиеся в лингвистике, он засиживался далеко заполночь в тиши своего бунгало в NEFA, погрузившись в схоластическую премудрость. В одну из ночей, поражённый недоступным разделом в этом грамматическом лабиринте, он закрыл глаза, чтобы сосредоточиться. Когда же он открыл их, рядом с ним в кресле сидел Саи Баба в красном свободном одеянии и чарующе улыбался!

"Я не почувствовал ни страха, ни удивления, как должно было бы случиться в ситуации, когда какой-то незнакомец вдруг появляется в твоей комнате на исходе ночи, где ты сидишь, целиком погрузившись в чтение! Я чувствовал себя спокойно и очень уверенно. Прежде чем я спросил Его, кто Он такой, я услышал Его нежный тихий голос, успокаивающе произнёсший: "Не пугайся, что Я с тобой". Он повторил эту фразу дважды, но вопрос: "Кто Он?" всё ещё оставался. "Я послал тебе несколько книг", – сказал Он прежде, чем я заговорил.

Теперь я знал, что это – Саи Баба. "Да, – ответил я, – я получил книги" и хотел было продолжить, но Он прервал меня и сказал: "Прочти их!" – "Да в них ничего нет, – сказал я, – один вздор. Там нет для меня ничего". Но Баба настаивал, и говорил Он с ласковой убедительностью, как друг, без какого-либо следа раздражения. "И всё же ты найдешь там кое-что стоящее! Прочти хотя бы разок!" И Он улыбнулся – улыбкой, которую я никогда не забуду!"

Смотрите, как глубока любовь Саи – послать книги, явиться Самому, чтобы дать толчок процессу преображения, и, невзирая на откровенный цинизм учёного, не позволить ему упустить шанс спасения!

В записанной беседе с д-ром М.В.Н. Мурти Кумар продолжает: "Тут я почувствовал, что с моей стороны неправильно говорить, что эти книги – вздор, прямо в лицо человеку, который их послал. "Я прочту их", – сказал я и, поднявшись, вышел в соседнюю комнату, чтобы принести их. Когда я вернулся, Его не было. Я всегда стараюсь держать свои обещания, так что, хотя это обещание было дано странному посетителю, который и явился ко мне при странных обстоятельствах, я счёл своим долгом прочесть эти книги. До тех пор я интересовался только философией – восточной и западной, а не ритуалом или жизнью религиозных лидеров, но я обнаружил, что эти книги объясняют все великие истины Упанишад, как и другие философские принципы Востока и Запада в очень простой и возвышенной манере.

Десять дней спустя, когда я бодрствовал над очередным абзацем Панини примерно в том же часу ночи и закрыл глаза, чтобы сосредоточиться, Саи Баба явился снова. Он сидел в том же кресле совсем рядом со мной. "Я знаю – ты прочёл книги", – заявил Он. "Да, я прочёл книги", – эхом откликнулся я. "И Я совершенно уверен, что они тебе понравились. Я знал, что они тебе понравятся, – сказал Он убеждённо. – Если ты будешь читать их, они тебе точно понравятся", – повторил Он.

Голос Его был полон любви и благословения. Должен признаться, я никогда не слышал такого нежного голоса. Потом Он сказал: "А теперь почему бы тебе не перевести их?" – "Это было бы очень трудно", – ответил я. Он повторил это утверждение: "Да, это будет трудно, но Я уверен, ты это сделаешь". Тут я встал и пошёл в соседнюю комнату за книгами и бумагой. И опять Он покинул меня к тому времени, как я вернулся. Перевести? Но я не спросил Его, на какой язык – на хинди или ади? Я был уверен, что Он, скорее всего, имел в виду ади – язык зоны здешнего племени. Так что я взялся за работу без промедления.

Две недели спустя, когда я бился в поисках подходящего слова на языке ади для некой абстрактной идеи, обнаруженной в книге – (ади – не такой язык, что годится для изложения абстрактных идей), – и был занят оценкой одного термина среди нескольких других, Саи Баба явился снова. Было где-то заполночь. То был тот же блаженный голос, какой я так любил слушать. "Ты начал переводить их?" – проговорил Он из кресла, стоявшего рядом с моим.

Я поднял голову и увидел Его во всей полноте Его славы. "Я не могу этого сделать, – ответил я, – я не удовлетворён, это очень трудно". Но Баба сказал: "Ты можешь это сделать очень хорошо. Зачем уклоняться? Всякая достойная работа, конечно же, трудна. Ты можешь сделать, ты уже сделал". Потом Он исчез.

Меня это очень поддержало. Я закончил перевод и решил почитать его кому-нибудь из говорящих на ади друзей и в NEFA, чтобы убедиться – годится ли он. Тем временем я обнаружил, что эти три визита Бабы – Его даршан и самбхашан (возможность видеть и слышать Его) – преобразили меня. Моё отношение к работе и к подчинённым изменилось. Прежде я, бывало, гневался и наказывал людей. Теперь же я понимаю трудности других и стараюсь помочь им и посочувствовать. Я стал мягче; это "я" во мне уже не утверждается так, как бывало. Так что я могу теперь заявить, что пока я переводил книги Саи Бабы, Он преуспел в выявлении лучшего, что есть во мне".

Грамматика – сфера Саи в той же мере, как и любая другая дисциплина. Вы можете прийти к Богу – совершенному знатоку грамматики – через грамматику. Как отметил Лакш Кумар, его изучение трудов Панини и переводы книг были благословлены Саи, который стал его гуру, – и гуру незаменимым. С помощью Саи, который приходил на помощь всякий раз, когда бы Кумар к Нему ни воззвал, он был мягко проведён по всем восьми ступеням, что составляют труд Панини. Все сложные места были объяснены. "Я могу объяснить любую сутру из любого раздела книги во всех восьми формах, и то же могут мои трое детишек в возрасте от тринадцати до семи!" – смог теперь сказать Лакш Кумар!

Саи Баба есть любовь, и эта любовь побуждает Его избирать "инструменты" так, чтобы они могли ощущать своё участие в свершении Его миссии.

М-ру Тайдеману из Норвегии было сказано: "Тебе не надо больше искать гуру, отныне Я буду направлять тебя". Один из учеников Индры Дэви говорил Бабе о "волнах экстаза", которые он ощущал в медитации в Прашанти. Саи сказал ему, что это были "пробные переживания", дарованные Им, чтобы тот продолжал занятия с уверенностью. Саи даёт смелость, уверенность, совет и утешение всем жаждущим.

"Будьте осторожны в том, о чём просите Меня, так как Я дарую вам то, что вы просите!" Зачем же, стоя под небесным древом исполнения желаний (кальпаврикшей), просить о пустячных мелких дарах? Он знает, что для нас полезно. Потому Он Сам даёт всё, что нам нужно и чего мы хотим. Так что лучше не пытаться вмешиваться в Его планы по поводу нашей судьбы. Зачем портить спектакль?

У г-на Бхатии было три дочери; "а скоро у тебя будет сын", – сказал Саи, – и так и произошло, хотя беременность затянулась далеко за нормальный девятимесячный срок, что вызвало серьезную тревогу врачей и озабоченного отца. А Саи заявил, что ребёнок родится в день, когда Он прибудет в Бомбей, ввергнув всех в ещё большее смятение! Сын родился на 13-ом месяце, и Бхатия поспешил в дом его превосходительства П.К. Саванта, где ему сказали, что тот уехал встречать Саи Бабу на въезде в Большой Бомбей!

Его воля всегда торжествует. Недавно Арнольду Шульману, автору книги "Саи Баба", было подарено кольцо с сапфиром. Он принял его неохотно, так как думал, что такая ценная вещь может вызвать проблемы на таможне в Сан-Франциско. "Я позабочусь об этом", – сказал Баба. И чиновник таможни, исследовав кольцо, объявил его "не имеющим цены". Позже оно было оценено ювелирами в 125 долларов.

Баночки и коробочки вибхути, вручённые Им с заверением, что они будут наполняться по мере опустошения, действительно быстро наполняются!

Цель божественной лилы, обычно называемой чудом, – показать, что всё, что мы видим, есть не что иное, как явленная часть сознательного Атмана. Лила свершается не ради того, чтобы произвести впечатление, она всегда исполнена глубоким смыслом, рассчитанным на то, чтобы засвидетельствовать пришествие Божества в человеческом теле Саи Бабы. Она вызывает трепет и благоговение, углубляет преданность, она служит тому, что глаза открываются, устраняя завесу гордыни. Так называемая утончённая цивилизация совершенно засорила ум человека, способствуя тому, чтобы он культивировал жажду власти и собственности, насаждая веру в то, будто счастье состоит в их достижении, и тем самым приводя человечество к нравственной и физической деградации.

Баба явился, чтобы очистить и исправить, внушить веру и бесстрашие мудрым и прозорливым с тем, чтобы у Него были Свои "сапёры" и "рудокопы" в Его кампании против зла. Как пишет Мёрфет: "Они воссоздают нашу веру и помогают нам с новым рвением работать над выпуском божественной редакции самих себя. И это осуществляется не только их великим воодушевляющим живым примером, но и мирным преображающим лучом, исходящим от божественного Существа".

Одна лила, к примеру, имела такую же ценность для лица, удостоенного быть её свидетелем, как Вишварупадаршанаидение Кришны как всех и вся) для Арджуны, явленная ему Кришной на поле битвы. Однажды в Прашанти, гуляя с доктором Рао, профессором геологии, Баба поднял осколок гранита размером в кулак и, обращаясь к доктору, спросил его, что в нём содержится. Радуясь, что может щегольнуть своим излюбленным геологическим жаргоном, тот дал верные петрологические ответы. Но Саи настаивал и требовал, чтобы он шёл глубже в состав камня. Тот был готов и к такому вопросу и заговорил об атомах, химических формулах, электронах, протонах, мезонах и прочей научной абракадабре. Саи остановил его. "Нет, ещё глубже!" – сказал Он. Но Рао исчерпал свой научный арсенал! Тогда Саи взял из рук геолога камень и подул на него. И он стал красивой статуэткой Кришны, играющего на флейте. Цвет был слегка голубоватым; структура подверглась лёгким изменениям, чтобы передать изгибы позы Кришны. "Смотри! В камне – Бог! Вам, геологам, следует осознать это; ничто не существует без Бога, вне Бога".

Каждая лила Саи – это урок духовной дисциплины и духовной науки. Он вас просто пожурит, и Его мягкий упрёк вскроет источник познавания и поклонения.

Был один человек, который поклонялся Бабе дома, повторяя ежедневно 108 имён Божьих, а по четвергам – 1008; в завершение ритуала он простирался на полу перед портретом, представляя себе, что сжимает обеими руками лотосные стопы Саи, стоящего перед ним. Между его ладоней был при этом промежуток, где он и представлял себе эти стопы! Слёзы лились из глаз его, когда он наслаждался радостью этого мысленного образа. Потом, когда он приехал в Прашанти, Баба пригласил его на личное интервью. "Теперь, когда Я стою прямо перед тобой, взгляни на Мои ступни! Заметь ширину пространства, что нужна Мне, чтобы удобно поставить обе ноги на пол. Твои ладони раскрыты недостаточно широко, и Мне приходится стискивать ноги между ними всякий раз, как ты Меня призываешь. Держи их пошире!"

Нет молитвы, которой бы Он не услышал, нет знака, на который бы не отозвалось Его сердце, нет слезы, которую бы Он отверг как недостойную внимания. Он для нас самый родной и близкий, лучший друг, мудрейший советчик; Он – нежнейшая из матерей, само дыханье нашего бытия.

В этот самый миг Он присутствует на всех дорогах, за каждой быстро мчащейся машиной, а зачастую и рядом с ней, готовый предостеречь и любящей рукой предотвратить беду. "Когда вечером 22 сентября мы ехали на машине из Колчестера в Лондон, мой сын попросил меня опустить его сиденье, поскольку ему хотелось слегка откинуться назад. Я сделал это – и тут прямо перед нашей машиной резко затормозил грузовик, и мы в него врезались. Руль сплющился, и машина получила спереди серьёзные повреждения! Мы же с сыном были без единой царапины. Это Саи подал ему мысль откинуться назад! У нас с собой был священный вибхути, и мы повторяли имя Господа. Мы склоняемся пред нашим дорогим Господом, вмешательство которого спасло нас от беды", – пишет Шри В. Кришнамурти.

Профессор Г.Б. Пиллаи приводит описание своей весьма своеобразной поездки с сыном из Тривандрума в Мадрас. Их семья знала о Бабе с 1961 г., и они стали Его пылкими приверженцами. На пути в Мадрас 23 декабря 1969 г. сильнейший ливень безжалостно хлестал по вагонам поезда. Были получены тревожные сообщения о том, что Памбанский мост размыло, так что поезд задержали в Мадураи на 3 часа, но, в конце концов, было решено следовать дальше. Была уже половина десятого и оба Пиллаи с д-ром Гопи, ехавшим в том же купе, решили лечь спать.

Внезапно погас свет и раздался страшный грохот. Вагон стал заваливаться в пучину, а обломки купе посыпались на несчастных путников. Профессор, стиснутый обломками, упал в ревущие воды реки и чувствовал, что задыхается. "Где мой сын?" – Я подумал о жене и дочерях и закричал: "Баба, Баба – спаси меня – спаси моё дитя!"

Так и случилось. Воды вдруг словно бы отступили, а обломки смыло. "Я ощутил почву под ногами. Голова шла кругом, голос охрип, одежда промокла. Я окликнул сына, и он ответил!"

"Саи Баба хранил нас!" – д-ру Гопи, который тоже был спасен, оказали медицинскую помощь, так как он едва не захлебнулся водой с песком и илом. Потом он заболел пневмонией и ему пришлось бороться за жизнь, но милость Саи помогла ему выздороветь.

Большинство писем к автору начинаются такими словами: "Произошло ещё одно чудо!" – "У Сьюзен, которую Баба чудесным образом спас от суицида, был сын Кевин. В детстве он перенёс операцию на мозге и остался совершенно слепым на один глаз. Каждый вечер Сьюзен прикладывала к этому глазу немного вибхути. Наконец, когда больной глаз мальчика исследовали, оказалось, что зрение вернулось: – если бы даже он утратил зрение в здоровом глазу, он видел бы очертания предметов и ориентировался с помощью этого "ослепшего" глаза". Это выдержка из письма с Тихоокеанского побережья Америки из Санта-Барбары.

Почти 20 лет назад, прибыв однажды утром в Нилаям, я застал группу молодых людей из Бангалорского колледжа, которые просили Бабу пойти с ними на вершину холма на левом берегу Читравати. Они надеялись, что, оказавшись там, Баба сорвёт со знаменитого тамаринда разные плоды. Я тоже присоединился к просьбе, но Саи какое-то время хранил упорное молчание, а потом резко возразил: "Разве Мне нужно именно это дерево? Годится любое". Мы преисполнились надежды. Он даст нам плоды с другого дерева и обессмертит его! Но Он сказал: "А почему вы думаете, что Мне нужно дерево? Довольно и песка". Это означало, что Он подарит нам что-нибудь прямо из песчаного русла реки! Но скоро нам пришлось испытать разочарование! "Разве Мне нужен речной песок? А любой другой не подойдёт?"

Поскольку в Нилаяме были в разгаре строительные работы, то по одну сторону были ссыпаны целые машины песка. "Мы можем сесть прямо на эту кучу, Свами!" – сказал я. – "Ты думаешь, что признак чуда – это сотворение чего-то из песка? Так ли уж важен песок?" Мы не знали, что и сказать – конечно же, нам следовало бы довольствоваться чудом творения простым мановением руки. "Мне непременно надо что-то сотворить, чтобы вы увидели чудо? А разве само ваше существование – не Моё чудо?" – спросил Он. Затем поднялся и ушёл от нас, оставив нас ошеломлёнными откровением, что Он – Сама Триада, Воплощение Единого Бога вселенной.

Каждое чудо Саи – дар милости. Это может быть щепотка священного пепла, кусок леденца, какое-то сотворённое прямо перед вами изображение, а может быть и целый поток вибхути, появление порошка кумкума, ароматного сандала или сладкого мёда на каком-то портрете, знак Ом из пепла на полу, непрерывное истечение благовонного масла или амриты с лингама или медальона. Это может быть и несколько полосок бумаги с советом или предостережением на понятном вам языке, сходящих из Его рук на почитаемых вами портретах. Эта милость может прийти к вам, когда вы бодрствуете, спите, видите сны, или же в виде книги, а то и посылкой по почте в ответ на заказ, которого вы не делали. Это может быть видение Его Самого, тонкое, зримое, мгновенное или более долгое, но это всегда знак Его любви и величия.

Чем большего хочешь, тем больше Он даёт; чем больше Он даёт, тем больше ты растёшь; чем ближе подходишь к Нему, тем больше к Нему приближаешься.

"Приходите с пустыми руками", – говорит Саи. Отбросьте всё, за что ухватились своей рукой; оставьте фишки, какими играете в игру побед и поражений, накоплений и растрат. Он счастлив тем, что отдаёт, Его не услаждает наше почитание или восхищение, ибо восхваление ничего не прибавит к Его величию, а критицизм не убавит его. Он рад наполнить пустые руки неисчерпаемой сладостью, пустое сердце – непреходящей радостью, пустую жизнь – целебной субстанцией, пустую свирель – Своим мелодичным дыханием.

Каждый дар готовит нас к получению другого, так как ничто не даётся без определённого смысла, и он – в облегчении нашего пути в поисках истины. Он не беднеет, одаривая, и наша способность получать также неограниченна. Так манава – человек – отрицает и нуждается, жаждет и получает, и таким образом становится, в конце концов, Мадхавой – Самим Богом.

Обращаясь недавно к аудитории преданных, д-р Бхагавантам сказал, что лет 10 назад хороших цветных фотографий Бхагавана было не достать. А потому его сын просил у Саи портрет. Просьбы сына получили незамедлительный ответ, так как Баба материализовал лингам и отдал ему. Это – своего рода указание, раскрывающее внутреннюю суть Реальности или Реального.

Однажды несколько человек сидели с Бабой у подошвы горы; в руке у Него было несколько камешков, и Он бросил их одному из присутствующих, обратив их в леденцы. Тот при этом спросил Саи: – если Он мог мгновенно обратить эти камешки в леденцы, не мог ли бы Он обратить в леденец и всю эту гору? – "Это можно сделать, – ответил Саи, – но зачем же без нужды вмешиваться в природу?"

По существу, чтобы материализовать что-то, Ему не нужно ни материала, ни какого-то движения. Его воля (санкальпа) превыше всего. Как-то раз Баба беседовал с одним из преданных на духовные темы, как вдруг тот обнаружил у себя на коленях красное яблоко. Он изумился, а Саи сказал ему: "Разве ты не говорил недавно, что не позавтракал? Так поешь, поскольку до обеда тебе не меньше двух часов". Это было совершено без всякого превращения материала и без мановения руки.

"Отрешись от преходящих удовольствий; твёрдо держись за Единого, неувядаемого и несравненного, оставаясь в безмятежном состоянии блаженного осознания", – говорит Баба.


Глава 13

ТАК ДОБР, ТАК ДОБР

В 1970 г. в Прашанти состоялись две конференции: в октябре в период празднования Дасары – конференция севадалов, и в ноябре во время торжеств по случаю Дня Рождения Саи – Всеиндийская конференция всех единиц организаций Саи. Обе они внесли большой вклад в дело упрочения и распространения Его миссии и вести. Как все реки неизменно влекутся к океану, так и все индивидуумы, стремясь к совершенству, должны с готовностью сотрудничать друг с другом, разрывая узы индивидуальности и достигая цели духовного единства: таков план, задуманный Саи Бабой ради погружения индивида во Всеобщее. Он считает, что искатель-одиночка, избегающий сотоварищей и держащийся в стороне от общества, – это неполноценный садхака. Одиночная капля быстро испаряется. Она не сможет достичь моря, из которого поднялась лучами солнца, пока не присоединится к себе подобным, не вольется в ручей, не вступит в поток, не впадет в реку и не устремится к морю. "Не считайте общество ловушкой, надувательством или каким-то мучительным устройством. Премайога – путь любви – настаивает на служении ближнему как на лучшей духовной садхане.

Служение – это естественное поведение того, кто осознал, что "я" и Он – одно, что нет различия между Тем и этим, Творцом и творением, Энергией и материей. И это единство всех в Одном является философским основанием для золотого правила: поступай с другими так, как ты хотел бы, чтобы поступали с тобой.

"Мой знак отличия – это према, а не создание материальных объектов или дарование здоровья и счастья изъявлением воли. Вы считаете приметой Божества то, что зовёте чудесами. Но истинный знак - это према, что приемлет всех вас, что заставляет Меня спешить к тем, кто ищет Бога, к странникам, страдающим от тягот пути, где бы они ни были. Наполняйте каждое действие любовью. Пусть ваши мысли, слова и дела никому не причиняют ни малейшего вреда. Пусть это будет вашей садханой. Ибо вы – это все; вы вредите себе, когда раните другого. Вы – Саи, и все другие – тоже Саи. Как может рука вырвать глаз из тела, которому принадлежит и рука и глаз? Я пришел, чтобы возжечь светильник любви в ваших сердцах. Этот свет поможет вам увидеть Саи в каждом".

На торжественном открытии Всеиндийской конференции тружеников севы Баба сказал: "Почувствуйте, что каждый – это трийямбакам, трёхокий, проявляющийся как воля-действие-мудрость, как вершитель-долг-дело, как сила- сладость-свет. Чувствуйте Бога во всех и предлагайте служение, какое можете, с искусным различением, без страха принуждения и без мысли о вознаграждении. Вам нет нужды носить униформу или выставлять напоказ свои значки. Тому, кто в беде, не нужно просить о помощи. Поскольку давать и прощать – в вашей природе, взгляните ему в глаза с состраданием и протяните руку как брату. Любовь рождается в чреве служения; она растет в служении; Бог – это любовь, любовь – это Бог. Я явился ради того, чтобы учить этой истине. Сейте семена любви в истомившихся сердцах, и они дадут цветы любви, которые наполнят атмосферу ароматом; когда капли любви прольются дождём, реки любви восторженно зажурчат в долинах, и каждый ребёнок, каждая птица, каждая зверушка, каждый камешек запоёт песнь любви". 700 юных мужчин и женщин, внимавших Ему в тот день, были зачарованы напоённой любовью вестью Саи.

Один американский садхака выразил этот общий настрой словами: "Будем же преданными тружениками, проникнутыми духом Саи. Станем йогами в действии – в единении индивидуума с Божеством". На конференции были зачитаны отчёты разных округов о проделанной работе, а члены подкомитетов предложили к обсуждению свои рекомендации. Шри Накул Сен напомнил труженикам севы о духовном идеале служения.

Баба настаивал на том, что каждый севадал должен обладать серьёзным опытом медитации, дхьяны, и неутомимой жаждой повторения имени Божьего. "Не будучи в мире с самим собой, невозможно быть в мире с другими. А разве мир не величайший из даров, не ценнейшая собственность?" Саи говорил, что подкомитеты перечислили множество статей служения, за которые может взяться труженик севы; это – донорство, курсы ликвидации неграмотности, очищение трущоб, уборка помещений храмов, бхаджаны в тюрьмах, ведение классов в приютах, посещение палат лежачих больных, оказание первой помощи, тушение пожаров, помощь пассажирам, сходящим с поезда в центрах паломничества и т.д. и т.п. "И любую такую работу следует выполнять с убеждением, что служишь Саи во всех Его обликах".

Здесь, быть может, лучше привести выдержку из письма Хильды Чарлтон: "Баба сказал мне – ходи по этой земле с высоко поднятой головой, с высоко парящим духом и сердцем, открытым любви. Верь в себя и в Бога в себе. Тогда всё пойдёт хорошо. Куда б ты ни взглянула, Я там. Куда бы ни пошла, Я там. С кем бы ни общалась, Я – в том человеке. Я – в каждом. Из каждого Я отвечу. Вы не можете видеть Меня в одном месте и не замечать в другом! Ибо Я наполняю всё пространство. От Меня нельзя убежать или сделать что-то в тайне, так как во Мне и для Меня нет ничего тайного. Живи в полном согласии с Моими законами, и чудеса тебе обеспечены!" То был призыв, получивший отклик во время конференции в каждом юном сердце.

Эти 700 человек остались на праздник Дасары и получили, таким образом, курс наставлений от Самого Мастера. На вечерних собраниях Он говорил о высшем "Я", о его единстве, тождестве всех "я". "Сегодня каждый школьник знает о солнце, луне, звёздах и даже отдаленных уголках космоса. Но даже учёный-энциклопедист не знает ответа на самый элементарный вопрос: "Кто или что есть Я?" "Я" – наиболее часто употребляемое слово, оно помногу раз употребляется в беседе: я видел, я слышал, я простудился, я – пилот, я сержусь, я это не люблю, я – высокий; кто же этот "Я", кто отличается всеми этими качествами, кто располагает всем этим? В Упанишадах сказано, что это "Я" – не персонифицированный индивид; оно не ограничено телом, в котором обитает или действует. Это – самая универсальная из категорий, вечный Абсолют – Параматман, это – вездесущее вселенское Сознание, сат-чит-ананда. На другой день Саи говорил о сат-чит-ананде подробно: "Есть три желания или побуждения, которые каждое "я" должно осуществить: 1) Я должен жить. Это веление из самого сердца бессмертия – сат; 2) Я должен знать. Это напоминание о всеведении, искрой которого является это "я"; 3) Я должен быть счастлив. Это признак ананды, изначально присущей индивидуальному Атману".

На следующий день после Виджайядасами, когда делегаты уезжали, Баба сказал: "Я ем как вы, хожу как вы, говорю на вашем языке и веду Себя в соответствии с вашим пониманием не ради Себя, а ради вас. Я направляю вас к Божественному, завоёвывая ваше доверие, вашу любовь, преданность, находясь среди вас, как один из вас. Моя цель – обратить вас в людей духовно устремлённых, чтобы вы могли познать свою истинную сущность, открыли для себя истину вселенной, которая есть лишь проекция вашей собственной истины. Я – внутренний источник во всём, что движется и существует. Я – энергия, сила, что всё побуждает к движению и всем движет. Я – познающий, познаваемое и знание. Но Я не разыгрываю что-то каприза ради и не пытаюсь сбить вас с толку. Я – это пример, вдохновение, наставление. Моя жизнь – это иллюстрация Моей вести".

Торжества Дня Его Рождения – год 1970! Баба дал указание руководителям центров севы помочь преданным в активной организации детских групп, отрядов служения, женских общин, кружков изучения вести Саи, групп бхаджанов и нагарасанкиртана.

Баба сказал: "Эта организация распространилась повсюду. В конференции приняло участие около 3000 человек, хотя приглашены были только руководители и секретари местных отделений, даже без заместителей. Выберите себе путь по зрелому рассуждению, затем придерживайтесь его, чтобы достичь цели. Организация Сатьи Саи учреждена для того, чтобы проводить в повседневную жизнь принципы любви и ненасилия. Она также побуждает к исследованию четырёх основных проблем! Тело – что это? – Дехам (тело). Разве я – это оно? – Нет (Нахам). Тогда кто я? (Кохам ). И наконец, является ли это Тем? Отдельны ли и отличны ли это и То? Верный ответ, данный мудрецами – Сохам (То есть Я). Я это То. Вместо отождествления себя с бренным телом и зыбким умом познайте себя как свидетеля этого преходящего спектакля".

Все религии проповедуют любовь и ненасилие и вдохновляют на подобное исследование. Организация Саи должна работать с людьми всяческих верований. "Если в вас есть любовь, вас радушно примут все люди везде и всюду. Я явился ради локасанграхи – процветания и счастья всего мира, – и если вы живёте в согласии, то не будет конфликтов, и ваши действия, конечно же, Меня будут радовать". В последний день конференции у Саи оказался целый перечень вопросов делегатов. И Он провёл часа два, подробно отвечая на них. Какова природа ума? Как произошло творение? Как может служение стать садханой? Какое имя лучше для джапы? Какая йога скорее всего приведёт нас к Богу? Нужны ли классы медитации? Возможно ли для мусульманина – официального труженика организации Саи – полноценное участие в бхаджанах? Саи Баба сказал, что никто не должен действовать вопреки своим убеждениям, это было бы лицемерием, которое есть грех против Бога.

Премайога поведёт человека к Богу. Никто не может "тренировать" другого в медитации или претендовать на это! Это – функция ума. Бог един, без второго. Он не меняется. Его не затрагивает, если в молитве к Нему взывают разными именами. Служение устраняет завесу иллюзии многообразия. Сон приносит грёзы, а майя, вводящая в заблуждение сила Божества, вызывает видимость множественности. Ум – это лишь связка желаний, образовавшаяся вокруг эго. Решитесь достигнуть успеха в практике джапы и медитации, бхаджанов и служения. Будьте в этом примером другим, вот способ вдохновлять и вести за собой.

Чтобы совладать с неистовым и своенравным эго, вам следует сохранять равновесие ума. Вы не должны поддаваться эмоциям и страстям. Привязанность к органам чувств и чувственному миру надо обратить в привязанность к Господу, чтобы сердце могло наполниться сладостью блаженства.

"Убеждение, что "я – это всё и свидетель всего", должно хранить вас на верном пути садханы посредством служения и изучения. Я хотел бы, чтобы каждый активный член этих организаций кипел от радости от уже сделанного дела и от энтузиазма за предстоящее. Любовь, уважение, терпимость, взаимное сотрудничество, снисходительность – вот какие качества должны исходить из сердец всех ко всем сердцам. Все вы – члены одного тела, тела Саи".

Неудивительно, что и заморских последователей охватил восторг поклонения Божеству, и они хором спели на празднике Дасары:

"Саи Баба! Саи Баба! Так добр! Так добр!
Он нам мать, сестра и брат –
Все в Едином!
Он – земля, воздух, вода,
Он – Солнце и Луна.
Саи Баба, Саи Баба,
Так добр, так добр –
Он есть всё, чем мы будем когда-нибудь,
И то, чем когда-либо были.
Мы здесь ныне и завтра,
Чтобы помог Он нам видеть!
Саи Баба! Саи Баба! Так добр! Так добр!"

Согласно Саи, духовная работа помогает обнаружить внутреннюю реальность нашего существа, которая скрыта под слоем тонких и плотных элементов. Мы зачарованы этими элементами, но аватар выше их и ими управляет. Наше падение начинается, когда мы отождествляем себя с этими элементами и своё отличие от них считаем явно неубедительным. Нужно пробиться сквозь эти элементы с помощью вивеки (различения), вайрагьи (отречения) и вичары (исследования), чтобы подняться над уровнем животного мира. Иногда этот процесс приводит нас к наиболее глубоко укоренившейся лжи – к эго (ахамкаре), последнему барьеру, отделяющему нас от осознания Бога.

Утвердитесь в этом спокойном состоянии, погрузив ум в молчание и отстранив его от внешнего.

Вскоре после празднования Дня Рождения Баба уехал в Бангалор, а оттуда – в Бриндаван. А то, что происходило в декабре месяце, это уже само по себе целая эпическая поэма.


Глава 14

ЧУДЕСНЫЙ АППЕНДИКС

"Дорогой Кастури! Ваша телеграмма, отменяющая обещанный вами визит на Цейлон, еще больше укрепила нашу веру в Бабу!" Таков был не слишком вежливый ответ, полученный мною от секретаря общества севы Сатьи Саи на Цейлоне. Баба позволил мне принять приглашение посетить Цейлон с целью "Саи-паломничества": встретиться с Его последователями в городах и деревнях, поделиться своим опытом и разделить с ними радость.

Мне предстоял путь поездом и самолётом, и вот с чемоданом и сумкой я поехал в Вайтфилд проститься с Бабой и получить Его благословение. Почтовый поезд в Мадрас, откуда мне предстояло вылетать, отходил из Бангалора через час. Когда я коснулся лотосных стоп, Баба спросил меня: "Куда это ты собрался?" Я ветил, что я нахожусь на пути в Цейлон. "Какой Цейлон? – сказал Он. – Пошли им телеграмму, отменяющую твой визит, и едем со Мной завтра в Гоа".

Это и была та телеграмма, что утвердила веру в Саи цейлонских преданных на незыблемом основании! Впоследствии секретарь, Шри Тьягараджьях, успокоил меня, объяснив это загадочное заявление. Глава их организации д-р Наллаинатан читал моё письмо, где я принимал их десятидневный график моей программы пребывания, перед большим собранием, а когда закончил, сделал нечто, совершенно ему несвойственное. Он вдруг услышал, что говорит такие слова: "Конечно, Кастури был очень добр, согласившись приехать и побыть с нами 10 дней. Но послушайте, – возможно, он вообще не приедет! Человек полагает, Бог располагает. И в самый последний момент мы, пожалуй, можем получить телеграмму об отмене его визита". И спустя шесть дней такая телеграмма пришла! Цейлонцы поняли, что это Саи побудил главу их организации произнести в тот день такие слова, ибо это Он формирует будущее, пересматривая намеченный Им план. Если мы не можем ничего сказать наперёд о самих себе, то как мы можем предсказать Бабу? Он говорит, что никто в этом мире не знает, что Он будет делать в ближайшие пять минут, а потому нам надо научиться оставаться довольными, наблюдая божественный спектакль.

В полдень следующего дня я отправился в числе сопровождающих Бабу в Гоа кружным путём. Три машины шли к водопаду Джог. В группе было три дамы из США – Джун Шуйлер, скромная женщина средних лет, представившаяся как школьная учительница; Индра Дэви, известная как "первая леди йоги в Америке", и г-жа Раджагопалан – итальянка, живущая в Америке с мужем-индийцем. Как обычно при выезде из Бриндавана, преданные Саи выстроились по обе стороны дороги в надежде хоть мельком взглянуть на Него и увидеть руку, что машет из окошка до тех пор, пока поворот дороги не скроет машину из глаз.

Вечер был тих и ясен. "Когда мы выехали на мирные просторы сельской местности, – пишет Джун, – ум мой смешался от чувства невероятности происходящего! Вот уже много лет покой в любых сферах жизни казался мне чем-то недостижимым. Бог был моей единственной надеждой, и вот – чудо из чудес – я счастлива рядом с Господом, снявшим бремя с моей души".

По дороге Баба дал сигнал машинам свернуть с шоссе в сторону озера, чтобы мы смогли попить кофе и слегка перекусить. Он Сам открывал банки и коробки, бутылочки и фляжки, предлагая каждому кофе и закуски. Водители тоже присоединились к нам и получили свой кофе. А нескольким сельским труженикам, которым захотелось постоять и посмотреть на Саи, было уделено особое внимание.

Когда мы возобновили поездку, машина Бабы немного поворчала, но мягкими и лёгкими толчками её вывели на дорогу. На протяжении следующих 15 миль её пришлось уговаривать трижды, а до водопада было ещё около 100 миль! В 8 вечера машина стала и отказалась сдвинуться с места, невзирая на понукания и угрозы. Ей явно требовались услуги ремонтной мастерской, и было решено вернуться в Бриндаван.

Баба был беспечен и говорил об этом без всякого разочарования. Отсутствие привязанности, вайрагья, – один из восьми атрибутов Божества.

"Упала звезда, и Баба, который ничего не упускает, заметил её падение, – пишет Джун. – Он сказал об этом несколько слов. Я была признательна, что тоже увидела это яркое небесное тело, что падало там, где появился Господь".

А в машине Его чудный голос заполнял ночь, так как Он пел, увлекая звёзды на землю! Ужин был готов в полночь, когда мы добрались до Бриндавана. Нежное участие Саи выразилось в том, что Он казался обеспокоенным из-за того, что мы испытывали чувство голода. Он проявил особое внимание, проследив, чтобы всех накормили и отправили спать прежде, чем Он удалится на ночь. Мы чувствовали себя виноватыми в том, что утомляем Его, отвлекая Его внимание на себя. Или это бесценное тело питается лишь одной излучаемой Им любовью? – дивились мы. Джун пишет: "Я улеглась с ощущением тревоги. Я боялась, что Саи теперь может улететь в Гоа самолётом без нас. Я тревожилась – как бы не упустить столь счастливое пребывание с Ним – и огорчалась, что мы вынуждены были вернуться из-за поломки машины. Много разных мыслей вертелось у меня в голове, и когда я проснулась в то воскресное утро, они не давали мне покоя. Почему Господь, повелевающий всем порядком вещей, не пожелал починить эту машину? Он ведь мог предвидеть это и не допустить этого! Вопрос этот имел для меня большое значение, поскольку я была убеждена, что духовная сила имеет власть над материей. А может быть Саи захотел этой поломки и возвращения, чтобы вызвать у меня этот вопрос и заставить потрудиться над ответом. Каждое слово, любое действие Саи – это урок. И это был урок, но для кого – я не знала.

Мы и раньше знали, что водопад Джог Его не слишком интересует. Он смеялся, называя его "шуточным" водопадом, а то и "недоразумением". Он говорил, что весь путь, если включить в поездку этот водопад, намного удлиняется. Ему придётся по пути проезжать ночью через многие сёла. Их жители, убеждал Он, очень огорчатся, узнав, что Саи Баба проехал этим путём, не дав им даршан. Кто-то сказал нам, что Баба спрашивал водителя, следившего за "тех. осмотром" "исторического автомобиля", о качестве и объёме ремонта. "Должно быть, Он знал, что он был выполнен неважно", – сказал тот.

Конечно, если бы Он пожелал, машина дошла бы до водопада Джог; вместо этого Ему захотелось "пошутить"! Через день мы все уехали в Гоа двумя машинами. В дороге Саи много говорил на духовные темы. Остановившись в пути на завтрак, Он предложил нам сладкие, зрелые дикие ягоды, сорванные Им с окружающих деревьев со словами: "Это ягоды, какие Я, бывало, собирал и ел с Моими товарищами в Гокуле на берегах Ямуны!"

Машины шли на удивление дружно, мы достигли университетского парка в Дхарваре и вошли в бунгало проректора д-ра Адке в 2 часа дня. Там мы застали около 500 человек, распевающих бхаджаны под навесом. Они узнали о прибытии Господа! После лёгкого обеда Баба посидел с ними молча несколько исполненных радости минут!"

"Эти университетские педагоги и деканы, взирающие на Саи с выражением детской преданности, тронули струны моего сердца", – пишет Джун. Вдруг кто-то задал вопрос и прервал молчание. Целый час после этого Саи рассказывал им притчи и истории из Пуран и фольклора. "Бог всегда готов ответить, когда бы ни воззвали к Нему о помощи. Да, вы ищете милости Божьей, но можете ли вы заслужить её, если сами не отвечаете на призыв страждущих? Бог ожидает на пороге, подобно лучу солнца, жаждущему проскользнуть через самую узкую щель и пролить свет там, где была тьма, принести тепло туда, где царил обжигающий холод. Так и вы – не упускайте ни малейшей возможности согреть и озарить жизнь других, лишённых радости и милости. Пробуждайте людей к славе Творца, поднимаясь по утрам с именем Божьим и оглашая им улицы сёл и городов".

Джун упоминает о периодических взрывах смеха, сотрясавших помещение. "Я видела, что это не скучный и не холодный Бог. Когда я думаю о Саи, я представляю себе Христа с тем же чувством юмора. Баба говорил на каком-то языке Индии, которого я не понимала, но, тем не менее, каким-то таинственным образом и я получала озарение".

То был "фиат-1500", на котором мы ехали – Баба, м-р Н.Д. Аппах – глава министерства энергетики штата Майсур и я. Дорога была каменистая и неровная, так что машину то и дело трясло и подбрасывало, и Саи выговаривал водителю за то, что тот недостаточно осмотрителен. "Ты не знаешь, какой болью в животе отдаются у Меня эти толчки", – сказал Он. Мы удивлялись – отчего это Саи, легко переносивший дороги и похуже этой, настаивал в тот день на щадящей езде.

Заходящее солнце бросало длинные косые лучи, проглядывая через тяжелые кроны высоких деревьев Западных Гхат, на которые мы взбирались. Когда же мы были на вершине, солнце ушло в море. В этой повседневной мистерии есть какое-то величие, хотя и с оттенком трагизма – неизбежность заката, его безмолвие и вызываемая им паника, когда тобой овладевает глупый страх, что солнце может не взойти более. Силы тьмы, быстро окутывающей землю, иной раз приносят суеверное чувство отчаяния. Однако мы скоро вспоминаем, что мудрая земля ухитряется сохранить одну свою половину освящённой и тёплой – и мы засыпаем в надежде и нам снятся счастливые сны!

Когда машины добрались до Гоа, уже наступила ночь. Зажглись звёзды; они мчались вместе с нами, не отставая – ярд за ярдом. На границе Гоа Бабу встретил сам хозяин – лейтенант-губернатор Шри Накул Сен и проводил нас в гостиницу для путешественников, где на стенных полках блестел китайский фарфор, а на подоконниках пышно цвела герань. Нам принесли кофе, после чего Баба сел в машину главы штата.

Проследовав по тряским дорогам к городу Панджим, машины, наконец, остановились у Кабо Радж Ниваса – дворца, который много веков служил резиденцией генерал-губернаторам "Португальских Владений в Индии и на Дальнем Востоке", а теперь стал официальной резиденцией местного лейтенанта-губернатора. Было 9.15 вечера. С утра мы проехали 385 миль по хорошим и плохим дорогам, но Саи, быстро поднимаясь по устланному красным ковром пролёту ступенек – целых 28 – в украшенные цветами, отведённые для Него апартаменты, выглядел гибким и свежим как лилия. Вскоре Он уже восседал за обеденным столом, к которому нас проводил сам губернатор. Он с веселым изумлением наблюдал за целым арсеналом официантов и рассматривал прекрасные фарфоровые изделия, которые португальцы привозили из Макао.

Саи ничего не ел, хотя г-жа Сен и отважилась напомнить Ему о Его долге перед самим собой. Казалось, Его заботило лишь намерение отправить всех спать. "Идите, идите! Вы все очень утомились", – настаивал Он. Я возразил, что от поездки с Ним ещё никто никогда не уставал, но Он снова повторил, что как раз мне срочно нужно отдохнуть. Когда мы поднялись, Баба сказал г-же Сен, что утренний кофе Ему нужен только к 8-и часам! А ей было известно, что в Прашанти Он пил кофе в 6 – 6.30; но, несмотря на упоминание об этом изменении привычного распорядка, Саи дал указание, чтобы кофе принесли только в восемь.

Баба был один в предоставленных Ему комнатах. Накул Сен попросил позволения быть в пределах досягаемости, но Саи отправил его в его комнату. Вся группа из Бангалора разместилась на первом этаже.

О том, что случилось в ту ночь, Баба писал впоследствии д-ру Бхагавантаму в письме, отправленном мной 12-го числа. "Вечером седьмого произошли странные события. Я не мог ни лежать в постели, ни сидеть в ней, ни повернуться с боку на бок. Не мог Я ни говорить, ни позвать кого-то. Мне не хотелось вызывать тревогу или кого-то беспокоить. Так что Я хранил молчание, делая вид, что со Мной всё нормально!"

На утро, когда супруги Сен об этом узнали, стало ясно, почему Саи отказался от ужина и перенёс на час позднее утренний кофе, желая лишь поскорей лечь спать! А я понял, почему Он спешил уехать из Дхарвара и отчего бранил водителя. Он явно был "болен", когда уезжал из Дхарвара!

Г-жа Сен сочла было, что Кабо Радж Нивас – место "несчастливое", поскольку тут Он "заболел", но Баба её тут же поправил. "Нет, это хороший дом! Я привёз эту "болезнь" с Собой в Кабо, чтобы здесь от неё избавиться".

На рассвете 8-го у Саи явно были сильные боли, и Накул Сен позвал врачей из медицинского колледжа Гоа, а также кое-кого из ведущих медиков города. Скоро постель больного окружила весьма внушительная бригада докторов. Их письменный отчет был таков: "История болезни: на 7-е декабря с 3 часов дня боли с правой стороны внизу живота; ранее боли прогрессирующей интенсивности во всей области живота, к ночи локализованные в пупочной области и с правой стороны внизу. Затруднения в вытягивании правой ноги. От движения боль усиливается. Утром 8 декабря – тошнота и высокая температура". Никто не мог поставить точный диагноз; было слишком много специалистов, и Бабу забавляло расхождение их заключений.

Американок отправили "на экскурсию" в старинные церкви Гоа, напоенные веянием истории и проникнутые духовной энергией. Супруги Сен были ошеломлены сложившимся оборотом событий, поскольку местное общество Сатья Саи севы объявило, что Он будет проводить беседу в самом центре города на большой площади в 5 вечера.

"А мы в Кабо завтракали без Саи. Это было унылое занятие. Все думали об одном: отчего Он не явился? Я не знала, что некоторым из нас известна причина, но они были слишком подавлены, чтобы что-то сказать, – пишет Джун Шуйлер. – Было очень странно, что Баба не вышел из Своей комнаты. В Прашанти, да и везде, где Он бывает, Он отдает Себя людям щедро во всякое время с самого раннего утра и до поздней ночи. Я знала, что намечен выезд Саи в город и обращение к большому собранию. Мы проходили через эту площадь по пути в храм и видели, как туда стекаются люди за много часов до объявленного времени. Я приободрилась – уж там мы Его точно увидим, а может быть, и поедем с Ним на эту встречу! В 10 минут пятого мы собрались у подъезда, одевшись как можно лучше. Сердце у меня билось гулко и быстро, словно тикали часы, так как близилось время, когда мы увидим Его впервые за этот день:

Мысли вернулись к тому времени, когда я первый раз услышала о Бабе. Одна из подруг очень хотела, чтобы я предалась Ему. – "Да как же я могу, если принадлежу Христу? – отвечала я. – Я верую в Христа. Если Саи Баба един с Христом, то Ему я и молюсь. А если нет, я не хочу иметь с Ним ничего общего. – И добавила: – Если Саи Баба таков, как ты считаешь, то я уверена, что Он не поставит мне это в вину!" В памяти возник волнующий момент, когда я впервые увидела Его. Помню, меня охватил поток благоговейного восторга. Первое же Его замечание – в тот миг, когда Он взглянул на меня, – убедило меня, что Он знает и одобряет мои чувства к Христу, что Он, несомненно, един с Ним. Ум снова обратился к настоящему, я, не отрываясь, смотрела на дверь, ожидая появления Саи".

А тем временем боли, тошнота и жар весь день удерживали Его в постели. Нам сообщили, что 20 тысяч человек собрались на площади в ожидании Бабы, из них половина прибыла из дальних деревень. Саи намеревался явиться на встречу, чтобы не разочаровать эти тысячи людей, и Ему удалось встать и надеть свежую одежду, но во дворце не было лифта, и Ему пришлось бы сойти по 28 ступеням и пройти некоторое расстояние, чтобы дать людям даршан. А потом подняться на те же 28 ступенек вверх!

И Баба велел мне передать собравшимся, чтобы они тихонько разошлись, и заверить их, что Он обратится к ним на том же самом месте через несколько дней. Я должен был сказать им, что Он принял на Себя болезнь одного из преданных. Я уже был свидетелем подобных случаев исцеления и спасения за истекшие годы.

"Дверь Саи отворилась! – пишет Джун. – И вышел Кастури. Почему Кастури? Почему не Баба? Мы уныло сидели, глядя, как огромное кроваво-красное солнце погружается в спокойные воды Индийского океана".

Собравшиеся выслушали мое заявление с удивлением и восхищением – они знали немало о Бабе и Его чудесах, но это таинство взятия на Себя болезни и спасения преданного от её последствий было чем-то таким, о чем они никогда не слыхали и что даже не представляли возможным. Могло ли существовать такое сострадание? Как Саи Баба берёт на Себя болезнь, и как Он от неё избавляется? Как Он это делал прежде? Многие обратились ко мне с этими вопросами, и я рассказал им об удивительном чуде на Гуру Пурниме, когда Саи Баба взял на Себя инсульт и сердечные приступы одного из преданных, и после того как перенес всё это в течение восьми дней, "сбросил" с Себя болезнь в один миг на глазах у 4 тысяч человек, вновь став Самим собой – свободным, бодрым и полным сил. Я сказал собравшимся, что в миссию аватара входит как спасение праведных, так и наказание порочных. Он искупает кармический долг преданных, когда те искренне молят о милости, – сказал я. Вот мера Его божественного сострадания.

В тот вечер в восемь часов врачи отметили: "Поза больного – лёжа на спине с вытянутыми ногами. Осмотр показал, что правая сторона брюшной полости не движется с дыханием. Живот с правой стороны мягкий, а нижняя сторона: точка максимальной мягкости на нижней стороне: не наблюдается соответствующей мягкости над нижним сектором справа в связи с ригидностью этой части. Температура – 100оF (38.5оС), пульс – 100, дыхание – 16 в мин. Общий анализ крови: лейкоциты – 22.000, нейтрофилы – 88%. Поставлен диагноз – острый аппендицит. Отказ от хирургического вмешательства".

К врачам обратились представители прессы, встревоженные новостями о болезни такого всемирно-известного лица; они хотели обнародовать причину отмены публичной встречи. Врачи ответили им, что Саи Баба страдает от острого приступа аппендицита. Эта новость разнеслась по всей Индии и была распространена в утренних выпусках местных изданий и в газетах, выходящих в Бомбее, Дели, Калькутте, Мадрасе, Бангалоре и Мадураи. Отовсюду посыпались телеграммы и начались звонки с просьбами, мольбами и опровержениями – с недоверием, надеждой, стонами и плачем. Многие предлагали принять "болезнь" Саи на себя; некоторые из преданных заявили, что будут голодать, пока Баба не избавится от болезни. Те же, кто твёрдо верил в Его божественность, были убеждены, что болезнь будет сброшена таким же чудесным образом, каким была принята.

Врачи говорили нам, что Баба, скорее всего, страдает от мучительной боли, но Сам Он сказал: "Мог бы Я принять на Себя эту болезнь, если бы потом вынужден был признать, что это причиняет Мне боль? Я принял это с любовью, а любовь не знает боли!" Джун пишет: "Г-жа Сен доверилась мне, открыв, что весь день молилась Саи, упрашивая Его позволить ей разделить Его боль. Мы все заразились этой мыслью и двинулись в комнату Бабы с одной и той же просьбой. Он отослал нас обратно, сказав: "Я не чувствую никакой боли, а если бы и чувствовал, то у Меня нет привычки раздавать боль как прасад".

У Индры Дэви была с собой коробочка с изображением Ганеши на крышке, которую ей вручил Баба. В ней был вибхути, и Саи, отдавая коробочку ей в руки, заявил: "Давай его тем, кто страдает; он будет облегчать горе. Этот вибхути никогда не иссякнет". И теперь она предложила немного пепла Бабе! Он отослал её, сказав: "Это было бы эгоистично. Мне нужна только твоя любовь. Только дар любви, а не то, что Я дал тебе для того, чтобы ты помогала другим".

"О Баба! – безмолвно заклинала Джун. – Ты так ласков, так бесконечно добр. Все прочие из нас заслуживают этой боли, а Ты – нет. Отврати, пожалуйста, это состояние от Своего драгоценного тела".

"Наконец, не без колебаний, я стала молиться Христу, – пишет она. – Если Саи Баба не исцелит Себя, не исцелишь ли Его Ты?.. Но поняла, что эта молитва останется без ответа, ведь Иисус и Саи – одно! Я снова впала в метафизику. Осознание истины может прогнать болезнь. Было легко видеть Христа в Самом Христе! Саи, Ты – свет, а в свете нет тьмы, – говорила я про себя снова и снова. Я понимала, что это утверждение абсолютно верно, но я понимала и то, что на физическом плане Саи допустил беспрепятственную игру майи ради кого-то, кто предался Ему. Он не позволит, чтобы мои жалкие метафизические колебания как-то повлияли на предпринятый Им шаг. Я боялась, что мой подход был совсем неверным.

Врачи вереницей заходили в комнату Бабы и выходили из неё. Индра Дэви сидела в алтаре Кабо, прикладывая целебный вибхути, что дал ей Саи, к правой стороне живота на Его большом портрете, и молилась, чтобы Он поскорей исцелил Себя! Г-жа Сен колебалась между верой и тревогой.

От г-на Кастури исходила спокойная уверенность. Он был убеждён, что это – ещё одно чудо из тех, когда Баба страдает за другого, и что страдание, от которого преданному предназначено было мучиться недели, Он вместит в несколько часов и мы скоро увидим финал ещё одной Божественной лилы. Мы часто грелись в тепле его оптимизма. Г-н Сен тоже был уверен, что Баба явит врачам ещё одно поразительное и непостижимое чудо!

Вдруг меня осенило, что Кастури было предложено отложить встречи на Цейлоне и присоединиться к нам в поездке в Гоа именно по этой причине. Чтобы сеять повсюду уверенность, когда змея сомнения поднимет свой страшный капюшон! Его роль была – высмеять эту змею и возродить смелость. Рассказать нам о том времени, когда Саи принял на Себя удар паралича; мы попросили – и Кастури с пылким энтузиазмом окунулся в описание восьми ужасных дней и ночей, внезапного исчезновения симптомов и окончательного триумфа! Бесконечное сострадание – бесконечная сила!"

Из комнаты Бабы вышли преданные. Они выглядели торжественно и серьёзно, словно обременённые какой-то неразрешимой проблемой. "Однажды я задала Саи вопрос, – пишет Джун, – и запомнила Его ответ: – Баба, почему Иисус дал Себя распять? – Потому что Великие никогда не используют духовную силу для Себя: О! Саи не исправил машину в тот день, потому что это было нужно для блага кого-то иного, а не Его... – Баба! Баба! – воскликнула я. – Я Тебя обожаю, я очень люблю Тебя. Какая я есть, несовершенная, я полностью вручаю Тебе своё сердце!.. И как раз в этот момент до меня дошло, что г-н Накул Сен жестами подзывает г-жу Раджагопалам, Индру Дэви и меня к входу в комнату Саи. Я не могла в это поверить. Мы нерешительно перешагнули порог, устремив глаза на постель, где Учитель страдал за дорогого Ему последователя. Его там не было! Он стоял перед нами – слабый и хрупкий, с глазами полными любви и милосердия – и вопреки всему, полный очарования.

Он слегка отступил и позволил нам коснуться Своих бесценных стоп. Эти милые ступни были горячими из-за высокой температуры. А дорогое лицо было бледно и искажено страданием. Щеки ввалились от недосыпания и голода. Но Он встал ради нас. "Не тревожьтесь, – сказал Он мягким успокаивающим тоном. – Всего лишь небольшое расстройство – вот и всё", – добавил Он, указывая на правую сторону тела.

"Свами! Принимай то, что пропишут врачи", – взмолились мы. "Что врачи знают? Что они могут прописать? Я хочу лишь вашей любви", – сказал Он тихо, почти просительно. Он шагнул в соседнюю комнату, где тревожно ждали ещё несколько человек. Постоял несколько минут, устало и нежно взирая на всех, успокаивая робких и заряжая их мужеством. Потом вернулся в постель. Никто из нас не знал, что аппендикс был на грани разрыва, и врачи сказали, чтобы Он ни в коем случае не вставал с постели".

Впоследствии в Бомбее на Рождество Саи упомянул о "болезни, которую взял на Себя в Гоа" и о том страдании, какое она причинила многим. "На другой день в Гоа в это тело вошла серьёзная болезнь. Многие из преданных Мне поддались тревоге и отчаянию, когда узнали об этом. Но болезнь никогда не может поразить Это тело. Она даже не может приблизиться к нему! Если же иногда она возникает, то, поверьте Мне, она относится к кому-то другому, не ко Мне. И она уходит так же, как пришла, по Моей свободной воле. Я с ней никак не связан, она на Меня не влияет". Дело в том, что когда кто-то из преданных молит о помощи, Баба дарует ему Свою милость, прямо или косвенно. Иной раз этот человек не в состоянии почувствовать надвигающуюся болезнь. И в это время всеведущий Саи встает между ним и болезнью, как сделал это Шива в случае с Маркандейей.

9 декабря врачи решили, что больному нужно вставить в нос трубки, чтобы уменьшить икоту, которая усложняла удаление газов из желудка. Они говорили также о срочной необходимости вскрыть абсцесс и шприцом вывести гной. Должно быть, всякий раз, как икание дергало мышцу и затрагивало опухоль вокруг воспалённого аппендикса, Баба испытывал страшную боль! Но в конце концов, доктора покинули Кабо вместе со своими трубками и бутылками, так как Саи отказался принять их предложения.

Через два дня, 10-го, было объявлено, что в доме правительства будут проводиться бхаджаны, и пошли слухи, что на этом собрании будет присутствовать и Баба! Врачи не могли поверить своим ушам. Они не предвидели никакой возможности Его публичного появления в тот день. В умах разных людей было и сомнение, и удивление, и изумление, а некоторые верили – что бы Он ни сказал, то и произойдёт. Во время вечернего чая г-жа Сен выглядела довольно озабоченной, так как время шло, и люди уже стали стекаться к месту собрания. Гоа, потрясенное ранее новостями о мучительной болезни, теперь бурлило от добрых вестей.

Состояние Саи можно описать Его собственными словами: "Врачи были единодушны в мнении, что необходима срочная операция, а иначе они снимают с себя ответственность за возможные последствия. Они заявили, что воспалённый аппендикс прорвался и гной поступил в кровь – ситуация фатальная для всех смертных".

Бабе предстояло пройти через Свою комнату, гостиную, пересечь веранду, взойти на низкую ступеньку, дойти до входа в зал, который Он выбрал для бхаджанов, пройти через него, дойти до помоста, взойти на две небольших ступени – и, наконец, сесть в установленное там кресло. Итого 200 футов (~61 метр)! Всё это расстояние было устлано цветочным ковром.

Накул Сен потом рассказывал на бхаджанах: "Врачи запаниковали, и я почувствовал, что они решительно против того, что объявил мне Бхагаван. Но "шестое" чувство подсказывало мне, что Он являет в Гоа одну из Своих лил и что Своей волей Он избавится от этой болезни так же быстро, как и принял её. Когда ближе к вечеру врачи вновь осмотрели Его, им не удалось прощупать никакого абсцесса и они не обнаружили никакого следа опухоли и воспаленной ткани вокруг аппендикса. Вся область живота была мягкой и совершенно нормальной".

Глава врачебного консилиума д-р Варма явился около четырёх и, обнаружив ковер из цветов длиною в 200 футов, запротестовал, что он слишком длинен. Он предложил несколько сокращений пути: через другие двери и проходы, что составляло всего 40 футов. "Помост надо снять, пусть кресло стоит на полу, так как Он не сможет подняться по ступеням, какие бы они ни были низкие, – и, пожалуйста, поставьте кресло со стороны входа, а не в дальнем конце зала".

В пять вечера Бабу проводили в ванную комнату, а 20 минут спустя Он вышел из неё чисто выбритый, одетый в новое одеяние! Свежий, как только что распустившаяся роза.

"И вот, смотрите, – сказал Накул Сен в своей речи, которую он произнёс, как только Саи сел в Своё кресло в 6 часов. – Бхагаван прошёл от Своей ванной комнаты до этого помоста около 200 футов без всякой помощи и сел в установленное для Него кресло".

"Начались бхаджаны, и сердце у меня забилось в радостном ритме ожидания, – пишет Джун о том незабываемом счастливом моменте. – Любовь к Бабе переполняла весь зал. Ах! Вот и Он, величественно движется по залу, хотя весь день Ему требовалась помощь двух мужчин. Теперь Он шёл, словно ничего и не случилось. Шаги Его были так же уверенны и грациозны, как всегда. Щеки, что были впалыми, когда я прошлый раз видела Его, пополнели.

Любовь Его затопляла зал. Она была непреодолимой. Оглядев зал, Он заметил кого-то, прислонившегося к стене с больным ребёнком на руках. Рука Его начала проделывать знакомое круговое движение для сотворения лекарства.

Глаза Саи, проникающие до самых глубин; глаза, изливающие любовь и сострадание; глаза, которые вспыхивают, когда Он говорит о жестокости, лжи, лицемерии и несправедливости; глаза, что могут быть полны лукавства, были так же красноречивы, как всегда. Он занял Своё место на диване перед собранием и стал головой и рукой задавать ритм распеваемых бхаджанов. "Смотрите, – шепнула мне на ухо г-жа Раджагопалам, – эти глаза ещё прекраснее, чем всегда. В них какое-то неземное выражение, не от мира сего; взгляд лучезарной радости и прелести".

Глаза Саи ласкали собравшихся, которые, боясь моргнуть, следили за Ним, опасаясь, что излечение, которое Он совершил на Себе, может быть лишь частичным или временным.

Г-н Накул Сен был переполнен чувством признательности и изумления! Приветствуя Саи и представляя Его, как того требует регламент, собранию, он сказал: "Бхагаван живет во внутренних тайниках сердец преданных Ему; нет ничего, что Он не сделал бы для них. Он одновременно являлся в этом облике в разных местах, чтобы помочь им в беде или спасти от надвигающихся бед, которые Он один предвидит! Волею Своей Он принимал на Себя болезнь Своих последователей и мог выстрадать её за них, потому что они сами не смогли бы её перенести.

Теперь мы были тому свидетелями – свидетелями той лилы, что сбила с толку медиков Гоа. И у нас не остаётся сомнений, что нет на земле ничего, что оказалось бы не подвластно Бхагавану Шри Сатье Саи Бабе. Лила Его не знает себе равных – адбхута, она приносит счастье и благо людям – мангаламайи, обуздывает ум и обращает его к истине, красоте и добру – манохарини. Она дарует блаженство – ананду!"

Губернатор говорил также об истории Гоа и тех связях, которые соединяли Гоа с Рамой и Кришной и Их деятельностью на земле. Говорил о легендах, прославляющих святость двух рек – Мандави и Аганасини, что впадают в море прямо перед Кабо Радж Нивасом.

Накул Сен заключил своё описание древней славы Гоа и её священных связей с Аватарами – Шивой, Рамой, Кришной и Парашурамой – такими словами: "Не удивительно, что Господь решил посетить эту древнюю и святую землю вновь в облике, какой Он теперь принял, и с именем Сатья Саи Баба. Он любил Гоа в Своих прежних воплощениях, и Гоа остаётся Ему дорогим и теперь".

Баба говорил более 40 минут с обычными для Него выразительностью и пылкостью. Собравшиеся слушали как зачарованные, так как это была весть торжества, благой воли и благословения.

Болезнь, что пропала лишь час назад, всё еще была у всех в памяти, так что Баба заговорил о смысле её "прихода и ухода" и о месте её в плане деятельности Аватара. "Многие сомневаются в существовании Бога: либо отрицают Его, либо считают идею Бога каким-то глупым, устарелым предрассудком. Чтобы заставить их отказаться от своей самонадеянности, Божество, являя присущую Его природе милость, обнаруживает Свою сверхчеловеческую славу. Сомневающиеся получают ответ не вопрошая; двери открываются без стука, так как те, кто отрицает, не постучатся вообще. Предрассудок исчезает в свете реального опыта, в свете неоспоримого факта.

Тело человека поражают болезни как результат неправильного питания, легкомысленных привычек, глупой спешки или фанатичных эмоций. Болезнь же, свидетелями которой вы были в последние дни, совершенно иного рода. То была болезнь, которую Я взял на Себя, принял добровольно, чтобы спасти жертву, которая не пережила бы её! А дальнейшее существование этого человека в добром здравии желательно для дорогого Мне дела. Излияние милости на преданного, бхакту, – одна из задач Аватара. Аппендикс воспалился и обратился в абсцесс, который врачи могли вылечить только удалением: Он бы не смог при этом выжить, Я знаю. Я явился с этим телом, чтобы спасать "другие тела" от боли. Это тело всегда свободно от боли. Болезнь не может его затронуть.

Я должен был придти на помощь тому, кто предался Мне, пожертвовав даже своими мнениями. Я принял на Себя его болезнь и прошел через неё. Больше она у него не возникнет. Вы говорите об этом случае как о чуде, но помните – каждый есть чудо! Всякое дыхание есть свидетельство провидения Божьего. Любое событие есть следствие Божественного всемогущества. Где бы вы ни обнаружили истину, красоту, доброту, справедливость, мудрость, сострадание – там присутствует и действует Бог! Атеист отрицает Бога с помощью того самого дыхания, что дал ему Бог! Он закрывает те глаза, что открыл в нём Бог, и заявляет, что Бога нет, так он Его не видит. А потому такие удивительные события должны происходить и люди должны узнавать о них, везде и всюду, чтобы человечество могло отвлечься от чрезмерной привязанности к миру и обратить свой взор к Владыке мира".

Для нас, кто высоко чтит Бабу, и для всего человечества, извлекающего пользу от Его прихода (знает оно о том или нет), то был знаменательный день – день 10 декабря. Баба был с нами – во всём Своём величии, великолепии и великодушии, не только не затронутый болезнью, но ещё и укрепившийся, поскольку мир начал сознавать более глубокие аспекты Его миссии спасения праведных.

Он пропел несколько бхаджанов и вернулся к Себе в комнату. О полноте восстановления Его здоровья можно судить по одному инциденту. Саи просил двух молодых людей из Бриндавана присоединиться к Нему в Бомбее, куда Он намеревался отправиться из Гоа. 9-го мы позвонили им и предложили приехать прямо в Гоа, но спустя несколько часов они сообщили нам по телефону, что забастовка служащих индийских авиалиний распространилась и на Бангалор. Так что им было предложено выехать в Гоа на машине. Они прибыли в Гоа 10-го в полседьмого вечера! Услышав голос Бабы из репродуктора, они вошли в сад Кабо Радж Ниваса, взбежали по ступеням здания и вошли в зал. "А теперь Я должен вам рассказать о той болезни, что взволновала всю страну и вызвала тревогу в умах миллионов людей, так как они боялись, что Меня отправили в больницу и сделали операцию", – услышали они голос Бабы.

После бхаджанов мы все, а также чета Сенов и врачи окружили Бабу у Него в комнате. Врачи расспрашивали Его о некоторых тонких духовных вопросах, и Он объяснял им то, чего они не понимали. Говоря о Даттатрейе – Боге, олицетворяющем Триаду (Тримурти, трёхликого Бога), так внушительно запечатлённом в скульптурах Элефанты, – Саи взмахнул ладонью с заявлением, что Он – Даттатрейя, и вот – в руке Его оказался образ трёхглавого Бога, но – чудо из чудес – на потрете, который Он сотворил, все три лика были одинаковыми – справа, в центре и слева – голова самого Бабы как Брахмы, Вишну и Шивы! Такого изображения мы удостоились увидеть впервые в жизни!

11-го Баба позвал к Себе врачей, сотворил для них дары милости и благословил всех. Каждый получил памятку о том событии. С того дня в Радж Нивасе вечерами шли бхаджаны, на которых присутствовали преданные, прибывавшие из дальних мест. А обещанное собрание – встреча в центре города – было назначено на вечер 18-го; народу собралось вдвое больше, чем 8-го, когда все разошлись разочарованными, так как теперь многие тысячи пожелали получить даршан Бабы, – Того, кто мог взять на Себя и перенести болезнь ради спасения преданного! Председательствовал Накул Сен. Он говорил о широком круге дел, ради которых Бесформенный Божественный принцип низошёл "в форме" Бхагавана Шри Сатьи Саи Бабы. Баба говорил о йоге и обращении всей деятельности в уд-йогу, т.е. высшую йогу введения йоги в практику.

Последователи Саи в Бомбее беспокоились в ожидании Его прибытия. Забастовка пилотов и наземного персонала воздушных линий приводила их в отчаяние; попытки уговорить Бабу плыть теплоходом потерпели неудачу, так как это означало бы провести на корабле долгие часы! Наконец, 21 декабря наняли частный самолет для Бабы рейсом Гоа – Бомбей.


Глава 15

ЖИВИТЕ В ЛЮБВИ

"У некоторых на лице вызывающая усмешка искусного мастера диалектики или приподнятая бровь педанта. Они слишком склонны осуждать других, рекламируя себя. Они подобны стервятникам, залетающим высоко лишь для того, чтобы расширить кругозор высматривания падали", – пишет один из духовных искателей, объехавший всю Индию в поисках гуру. Полю Брантону, нашедшему в свое время тогда ещё безвестного Раману Махарши, посоветовали ежедневно молиться Богу, чтобы его привели к Человеку, в котором Бог воплощён в настоящее время. Воплощение нисходит через любовь, и потому высочайший знак этого Воплощения – любовь.

Старайтесь видеть себя во всех, тогда вы не будете любить одного больше, а другого меньше, осознав, что оба они – вы. Когда делятся любовью, царит мир. Все мирские отношения основаны на принципе "давать – брать". Наивысшая форма любви – любовь между преданным и Богом, когда преданный страстно жаждет слияния с Божеством. Если он достигает этого, его любовь течет ко всему и ко всякому существу. Согласно Саи, Бог есть любовь; любящий – это индивидуум, а возлюбленная его – природа. Осознав в полной мере, что природа всецело подчинена Богу, к чему поддаваться её чарам? Признавая существование Бога везде и всюду, давайте научимся любить Творца, поскольку творенье – не что иное, как Его проявление. Саи говорит, что все свои мысли мы должны направить к Богу. Но мы не сможем этого сделать, пока ум наш неуправляем. И лишь при долгой практике можем мы преуспеть в житии в Боге, т.е. в любви Его милостью. Почти всё, что бывает "не так" в отношениях человека с человеком, выходит "не так" оттого, что эгоистические импульсы перевешивают альтруистические. Или же оттого, что мы переоцениваем важность удовлетворения своих аппетитов и недооцениваем важность утоления голода духовного. Истинное счастье возможно лишь для тех человеческих существ, кто в полной мере разовьёт в себе качества, приближающие к Богу.

Это путь к Богу, известный как путь любви. В Гите Господь Кришна заявляет: "О Арджуна, Господь пребывает в сердцах всех существ; сосредоточь свой ум на Мне, будь предан Мне, жертвуй Мне, поклоняйся Мне – так ты придёшь ко Мне". У вас нет причины бояться Бога, так как любовь побеждает сомнение и страх. Любите Бога как друг и почитайте Его как преданный. Саи Баба среди детей ведёт Себя как ребёнок, среди ученых Он – учёный, среди врачей – врач, и это – благодаря Своей любви, так как Он желает, чтобы все чувствовали себя свободно.

Накормить бедняка, подбодрить заключенного, навестить глухонемого, слепого, посетить лепрозорий, лечебницу для душевнобольных – всё это утверждается Самим Бабой как высшая садхана. "Когда вы сидите в медитации или повторяете имя Божье и слышите чей-то стон, встаньте и оглядитесь. Если вы облегчите человеку боль, это принесет вам больше духовных заслуг, чем медитация".

Любовь Саи к преданным выражается многими путями. Однажды в Дхармакшетре было собрание педагогов детских классов (Бал Викас). Когда встреча началась, к собранию пригласили присоединиться и группу людей, поющих бхаджаны внизу у холма. Заспешив вверх по крутому склону, многие запыхались, а одной пожилой даме, кажется, было труднее всех. Саи усадил её к стене, чтобы она могла прислониться, под самым вентилятором. Потом Он на минуту пропал – с тем, чтобы вновь появиться уже со стаканом воды, которую Он и предложил ей выпить. Он не может вынести, когда кто-то стоит на жарком солнце в ожидании даршана, и беспокоится, когда люди мокнут под дождём. А в Нилаяме, в жаркие летние месяцы Саи разрешает пожилым и больным женщинам спать по ночам в молитвенном зале. Это любовь побуждает Его – Самому раздавать сласти каждому, хотя присутствуют тысячи, и питаться всегда простой пищей, чтобы и самый бедный мог не стесняясь предложить Ему угощение.

Практическое применение принципа любви очевидно и когда Саи грациозно проходит между рядами людей, терпеливо ожидающих приглашения на личное интервью. Он выбирает больных детей для особого благословения – говорит с ними или даёт вибхути! Больные, старики, люди, отверженные обществом и нуждающиеся – все они горячо Им любимы, обо всех Он заботится. Он пользуется одной пословицей на телугу, убеждая, что, как бы далеко вы ни сидели и как бы много народу вокруг вас ни было, Он вас заметит и благословит, если ваша молитва искренна. "Вы – тело Саи, – говорит Он. – Будьте счастливы, что вы являетесь Его частью. Не жалуйтесь, что вы – всего лишь ноги, и не гордитесь, что вы – голова, потому что одна и та же кровь – поток любви – циркулирует по телу и питает и то, и другое!" Когда к Нему являются калеки, которые не могут согнуться и коснуться Его стоп, Он приподнимет ногу, чтобы передать целительный бальзам мира и покоя! "Я всегда предвосхищаю молитву, момент опасности у Своих бхакт и вовремя вмешиваюсь, чтобы помочь или спасти их", – говорит Он.

Он говорил о семени любви, посеянном в сердцах людей, которое пускает ростки в семье, и вырастая древом, хранит родных и близких, всё селенье и всю общину и, наконец, укрывает в тени своей всё человечество. Обучая медитации, Он указывает, что концентрация на огонь – лучший метод. "Представьте себе пламя в межбровье; представьте, как свет входит в область сердца и озаряет её. Пусть свет этот разрушит всякую ненависть, алчность и эго, пусть он затопит всё ваше существо. Затем направьте его вовне, всё более расширяющимися кругами, объемля всё человечество – всех, кого вы считаете друзьями, и даже тех, кого отвергаете, как недругов".

Много лет назад Саи на несколько дней останавливался с нами в Хорсли Хиллз, на высоте 3800 футов над уровнем моря. Дважды в день Он брал нас с Собой в какое-нибудь живописное местечко, где мы могли мирно беседовать с Ним на духовные темы. Наш маленький лагерь, расположенный среди гор, был недоступен никакому транспорту, кроме джипа, так что пищу и питьевую воду нам подносили крестьяне из маленькой деревушки у подножия горы. Буйвол, принадлежащий хозяину бунгало, таскал эту воду помногу раз в день в кожаных мешках, навьюченных ему на спину. Мирное лесное окружение доставляло всем большую радость, которую мы были удостоены разделять с Бабой. Потом настал день, когда нам нужно было снять свой лагерь и возвращаться. Саи предложил начать спускаться всем одновременно. Он задумал состязание – кто сбежит с холма быстрее всех! Потом остановился, заметив: "Постойте, Я скоро вернусь", – и направился в сад. Кто-то из нас тихонько последовал за Ним и увидел, что Он прощается с буйволом! Ласково похлопывая его по спине, Он проговорил: "Ты хорошо послужил Мне, бангару (золотце)".

Саи благодарен всем, кто служит Ему, пусть это будет даже сущий пустяк. В деревне Биккатти в горах Нильгири (Голубые горы) жил хромой пёс, по кличке Куттан – Хромой. Это был очень старый ласковый пёс, бдительный и проворный, когда дело касалось "чужих". Прибыв в деревню в 1962 г., Саи шёл по постеленному для Него ковру, а Куттан рвался с поводка, на котором его держали, опасаясь, как бы пёс не укусил Бабу! Но Саи остановился, приласкал его и попросил отпустить: "Бангару! Оставьте его, он – чистая душа (атма)". И Куттан последовал за Бабой на помост, уселся и прослушал бхаджаны, а потом проводил Саи до кухни, где Баба после благословения пищи попросил, чтобы собаку накормили первой! Поев, Куттан поднялся на украшенный помост и встал у кресла Саи, наблюдая, как целые ряды собравшихся селян подходят за прасадом. Через некоторое время Куттан положил голову на подставку кресла Саи, где покоились Его стопы, и, спустя несколько секунд, испустил дух.

Все поняли, то была чистая душа; его и похоронили у помоста в цветах. У Саи было много любимцев – домашних животных – собак, кроликов, павлинов, а теперь и слониха Саи Гита, которая так любит своего Хозяина, что проливает слёзы, когда долго не видит Его! Если из Нилаяма выдворяют бездомных собак, чтобы они не нарушали своим лаем тишину этого места, то при этом даются указания: доставить их туда, где у них будет возможность найти пищу.

"Какой толк почитать Моё имя и Мой образ, – говорит Он, – не пытаясь взрастить в себе саматву – равную любовь ко всем, шанти – ничем не нарушаемый мир, прему – любовь, сахану – терпение и стойкость и ананду – блаженную природу? После каждой беседы Я пою бхаджаны ради вас, а не для Себя, чтобы дать вам возможность осознать сладость Имени, что очищает ум, и которое поможет вам осознать, что Бог всегда с вами – в вашем физическом и духовном существе".

У Бога в распоряжении два вида сил, вводящих в заблуждение, – авидьямайя и видьямайя (иллюзия невежества и иллюзия знания). Иной раз Его майя вынуждает нас считать, будто Он – просто человек, и мы принимаем участие в действиях, которые разжигают эго, заставляя нас чувствовать себя важными и всесильными. Этот туман гордыни скрывает Реальность. Когда же мы покоряемся Его воле, Он являет знамения и чудеса, что вызывают в нас жажду следовать верному пути. Это – видьямайя, позволяющая нам узнать, что это в Нём мы живем, движемся и существуем. "Он" и "мы" суть одно. Только так мы очистим свои взгляды, привычки и суждения и обнаружим Бога в Его истинном проявлении, т.е. живущим во всём сотворённом. Понимание того, что мы – лишь марионетки в Его руках, запечатлеется в нашем сознании от осмысленного повторения Его имени; тогда мы начнём пребывать в Нём, через Него и ради Него.

Люди со всех частей света, которым довелось быть у Его лотосных стоп, стараются заново построить свою жизнь, изменить своё мировоззрение и шкалу ценностей. Эта безмолвная психологическая революция, воздействующая на сотни тысяч людей, является иллюстрацией дара милости. Истинная садхана, согласно Саи, – в том, чтобы на поле своего сердца вырастить самый ценный урожай из всех. Пока что на этом поле буйно разрастаются бесполезные сорняки. Подготовьте почву с помощью садханы, поливайте семена любви водой преданности, и тогда они прорастут и дадут богатый урожай мудрости, джняны.


Глава 16

СВЕТОЧ БЛАЖЕНСТВА

Путанные и смутные россказни, отображающие болезнь Бабы и детали операции, которой не было, и порождающие нелепые и горестные слухи, будто Он месяцами не сможет появляться на публике, наполнили изнемогающие сердца преданных в Бомбее страхом и тревогой. Эти неуместные страхи, следствие слухов и фантазий, были развеяны появлением Бабы в Дхармакшетре в день Рождества. Собравшиеся услышали долгую беседу, а потом множество бхаджанов, которые Он cпел для них. И, наконец, они узнали подлинную версию принятия Им на Себя болезни и столь же внезапного её прекращения. Казалось, что болезнь завладела этим Святым телом, но на самом деле оно не подвластно никаким недугам. "Это было временное состояние, принадлежащее другому, не Мне; оно пришло и ушло, словно набежавшее облачко.

Но Я Сам не соприкасался с ней; многие, однако, отважились подсказывать Мне пути и средства преодоления подобной ситуации!" По их мнению, Свами не следовало допускать, чтобы болезнь другого перешла на Него, вызывая этим страдание сотен тысяч людей. Баба сказал, что Его долг – брать на Себя страдание окружающих. И также, возможно, долг Его последователей – страдать по этому поводу. Но истина в том, что никакого страдания нет, и потому нет причины для тревоги. Христос пожертвовал Своей жизнью ради тех, кто уверовал в Него. Служение – Бог, жертва – Бог, – так Он заявлял. И весь мир может извлечь радость из этого божественного заверения. "Не скорбите! Спаситель, что возьмёт на Себя вашу скорбь, явился!"

В первый день нового 1971 года промышленная корпорация Камани получила привилегию пригласить Бабу в Курлу. Их "актовый зал", больше похожий на молитвенный зал, в тот день был объявлен открытым для всех. И хотя вход в эту просторную аудиторию был ограничен пропусками, не осталось и свободного дюйма, даже чтобы переменить положение сидя. Помещение было украшено со вкусом, с простым ненавязчивым достоинством; были установлены телевизоры, чтобы обеспечить всему собранию восторг даршана.

Журнал "Бхаван" в своих комментариях по этому поводу пишет: "Когда мудрый ум нисходит с высших благословенных сфер, чтобы остановиться на такой сугубо мирской проблеме, как отношения работодателя и служащего, предмет этот обретает новое измерение и живую искру духовности.

Слово мудрости из беседы, произнесенной Бабой 1 января 1971 г. в здании крупного промышленного учреждения в Бомбее, было весьма актуально для всей современной Индии.

Баба не только напомнил служащим, что энтузиазм в борьбе за права должен черпаться прежде всего в исполнении обязательств, но также призвал работодателей проявлять заботу о служащих и предоставить возможность их детям выработать твёрдый и добродетельный характер.

Любовь – это лейтмотив гармонии. Труд, поклонение и мудрость – три вехи на пути к Богу..."

Говоря словами божественного Учителя: "Счастье и мир – это состояния ума, которые возникают на почве любви, а не власти, богатства или высокой квалификации.

Древо жизни приносит самый ценный плод – чудо любви. У сладких плодов горькая кожура. Этот плод также покрыт плотной горькой шестислойной кожурой из вожделения, гнева, алчности, привязанности, гордыни и ненависти. Если их отбросить, удалив кожуру, то нектарную сладость любви можно будет вкусить и ввести в организм. Только те, кто совершают усилия по изысканию внутри этого сокровища любви, могут обрести мир и блаженство. Садхана – это название процесса, с помощью которого человек раскрывает в себе источник всеобщей любви и получает преимущество разделять её со всеми существами.

Богатство всех видов, собственность и власть, имя и слава – не многого стоят; а драгоценная собственность, называемая любовью, есть само дыхание жизни для человека. Сердце, лишённое любви, – это алтарь, погружённый во мрак. В нём найдут приют летучие мыши дурных страстей. Они обратят его в отвратительное и нечистое гнездо хаоса. Только свет любви может озарить сердце и прогнать порочных обитателей.

Здесь собрались тысячи рабочих предприятий Камани. Промышленная, сельскохозяйственная, торговая, политическая и административная сферы – всё равно что пять жизненных токов для человеческого сообщества. Чтобы человечество могло жить в мире и изобилии, они должны быть здоровы и гармоничны. Если эти пять сфер осознают свою взаимосвязь и взаимозависимость и станут любовно сотрудничать в общем усилии, то наша страна, да и весь мир смогут каждый день отмечать как праздник и украшать свежей зеленью каждый порог.

Однако в настоящее время союз, основанный на любви и сотрудничестве, отсутствует. В каждой из сфер есть определённые фракции, вносящие свою долю смятения; в результате волнение в стране с каждым днем усиливается. Люди мечутся в страхе, дрожа за свою жизнь, не зная, что им принесет следующее мгновение. Это, конечно же, нежелательное положение вещей.

Эмоции и страсти вздымаются внезапно, сливаясь в разрушительные потоки. По существу, каждый рабочий, прежде чем заявлять о себе как о полноправном члене организации, должен завоевать авторитет. Эмоция и страсть могут быть оправданы только в случае заслуженного авторитета, ныне же они исходят от лиц, не исполняющих принятые обязательства. Авторитет и влияние должны появляться только в результате безупречного исполнения долга. Лишь тогда они будут эффективны. Мы должны твёрдо знать, что права заслуживаются только исполнением обязанностей.

Сегодня же все озабочены только правами, и ни у кого нет энтузиазма заслужить эти права исполнением обязательств. Каждый должен работать с сознанием, что долг – это Бог, а труд – поклонение. Если человек верен долгу и любой труд совершается так же искренне и тщательно, как обряд поклонения, тогда каждый сможет быть счастлив, а общество будет свободно от недовольства и бедности.

Корпорация Камани производит башенные опоры линий связи. И каждый, кто занят их сооружением и возведением, должен выполнять свою работу исправно и честно, чтобы вышки были прочными и надёжными. Кто же из них выполняет самую важную часть работы? Это определить невозможно. Важен каждый этап сборки, и каждый труженик заслуживает свои права тем, что безупречно выполняет свою часть общего обязательства. Не должно быть никаких попыток сравнения c целью возвысить одних и принизить других. Подобные попытки питают только нездоровые чувства и создают преграду любви и терпимости.

Позвольте Мне проиллюстрировать это примером. Один человек шёл по сельской дороге и заметил, что на дереве у обочины полно зрелых плодов. О том, что плоды эти желанны и обеспечат ему пир, сообщили человеку глаза. Поэтому его ум нацелился на них, ноги подвели ближе к дереву, тело с помощью мышц спины согнулось, рука направилась к земле, пальцы схватили камень и сжали его, плечо напряглось в толчке, рука метнула камень в направлении плода. Это привело к тому, что плод упал на землю. Но членам тела осталось ещё кое-что сделать. Пальцы должны подобрать плод, рука – донести его до рта, язык – поместить его меж зубов, зубы должны его разжевать, а глотка – проглотить и отправить в желудок. Так вот, какие же из этих операций более важны, а какие – менее? Какой орган сделал больше, а какой меньше? Каждый член тела исполнил свою обязанность в точности, когда понадобилось, и в итоге плод с дерева попал в желудок проголодавшегося. Мы должны уважать каждого труженика как вкладывающего свою ценную долю в общее дело. Ощутите, что божественны все, все достойны любви в равной мере; вот садхана, которая дарует ананду и индивидууму, и всему обществу.

Исполнение долга, который выпал на вашу долю, – это лучший способ сделать жизнь свою достойной и использовать способности и разум, которыми вы наделены, на общее благо. Это долг, который вменён вам как существу, воплотившемуся в человеческом теле. Мы явились в этот мир не затем, чтобы есть и пить; мы едим и пьём, чтобы жить, но не живём, чтобы есть и пить; мы должны достигнуть гораздо более высокой цели – Присутствия Божьего путём любви. Вот высший долг, самый высокий участок "башни", сборкой которой мы заняты на "фабрике" тела, где мы находимся. И все наши силы, всё умение должны быть всецело направлены на это усилие. А иначе мы растратим свою жизнь в тёмном хаосе эмоциональных импульсов.

Конечно, могут задать вопрос: Кто есть Бог? Где нам найти Его? Кто Его видел? Чтобы это разъяснить, Я расскажу вам одну историю. Один санньясин (отшельник) в оранжевом одеянии, совершая паломничество, остановился на пути в некой деревне, известной своим безбожием. Завидев его одежду, указывающую на человека, посвятившего свою жизнь Богу, жители столпились вокруг него и принялись дразнить, требуя доказательств существования Бога. "А ты можешь нам Его показать?" – спросили его, и отшельник ответил: "Могу". Однако тут же попросил молока, – как все подумали, для того, чтобы не упасть от усталости. Когда молоко принесли, он долго молча всматривался в кувшин. Зеваки потеряли терпение и потребовали, чтобы он показал им Бога, как обещал. Они спросили его – с чего это он уставился на молоко? Санньясин ответил, что слышал, что в молоке бывает масло, – вот он и старается увидеть масло! Они рассмеялись, обозвав его дурнем и простаком. "Ты разве не знаешь, что из молока нужно сделать простоквашу, а потом долго сбивать, прежде чем можно будет увидеть куски масла? А сейчас оно во всём молоке, в каждой капле". Отшельник сказал: "Вот вам и ответ на ваш вопрос. Бог – во всём и во всех во Вселенной. Если же хотите увидеть Его чётко и ясно, вам придется пройти через многие процессы, называемые садханой. После этого вы и сможете Его увидеть, а не сейчас, всего лишь задав мне вопрос".

Самый главный компонент этой садханы – любовь. Садхана без любви ко всему творению – без премы – явит лишь Сатану.

Поясню вам это ещё немного. Вокруг нас в пространстве – радиоволны, передающие музыку с радиостанций Бомбея. Есть тут радиоволны и из Дели; фактически у нас тут сейчас радиоволны станций всего мира, хотя мы и не можем их увидеть или услышать те программы, которые они передают. Когда же у нас будет с собой янтра (механизм, приспособление, проводник) под названием приёмник и когда мы найдём длину волны той станции, которая передаёт программу, и правильно настроим приёмник, тогда мы сможем услышать музыку или новости. Бога, который тоже здесь, вокруг нас, можно ясно распознать с помощью мантры – медитации на полной значения мистической формуле. Получите эту мантру, сосредоточьтесь на ней (найдите нужную длину волны) с любовью (произведите тонкую настройку), и вы осознаете Бога (т.е. услышите Его вездесущую программу). Если же тонкая настройка неверна, вы рискуете услышать лишь помехи, а не новости! Так же, пока ваша любовь не будет литься щедро, без всякой мысли о себе, у вас есть риск увидеть не Бога, а призраков! И если вы не развили сосредоточение, мысли ваши будут разбегаться в разные стороны, вызывая путаницу.

Поэтому любовь – лучший инструмент для обретения милости. Приблизьте всякого, как приближаете брата и сестру, и решитесь нести свою ответственность с предельным вниманием и умением, на какое способны. На самом деле, быть рабочим – ценнее и важнее всего. Труд, поклонение и мудрость – три этапа на пути к Богу; труд – это основа, – труд с преданностью, совершаемый честно и с уважением к другим. Работодатель и рабочий тесно связаны друг с другом, так тесно, как сердце с телом. Не может быть сердца без тела и тела без сердца; оба друг для друга важны. Отношения работодатель – рабочий подобны узам между отцом и детьми. И только когда преобладает такое чувство и отношение, когда рабочие создают атмосферу братства, могут процветать взаимопомощь и служение. При таких условиях каждый сможет исполнять свой долг охотно и мирно.

Когда у рабочих есть какая-то тревожащая их проблема, они могут выдвинуть её перед нанимателем и вместе обсудить её спокойно и мягко без неуместных страстей, не вызывая ненависти или злобы и не распространяя смуту среди других. Кроме того, каждый должен всегда сознавать свои обязанности, равно как и права. Это главное, о чем следует помнить.

Мною только что открыт здесь Центр вашей ассоциации. И Я предлагаю, чтобы вы собирались в этом месте раз в месяц или чаще – раз в две недели или в неделю – на сатсанг, когда у вас могут быть бхаджаны, духовные беседы или иные программы, которые обратят ум к созерцанию славы Божьей или к духовному сокровищу в вас самих. Я хотел бы также, чтобы дети рабочих были обеспечены школами, где их учили бы бхаджанам и основам духовной дисциплины, прививали теистические убеждения и воспитывали в них твёрдый благородный характер.

Дисциплина – самая главная поддержка человека, воспитание дисциплины должно быть основной целью всех усилий. Жизнь становится достойной и значительной, только если она подчинена дисциплине.

В пребывании с вами Я черпаю бесконечную ананду. Пусть новый год принесет вам новые возможности для расцвета мира и радости в ваших сердцах".

Начало 1971 г. было знаменательным и благотворным для преданных Бомбея, наградив их милостью непосредственного присутствия Бабы. Вечером в первый день января Он обратился к общему собранию в здании Дхармакшетры. Людское море, казалось, переливалось за его пределы. Джон Хислоп, неразлучный с пером и бумагой всякий раз, как оказывался в Его высоком присутствии, набрасывал заметки об услышанном из духовных бесед Саи. В этот раз Хислоп поставил два вопроса перед самим собой, а именно: "Что значит Баба для меня как человека, рожденного и воспитанного в западной стране? И что Он значит для моего более тонкого аспекта, не имеющего национальности?" И сам же ответил на них, написав позже: "Он – Владыка сердца. Он устранил из сердца моего жёсткость, накопившуюся за многие годы, и освежил, обновил и осчастливил его". На второй вопрос он ответил так: "Божественность Бабы – поразительная и непостижимая тайна. Он – Высший Учитель, Он ведёт нас к освобождению".

Благословляя Своих последователей, Баба советовал им молиться о мире и согласии среди сообществ и народов. Человечество должно научиться жить счастливо единой человеческой семьей.

Во время пребывания Саи в Бомбее дети, посещающие классы Бала Вихар, играли пьесы, читали стихи, пели бхаджаны и рассказывали избранные истории из эпоса и Пуран. Были случаи, когда они так глубоко чувствовали влияние Саи, что разражались слезами, сопереживая героям, которых изображали на сцене. Один мальчик завершил свой рассказ о Бхагавад Гите прямым обращением к стоявшему перед ним Саи Кришне, зарыдав от неудержимой радости. Не удивительно, что Саи считает этих детей Прахладами нашей эпохи.

"Дети классов Бала Вихар должны знать Сатью Саи, пребывающего в их сердцах. Учителям следует также считать это пуджей Саи Раме. Как же открыть этим детям Саи в их сердцах – вот задача, которую вам следует поставить перед собой. Направляя детей к Божественному, учителя служат их родителям и обществу, ибо они очистят и сделают светлыми их и всё окружение", – сказал Баба.

Говоря о членах организации служения, Саи подчеркнул роль садханы, которая ведет людей к самопознанию, раскрывая им, что все – это волны огромного океана, называемого высшим "Я" – Параматмой. Предостерегая их от показухи, помпезности и хвастовства, Он советовал им связать себя с Богом узами любви путём повторения имён, проникнутых Его привлекательными качествами. Его имя, произнесённое в момент лености или небрежения, возмущения или злобы сыграет роль звена, пусть и слабого, и узы не разомкнутся.

7 января был праздник Вайкунтха Экадаши – день, когда "Врата Небес открыты". Саи соблюдает эти праздники для того, чтобы восстановить их значение. В тот день по завершении акханда (непрерывных) бхаджанов Саи Баба открыл истинный смысл экадаши – одиннадцатого дня: когда десять органов чувств согласованы и обращены к Богу, тогда врата Небес непременно откроются, приглашая вас в Присутствие "одиннадцатого" – Бога.

Прежде чем покинуть Бомбей, Саи обратился к членам организации севадалов: "Когда мир вокруг вас бушует тёмной лавиной насмешек и ненависти или когда те, кому вы доверяли, избегают и сторонятся вас, дисциплина придёт к вам на помощь. Распните эго на кресте сострадания, всеми способами готовя себя к служению другим с помощью дарованных вам талантов. Пока вы поглощены этой работой, прогоняйте эго повторением имени Божьего, медитацией и прилежанием". Баба призвал севадалов вести простую жизнь, не одеваться крикливо и не перенимать чужеземный стиль одежды и чужих манер, так как это оттолкнет от них простой народ. Пусть каждый жест, манеры, каждая привычка и каждый каприз будут испытаны на пробном камне: одобрит ли это Баба?

В период пребывания Саи в Бомбее Ему была предложена уникальная книга, записанная членами местного филиала Всеиндийской Академии Видванмахасабха, основанной и руководимой Саи Бабой. Глава Сабхи штата Шри П.К. Савант заявил, что книга эта "озарит путь к Всемогущему". На общем собрании в Дхармакшетре председатель Законодательного совета штата Шри Пейдж, представляя эту книгу, сказал: "Я сидел у ног Шри Сатьи Саи Бабы и стал задавать Ему вопросы о тайнах духовного развития. Он был настолько добр, что щедро даровал Свою милость". Другие представители Сабхи также приняли участие в этой беседе из вопросов и проливающих свет ответов. В книге – точная запись этих божественных диалогов, которые несут свет тем, кто борется во тьме неуверенности. Саи Баба подробно объяснил, что в жизни бхакты (преданного) может быть три этапа: 1) Таваивахам – Я всецело Твой. Здесь бхакта всецело предается Богу без остатка; 2) Мамаиватам – Ты только мой. Здесь бхакта считает себя избранным преданным Господа и начинает предъявлять права на Него; 3) Есть только ты, а меня нет. Я – твой, а ты – не что иное, как я. Здесь бхакта видит везде и всюду, включая себя, одного Бога. Дхьяни (медитирующий) также проходит через три этапа: 1) Я – это Он. Бхакта медитирует на Вселенского Бога и пытается отождествить себя с Ним; 2) Бхакта достигает стадии, когда чувствует себя тождественным с Господом; 3) Я есть Я. Это стадия, когда нет различия между Богом и бхактой.

Давая указания о дхьяне – медитации, Саи Баба упомянул метод, который часто освещал в Своих беседах. "Не пребываем ли мы в покое, когда одна мысль умолкает, а другая ещё не возникла? Следует подстеречь этот момент, слиться с ним и закрепиться в нём так, чтобы покой был непрерывным; мысли рождаются и умирают, точно рябь на воде; следует видеть воду, а не рябь. Не замечайте волн, созерцайте воду". Г-н Пейдж продолжил тему: "Это и есть нирвикальпа самадхи. Нирвикальпа подобна воде без волн или ряби, – можем ли мы наблюдать воду, даже если на ней волны и рябь? Чтобы обрести глубокий покой – мир ума, не следует ли нам иногда переживать опыт нирвикальпы?" – "Да, – ответил Баба. – Тот, кто занимается медитацией, достигает иногда состояния нирвикальпы, хотя достичь его очень трудно. Но даже кармайог или бхакта самым естественным образом часто касаются этого состояния. Следовательно, он может его запомнить и вызвать в себе вновь, испытывая радость непрерывного общения с Богом". – "Это был полный ответ на мой вопрос, – пишет Пейдж. – И я был им весьма удовлетворён. Я не мог отыскать этого ответа, читая Святые писания, но, поскольку Саи Баба был настолько добр, что дал его мне, я надеюсь, он будет полезен многим искателям, в том числе и мне самому".

Ещё один интересный момент, прояснённый Саи Бабой, касался "нэти, нэти" ("не это, не это – метода постижения Брахмана"). "Брахман – словно воздушный шар, который раздувается, но никогда не лопается! Так что это нэти относится к постижению Брахмана, а не к самому Брахману! Нэти не значит: "Нет, это не то!", оно значит: "Нет, это не так", "Нет, это не всё"; "Нет, для Брахмана есть нечто гораздо большее, чем "это" или "так"".

Пейдж упоминает также, что Саи Баба проводит различие между эго и "Я". ""Я" – простое и чистое – есть Бог, – сказал Саи. – "Я" же, отождествлённое с этим телом, тонким телом и телом, воображаемом во сне, это – эго". Тогда Пейдж спросил: "Сказано, что Бог един. Есть ли единое "Я", чистое и простое, для всех нас?" – "Разные эго – лишь отражения одного и того же "Я" или Бога", – ответил Баба. Пейдж спросил: "Материален ли наш ум, – в такой же мере, как и тело? Можно ли его считать вещественным?" "Да, – ответил Саи. – Ум – это материя. Только она очень тонкая. Мы не в состоянии измерить её ширину, длину, плотность или вес. Но выделить его как объект можно. Санкальпа – божественная воля – может это сделать".

Спросил Пейдж и о чудесах. "Саи Баба, – сказал он, – объяснил эти чудесные силы очень прямо и естественно, и мы приняли это объяснение безоговорочно". Саи сказал, что чудо – это нидаршан: свидетельство, признак Бога, сотворившего мир согласно Своей воле.

Праздник Махашиваратри в 1971 г. отмечался 23 февраля. Хотя Прашанти Нилаям в это время был переполнен людьми, мир этой обители сохранялся благодаря святым излучениям, исходящим от этого святого места. Баба в Своём выступлении поднял чрезвычайно интересный вопрос и Сам на него ответил: "Зачем Свами производит из Себя лингам в этот день? Позвольте Мне сказать, что атрибуты Божества понять невозможно. Невозможно измерить Его потенциальные возможности, оценить смысл Его чудес – махим. Божество недосягаемо – агамья, непостижимо – агочара. Оттого-то вам и даётся пример божественных атрибутов. Для того чтобы засвидетельствовать, что это Божество – среди вас, ради вашего блага и благословения и возникает лингам. Если уж и эти проявления будут отвергнуты, то вера в Высшее пропадёт и атмосфера алчности, ненависти, жестокости, насилия и непочтительности погубит добрых, кротких и благочестивых. Лингам – это иллюстрация безграничного, бесформенного, безначального Божественного принципа".

Баба оставался в Прашанти, чтобы утолить жажду великого множества людей, преодолевших большие расстояния ради того, чтобы исполнить очи и ум той святостью и тем воодушевлением, что даёт созерцание лингама, и коснуться Его лотосных стоп. Излив Свою милость на всех, Баба выехал в Бриндаван, так как Он решил, что женский колледж в Анантапуре должен перейти из временных помещений в свой прекрасный дом с началом нового учебного года.

Бомбейская организация Сатья Саи севы организовала Первую Всеиндийскую конференцию учителей Бала Вихар, и в ответ на просьбы Своих бомбейских последователей Саи приехал в этот город на два дня (11 и 12 мая), чтобы благословить участников конференции. На конференции присутствовало более 400 педагогов – вестников новой эры образования и воспитания – эры Саи, и они были удостоены Его присутствия и совета. Баба дал необычное толкование традиционного поэтического обращения к гуру и сделал это темой Своей беседы. "Гуру – это Брахма, – заявил Он, – потому что обучение – это творческая активность; он – Вишну, поскольку должен лелеять и направлять ребенка, оберегать его; он – Махешвара, поскольку ему приходится удалять вредные плохие качества, нежелательные черты и привычки". И стихотворение, которое до сих пор воспринималось лишь как воздающее хвалу учителю и превозносящее его, стало девизом, обращённым к самой профессии. Таково значение прикосновения Саи! "Гуру восхваляется как Сакшат парабрахма – истинная Сверхдуша, он зароняет в ученика семя садханы и открывает ему Реальность, дарующую освобождение". "Помните об огромном дремлющем потенциале, скрытом в ребёнке, помогайте ему выразить себя", – говорил Саи.

По этой причине Он и предложил сменить название детских классов, так как учителям скорее следует поощрять всё доброе, настоящее и прекрасное в ребёнке и помогать ему расцвести, выразить себя и раскрыться, чем заботиться об его играх и развлечениях. "Бала Викас", – сказал Он, – более подходящее название". Он пожелал, чтобы малых детей приучали говорить перед собранием преданных и не только преданных – пусть старшие услышат из детских уст то, что отказываются принять от лиц со званиями и титулами. Он дал высокую оценку краткой речи одного малыша "об афишах кино и о вызываемом ими ужасе". Она была открытием для старших, допускающих подобное оскорбление невинности и чистоты детской жизни.

Сегодня по всей стране малыши классов Бала Викас поют бхаджаны, рисуют, лепят, пишут рассказы о героях духа и великих матерях страны, играют пьесы на сюжеты возвышенных эпизодов из Упанишад, итихас и Пуран, а также из религиозной литературы всех верований. Происходит настоящая революция в мыслях и в общественных отношениях. В мае прошли конференции организации Сатьи Саи в штатах Махараштра и Гуджарат. На конференции штата Махараштра в Бомбее присутствовал Баба, послав весть благословения в Двараку, где проходила конференция штата Гуджарат. "Я наблюдаю всю работу вашей конференции, не горюйте оттого, что Меня нет с вами. Я присутствую как вечный свидетель", – писал Он.

По возвращении из Бомбея Саи возглавлял конференцию штата Майсур в Дхарваре 14 мая. 200 участников – представителей организации со всех областей штата – получили живой заряд твёрдой веры и глубокой преданности, необходимый для предстоящей работы.

"Колледж в Анантапуре, – пишет д-р Бхагавантам, – это наглядное проявление чего-то сверхчеловеческого. Огромной ценой в 4 миллиона рупий и за рекордный срок в 10 месяцев Баба воздвигнул строение, которое годится и для университета! Кто проделал всю эту работу? Откуда взялись такие фонды? Если вы хотите видеть Божество в действии, вы можете найти конкретное свидетельство тому в Анантапуре! Это нечто запредельное человеческому разуму и качествам простых смертных!"

Колледж предстояло торжественно открыть 8 июля 1971 г. самому президенту Индии, хотя, казалось, нет ни малейшей надежды на завершение строительства к этой условной дате! Все клятвенно заверяли, что задача эта невыполнима. Один крупный промышленник, посетивший Анантапур за неделю до открытия, заявил: "Если б я приложил всю свою энергию и всю организационную машину, то, полагаю, для завершения работы потребовалось бы ещё месяцев шесть".

Здание колледжа – своеобразный архитектурный архетип эры Саи в области образования, нацеленного на духовный подъём индивидуума и общества. У Саи Своя эмблема, отражающая многогранные усилия человека на пути к осознанию Божественности, присущей ему как само дыхание; эта эмблема украшает центральную башню как символ надежды и победы. Здание колледжа – полная сфера, воплощение гармонии и достоинства. Она символизирует достижение полноты – завершение поиска, называемого религией. Это – Брахман, безначальный и бесконечный, который может быть представлен только кругом. Здание проникнуто духом культурного наследия Индии, в нём – отзвуки Санатаны дхармы, Вечной религии. Оно возносит к небу цветок лотоса (хридайя-камалу – лотос сердца), распускающийся с первым прикосновением лучей восходящего солнца (разума, интеллекта).

На башне Саи установил часы, чтобы божественный страж – время – мог побуждать, ускорять и оживлять процесс обучения и познавания, преобразования и закрепления, протекающий в колледже. Архитекторы заседали с Самим Саи, переводя Его замыслы на бумагу, но весь план исходил от Его воли, и этого оказалось достаточно. Анантапурский колледж выглядит словно возносящаяся из самого сердца молитва, словно гимн хвалы Дарителю всех благ. Это строение – чудо в мраморе, кирпиче и камне, в цвете и свете.

В день торжественного открытия международное собрание увидело целую плеяду выдающихся личностей. Здесь были – президент Индии Шри В.В. Гири с женой, губернатор штата Майсур Шри Дхарма Вира, лейтенант-губернатор штата Гоа Шри Накул Сен, премьер-министр штата Андхра-Прадеша Шри П.В. Нарасимха Рао, проректор университета Венкатешвары д-р Редди, министры правительства Андхра-Прадеша Шри Г.С Венкамма и Шри М.Н. Лакшминарасья – букет талантов, авторитета, жертвенности и патриотизма.

А главное, там был Баба – свежий, как цветок, лучившийся доброй улыбкой, без единого следа утомления, тревоги или заботы на божественном лице и смахнувший эти следы с лиц даже самых занятых и деловых тружеников, окружавших Его. И ясное утро стало ясным вдвойне – от света любви, сиявшего на Его лице.

Д-р Гокак, директор института в Симле, приветствовал высоких гостей. Он сумел передать всем ощущение важности этого исторического момента. "Этот колледж, – сказал он, – и те, что Баба задумал открыть во всех штатах Индии, будут возрождать самую суть индийской культуры во всей её чистоте; они будут развивать не только знания и таланты, но уравновешенность и интуицию, веру в единство всех религий и в реальность Единого". А д-р Бхагавантам заметил: "В истории едва ли найдётся нечто подобное колледжу, так великолепно оборудованному ко дню его открытия". Д-р Редди говорил о рекордном сроке создания колледжа. А министр образования заявил: "Когда Саи Баба открывает колледж для женщин, мы можем быть уверены, что это будет не просто ещё один колледж из многих. Это будет своеобразный маяк, пример для других, модель, первопроходец". Брахмананда Редди провозгласил этот день праздником для штата и для самой индийской культуры. Шри Дхарма Вира выразил мысль, что колледж для женщин будет неизменным благом для всей страны, поскольку воспитание женщины есть воспитание всей семьи. Президент заявил, что видит добрым знаком для Индии то, что Саи Баба не только дарует миллионам духовное просветление, но и обеспечивает соответствующее образование молодежи страны.

8 июля 1971 г. был день Гуру Пурнима – праздник полнолуния, посвященный Первому духовному наставнику – Вьясе, а также почитанию всеми учениками своих духовных учителей. Это день, когда миллионы стремятся получить даршан Бабы. По Его воле колледж, в котором возрождались отношения гуру-шишья (наставник-ученик), характерные для древней Индии, должен был торжественно открыться в этот день.

Баба заметил, что, подобно лаве из огненных недр, бурный всплеск низменных желаний душит человека, хотя главное, что ему нужно желать – это увидеть Бога в себе и приобщиться к Его качествам – истине, миру, красоте и любви. "В человеке таится источник радости, мира, любви и отваги. Развивайте их в себе – учением, примером и проявлением. И тогда образованные мужчины и женщины всю жизнь смогут быть счастливы и уверены в завтрашнем дне".

"Из Индии делают Бхогабхуми – страну роскоши – страну небоскрёбов, консервов, кондиционеров и телевидения. Индийцев пытаются превратить в буйную, неуправляемую массу подражателей. Их переносят на иную почву и рекомендуют расти без корней. Это оскорбление нашего прошлого и опасное пренебрежение историей. Это кощунство по отношению к святыне времени и святому назначению человеческого тела. Вот причина, почему Я решил, что этот колледж должен быть открыт в день Гуру Пурнимы в четверг, гурувар, – день почитания учителя, и как гурукула – школа-ашрам древней Индии, в которой высшие идеалы жизни воспитывались в учениках, жаждущих усвоить их, личным примером и руководством гуру".

Свою речь Баба завершил благословением: "Семя посеяно, оно прорастёт и раскинется деревом, полным тяжёлых плодов, обеспечив укрытие, тень, защиту и пропитание всем".

Учебные заведения, начавшие свою работу с благословения Бабы, не станут подражать обществу конкуренции и принуждения или способствовать его развитию. Мы с надеждой смотрим в будущее и видим общество, где на основе любви и сотрудничества свободно расцветает человеческий дух.


Глава 17

ИЗВЕСТНЫЕ НАМ ИМЕНА

"Бхагаван Шри Сатья Саи Баба" – так называют Саи миллионы Его почитателей. Он объявил Себя Саи Бабой, когда 23 мая 1940 г. в возрасте 14-ти лет сказал о Своём тождестве, после того как Его отец потребовал, чтобы Он объяснил, что значит "Баба" и то, что у Него есть ученики, о которых нужно позаботиться, и неоконченное дело, которое предстоит завершить. Его имя было Сатья Нараяна, а фамилия семьи – Раджу. Дома, в деревне и школе Его звали просто Сатья. К имени, объявленному Самим Бабой – Саи Баба, – прибавилось слово "Сатья". Лет через пять-шесть после Его заявления преданные, жаждавшие отличать Его от Саи Бабы из Ширди, поняли, что Он Сам воплощался как Ширди Саи. Но им не хотелось смущать умы тех, кто склонен был придерживаться памяти Ширди Бабы. Слово "Баба" употребляется на языках маратхи и хинди как имеющее отношение к святым. Оно означает "Отец". Именем "Саи" называл Бабу жрец храма в Кандобе близ Ширди, когда Он юношей явился туда. "Саи" значит "Учитель, Мастер". Это производное от санскритского слова свами. Слово "Саи" также прослеживается до персидского "шах": шаи, сахи, саи.

"Шри" – почтительная приставка к именам божеств, выдающихся лиц и названиям священных текстов. Это благоприятное слово, указывающее на благую судьбу, удачу. Это слово также использовалось как почётное для индивидуумов, сделавших эту благую судьбу общим достоянием или демократизировавших её. Демократизация, в свою очередь, приводила к очередной вспышке снобизма со стороны учеников этого индивидуума – главы ашрама, ордена или иного лидера. Например приставка "Шри 108" означает, что духовная высота данного лица требует повторения перед его именем ста восьми "Шри".

Слово "Бхагаван" значит "Тот, кто наделен бхагой". Бхага, согласно древним лексикографам санскрита, несёт в себе следующие уникальные атрибуты: 1) айшварья – авторитет, рождённый силой; 2) вирья – героизм, бесстрашие; 3) яша – слава; 4) шрийя – процветание, богатство; 5) джняна – мудрость; 6) вайрагья – беспристрастность, непривязанность.

Авторитет (айшварья) Бабы, рождённый безграничной силой, самоочевиден. Мастера разных ветвей знания – врачи, юристы, инженеры и представители искусства – признают Его учителем в своих сферах. Ибо Он может поправить их и оказать неоценимую помощь. Слава и успех следуют за Ним, куда бы Он ни направился, хотя Он о них никогда не заботился. Что касается бесстрашия, мудрости и беспристрастности, то тысячам знающих Его людей Он известен как воплощение этих качеств. На Всемирной конференции, состоявшейся в Бомбее в 1968 г., Баба заявил: "Преданность и верность, что внушали прежние Воплощения, происходили отчасти от страха и трепета, а отчасти от сверхчеловеческой силы. В случае проявления Сатьи Саи таких придатков нет. Тем не менее, Он пользуется почитанием миллионов в этот век ярого безбожия, материализма, циничного отрицания высших ценностей и агрессивной непочтительности". Причина этого в том, что Он вносит Свою весть любви в самый водоворот неверия и нигилизма, словно свет, проникающий в самое сердце тьмы. Будучи Сам неиссякаемым источником здоровья, счастья и мудрости, Он, в то же время, глубоко беспристрастен, приемля преданность и насмешки с равной беззаботностью. Ещё двадцатилетним юношей Он писал старшему брату, что у Него нет какого-то определённого имени или места рождения и что всякое имя и место – Его. Высокий пример отсутствия желаний, Он отличается лишь одним желанием, побудившим всепроникающее божественное Сознание низойти в мир, – желанием спасти этот мир от последствий неведения.

В Шастрах утверждается, что только тот, кто овладел шестью главными таинствами, может называться бхагаваном.

Утпаттинча винасамча
Бхутанам агатим гатим
Ветти видьям авидьям ча
Са вачья Бхагаван ити

"Тот, кто знает тайну происхождения и растворения сотворённых существ, тайну их судьбы и спасения, их неведения и мудрости, – только тот и может называться бхагаваном".

Предельно ясно, что это и есть Саи Баба. Как Он сказал Арнольду Шульману: "Я знаю твоё прошлое, Я знаю твоё будущее. Таким образом, Мне известно, отчего ты страдаешь и как ты можешь избежать страдания, и когда это, в конце концов, произойдёт с тобой. Я знаю всё, что случилось с каждым в прошлом, всё, что случается теперь, и всё, что случится в будущем. Я знаю, отчего человек вынужден страдать в этой жизни и что будет с ним, когда он родится в следующий раз вследствие страданий в настоящее время".

В Своей речи перед огромной толпой на стадионе Пател в Бомбее Он сказал: "Я знаю всё, что случается со всеми, потому, что Я – во всех. Этот ток – во всех лампочках. Я озаряю каждое сознание. Я – внутренний двигатель в каждом из вас". А в Анантапуре Он заявил: "Даже если все 14 миров высших и низших сфер объединятся, чтобы воспрепятствовать делу, ради которого Я явился в этом теле, или погубить его, оно не пострадает и не поколеблется". "Ни один Аватар прежде не поступал так, как этот – пребывая среди широких масс в городах и сёлах, выискивая нуждающихся, пробуждая спящих, понукая вялых, изливая милость миллионам, советуя, утешая, направляя, указывая путь сатьи, дхармы, шанти и премы,- говорил Он в Прашанти в 1965 г. – Я – не гуру, не Бог. Я – вы! А вы – Я! Вот истина, и вы осознаете её, когда достигнете цели. Вы – волны, а Я – океан".

На Рождество 1970 г. в Дхармакшетре Баба сказал: "В том, что Я делаю, нет ни гипноза, ни волшебства, ни магии! Моя сила – истинно божественная. Узкий ум и ограниченный интеллект слишком слабы, чтобы понять Божественное. Величие Божественности слишком могуче и неодолимо для занятых майей глаз. И такие люди высмеивают его и называют следствием йоговских сиддх, гипноза или магии. Но Божество может всё. В Его длани – вся сила. Его силы не таковы, что на время возникают, а потом пропадают. Они вечны, и переживут Моё тело, которое, как и все другие тела, – лишь временное обиталище". Ещё в 1963 г. во время Дасары Он говорил: "Умирающий молит Меня принять его. А родственники, сокрушающиеся об утрате, молят Меня продлить ему жизнь! Я знаю обе стороны медали – прошлое и настоящее, преступление и наказание, обретение и утрату. Таким образом, Я справедлив, но милостью время от времени изменяю приговор. На Меня нимало не влияет рождение одного или смерть другого. Моя природа – неомрачённое блаженство".

Слово "бхагаван" означает также "блаженный". В Вишну-пуране сказано, что слог "бха" означает "хранитель и держатель Вселенной", "га" – "вождь, побудитель или руководитель", а "ва" означает "тот изначальный дух, в котором существуют все существа и который существует во всех существах" Это ва находится также в имени Васудева – имени, которое Баба считал Своим, когда был в Ширди. В "Биографии Ширди Бабы", стр. 103, Гунаджи пишет: "Баба говорил, что Он вездесущ – пребывая в свете, воздухе, воде, в мире, земле и небесах – и что Он беспределен". "Я всегда живу всюду, – говорил Он. – У Меня нет формы. Мне не нужна дверь, чтобы войти" (стр 155). И в Своём нынешнем воплощении Баба вошёл в комнату Свами Абхедананды в Раманашраме, где дверь была закрыта на засов, – чтобы убедить и просветить отшельника и принять его в ученики. Вошёл Он и в операционную в Бангалоре, несмотря на запертые двери, чтобы благословить пациента во время операции на предстательной железе.

Классический санскритский текст даёт и другие определения слова "бхагаван". В "Шаранагати Гадья" сказано: "Бхагаван – это тот, кто есть безграничное блаженство – блаженство, что вознаграждает всякое существо во вселенной". И далее там говорится, что бхагаван должен отличаться непревзойденным знанием всех тайн мира, властью над всеми силами природы, влиянием, величием, приятными манерами, материнской любовью, мягкостью и состраданием, твёрдостью и прямотой, дружественностью, беспристрастием, милосердием, благородством, искусством стратегии, героизмом, решительностью и энтузиазмом, стойкостью в истине и всеми иными благими качествами. Д-р Гокак не устаёт отмечать, что Баба, более чем кто-либо, есть сила, власть, величие и великолепие. Именно этот элемент силы среди всего прочего отличает божественное Воплощение от святого человека. Учёность Саи ошеломляюща. С уст Бабы, не получившего почти никакого формального образования, свободно слетают формулы атома, гимны Вед, медицинские рецепты и тантрические мантры. Шри Ауробиндо сказал: "Каждое Воплощение ставит перед людьми Свой пример и объявляет, что Он есть путь и врата: Он объявляет также о единстве всего человечества с божественной сущностью".

Ведь человек по сути своей есть не что иное, как божество, скованное тройной цепью времени, пространства и причинности. Вот почему Баба заявляет: "Вы станете Бхагаваном, когда выразите духовный принцип – принцип Атмана. Каждый из вас может стать Бхагаваном, погрузив свое обособленное личное "я" – дживу – в океан Всеобщего духа".

Слово "аватар" означает "нисхождение, схождение, спуск". Это ограничение, которое налагает на Себя безграничное, для того чтобы человечество могло сделать шаг вперёд. Несколько лет назад в беседе на Шиваратри Баба прочёл стих из тех, что Он обычно сочиняет и читает в ходе празднества и в которых Он излагает цели и назначение Своего воплощения в Путтапарти. "Васудева, живущий во всех, явился в этом теле в Путтапарти, чтобы показать веку Кали путь истины, устранить ненависть и алчность, спасти добрых и скромных от боли и унижения, прояснить скрытый смысл древних текстов, уничтожить показное величие и гордыню посредственности и исполнить обет милости, данный человечеству". Он заявил, что Он – та Божественная сущность, что известна и почитаема под множеством имён и форм во всем мире.

В "Очерках о Гите" Шри Ауробиндо так анализирует роль аватара. "Аватар является как проявление божественной природы в человеческой, как явление сущности Христа, Кришны, Будды в нём – с тем, чтобы человеческая природа, формируя свою мысль, чувства и действие под воздействием примера Христа, Кришны, Будды, могла преобразиться в божественную. Аватар – это всегда двойственный феномен сочетания божественности и человечности. Божество принимает на Себя человеческую природу со всеми её внешними ограничениями: Цель явления аватара – показать, что человеческое рождение, со всеми его ограничениями, может быть средством и инструментом божественного рождения и божественных деяний".

Здесь уместно вспомнить о том, что Баба сказал Шульману: "Если бы Я явился Нараяной с четырьмя руками, Меня бы отправили в цирк и собирали бы с народа деньги за то, чтобы Меня увидеть. Если бы Я явился просто человеком, как и все другие люди, кто стал бы Меня слушать? Так что Я вынужден был явиться в этом человеческом облике, но с силой и мудростью, превосходящими человеческие".

Баба простыми и ясными словами объяснил тайну аватара, когда в 1971 г. в день Своего рождения сказал: "Каждый из вас аватар. Вы – божество, облаченное, как и Я, в человеческую плоть! Только вы этого не осознаёте! Вы попали в эту тюрьму воплощения из-за ошибок многих жизней, а Я вошёл в это смертное тело по Своей свободной воле! Вы привязаны к телу канатами трех гун, Я же свободен, не затронут ими, так как гуны – это Мои игрушки. Я ими не связан, Я их использую, чтобы связывать вас. Желания бросают вас из стороны в сторону. У Меня же нет никаких желаний – помимо желания сделать вас лишёнными желаний".

Призыв Саи к страждущему человечеству отличается своей прямотой и простотой: "Чего бояться, если Я здесь? Придите ко Мне, все страждущие!" Баба заверяет нас, что если мы сделаем один шаг к Нему, Он сделает десять шагов к нам. Он слышит нас, когда мы кричим в горести. Как говорится в Гите: "Руки и стопы, глаза и уши, голова и язык Божества – повсюду, с тем чтобы помочь нам и спасти нас, чтобы вести нас к Богу, когда у нас есть искреннее желание возвыситься до Божества".

Аватар разделяет обладание пятью чувствами с миром животных и людей. С человечеством Он разделяет четыре свойства: ум, разум, чувства и ахамкару – эго, личное "я". Но аватар обладает семью уникальными свойствами. Первые четыре из них таковы: сришти – способность творить, создавать; ститхи – способность поддерживать, хранить и оберегать; лайя – способность растворять, уничтожать; тиродхана – способность заставить вещи исчезнуть. А три остальных качества таковы, что ими обладает только пурна (полный) аватар. Это ануграха – милость, которая может быть двояка: милость за заслуги и милость, даруемая независимо от заслуг восприемлющего её, словно гром средь ясного неба. Кроме того, Он всегда присутствует там, где произносится Его имя – нама и где признают Его образ, форму – рупу. Вибхути, истекающий с портретов Бабы в разных частях света, ясно показывает, как Его образ – рупа – приводит нас в соприкосновение с Ним, если к Нему взывают.

В качестве примера конкретного присутствия там, где почитают Имя и Образ, я могу привести выдержку из письма Коуэнов из США: "У нас в доме есть комнатка, полная изображений нашего Господа Сатьи Саи Бабы. Там мы медитируем перед сном. Часто бывает, что люди – члены семьи Саи – заходят туда для молитвы. Каждый вечер мы ожидаем появления вибхути, но до сих пор ничего не появлялось.

Около месяца назад к нам пришли друзья, преданные Саи, и мы вместе пошли в Его комнату, чтобы заняться медитацией. Надо сказать, что в комнате всегда стоял чудесный аромат, словно для нас распустились сотни цветов. Это один из даров, которыми нас одаривает великий Свами. Друзья были изумлены благоуханием комнаты.

Мы все уселись вокруг небольшого алтаря и воздали хвалу образу. И что же? На большом цветном портрете Бхагавана появилась сапфировая звезда с восемью исходящими от неё лучами, словно ожерелье с драгоценным камнем у Его горлового центра! Вести об этом скоро разнеслись, и многие из семьи Саи приходили посмотреть на чудо Господа".

Во многих тысячах домой и молитвенных залов в Индии, Африке, на Цейлоне преданные волею Бабы получали священный целебный пепел, вибхути, с портретов, висящих на стене. Был вибхути и на алтаре дома Коуэнов. Вот рассказ одного из скептиков о посещении святыни дома Коуэнов. Этим посетителем был Джоэль Риордон, голливудский киносценарист: "Жена рассказала, что в доме у Коуэнов портрет производит пепел! Увидев это, она тут же ушла. Так значит, она ушла: чем раздразнила моё любопытство, которому я не смог воспротивиться. Утром в воскресенье я был готов принять вызов: Когда мы прибыли на встречу, после того как более часа проехали за машиной Коуэнов, я подумал, что в трёх милях от моего дома есть церковь, и даже туда я не нашел времени зайти. Что же я делаю тут?..

На этой встрече звенели голоса, и в такт пению все хлопали в ладоши. Потом Была речь Хислопа о полученном им по почте письме от Саи Бабы и о тайне – как это оно дошло без марки! "Ну, марку можно найти в сумке почтальона", – подумал я, хотя и чувствовал, что в этой истории есть нечто большее. Однако мой ум был более озабочен портретом. Где он? Почему я его не вижу?.. Наконец, момент наступил: нам позволили пройти в другую комнату, где был установлен алтарь с образом Саи Бабы, – и портрет Его выделял пепел!

Я старался не выглядеть подозрительным, но, должно быть, мне это не удалось, так как когда я приблизился к портрету, рассматривая его со всех сторон, спереди, сверху и сзади, (я даже сделал вид, что завязываю шнурок, чтобы заглянуть под стол и посмотреть, не обнаружу ли я, что за трюк вызывает этот поток пепла), то заметил, как хозяйка что-то говорит двум подросткам, и все трое смотрят на меня в упор. У меня было такое ощущение, будто они решили, что я, чего доброго, украду этот портрет, или еще что-нибудь в доме. Я тут же отошёл с виноватым видом".

Есть некоторые удивительные древние астрологические тексты, в Южной Индии их называют Нади, а в Северной – Бхригу Самхита. В них содержится детальное описание жизни многих лиц, даже людей, живущих за морями. Потомственные хранители этих манускриптов составляют соответствующие "карты жизни" тех, кто приходит к ним на консультацию. Покойный д-р Мунши несколько лет назад писал в журнале "Бхаван", что детали его жизни, извлеченные из некоторых из этих манускриптов, поразили его. В записи упоминается точное время и место, где он сделает предложение своей будущей жене Шримати Лилавати Мунши. Шри Шарма – бывший премьер-министр штата Харьяна – утверждает, что предсказания о нём, извлеченные из Бхригу Самхиты, указывали, что он встретит Бога в человеческом облике в Прашанти Нилаяме. Шри Шарма говорит, что для него было нелегкой задачей найти, где находится этот Прашанти Нилаям. Баба милостиво принял его и сотворил для него фигурку Натараджи, наказав носить её всегда как медальон. Везде, где в этих текстах упоминается о Саи Бабе, о Нём сказано как об "Отце всех миров, Высшем целителе, кто лечит с молниеносной быстротой, и основателе школ высшего знания (патасал) и больниц".

Шри Дж. П. Мару пишет: "У меня есть семейный астролог из Непала. Он помнит на память и может повторить и процитировать 15 тысяч стихов древней астрологической энциклопедии, называемой Бхригу Самхита! В октябре прошлого 1967 г. он зашел повидать меня перед возвращением в Непал, и я попросил у него информации о каком-нибудь выдающемся событии, что может случиться в ближайшем будущем. Он проконсультировался с Самхитой и прочел один стих, в котором сказано, что 4 ноября 1967 г. у меня будет пратьякша Дева даршан – лицезрение Бога в конкретной форме. И случилось так, как было предсказано! Баба прибыл в Уша Киран, в мой дом и 4 ноября 1967 г. принял моё поклонение".

Выступая перед группой искателей из Сан-Франциско и Цейлона в июне 1970 г. в Бриндаване, Баба сказал, что Божество жаждет быть единым с индивидуальной душой в такой же степени, в какой индивидуум жаждет слиться с Божественным. Он сказал, что это – процесс постепенный, очень похожий на то, что происходит со сталактитами и сталагмитами в известняковых пещерах. Один из них образуется в потолке пещеры, острием указывая вниз, а другой, на полу, – остриём вверх. Образование на полу – следствие осадка из капли, что может упасть со сталактита в потолке раз в тысячу лет. Баба показал, как это происходит, с помощью пальцев, однако эта демонстрация показалась Ему не достаточно наглядной. Тогда Он сделал широкое круговое движение вытянутой рукой и материализовал круглый чёрный камень, вес которого заставил Его руку вибрировать как камертон. Камень был округлой формы, слегка плоский сверху и снизу и без каких-либо следов на нем. Он был гладкий и блестящий. Баба приподнял его, подержал в нескольких дюймах от Своих уст и с царственной лёгкостью и изяществом продул в нём отверстие. Это отверстие казалось похожим на два пересекающихся круга. Место пересечения было широко открыто, а два круга, касаясь друг друга концентрическими кольцами, как бы тяготели к центру и старались влиться друг в друга. Баба воспользовался этим камнем, чтобы проиллюстрировать Свой ответ, а затем отдал его одному садхаке из группы, по имени Джилл. Примерно через год Джиллу случилось показать его индийским друзьям в Бомбее. Они, к его крайнему удивлению, сказали ему, что этот камень с продутым в нём Бабой отпечатком, – окаменелость, называемая шалиграм, и что индусы используют её для поклонения. Говард Мелвин, который оказался в группе, рассказал мне этот интересный случай.

Другой удивительный факт, касающийся Бабы, – это многогранность Его личности. В Нём видишь образец, по которому каждый заново создаёт себя. Менеджер крупного концерна обрабатывающей промышленности видит в Нём идеального организатора и менеджера. Врач видит в Нём совершенного мастера диагностики и медицинского искусства. Инженер или архитектор обнаруживает в Нём знатока, смиряющего их гордыню Своим редактированием и наполняющего их голову идеями, каждая из которых может устроить их судьбу своей красотой и практичностью. Музыкант находит в Саи первоисточник мелодии и гармонии. Когда кто-то восхвалял Его музыкальный талант и благосклонно сравнил Его с Тьягараджей, Баба спросил его: "А кто, по-вашему, научил Тьягараджу музыке?" Баба – поэт поэтов. Он не только Сам является вдохновляющей темой; Его беседа и обаяние высвобождает в поэте источники вдохновения, доселе скрытые и дремлющие. Философ может научиться у Саи Бабы искусству излагать самые загадочные ходы мыслительного процесса в простой и ясной манере. Гению художника Он бросает вызов непрестанно меняющимся выражением лица и глаз. Актёр научится у Него тем тонким модуляциям и интонациям голоса, что ярче всего выражают движения души. Опытный учитель найдет в Саи знатока новых и глубоких методов обучения. Как сказано в Гите: "Божество – это самая лучшая, самая могущественная, обаятельная, мудрая, высокая и сложная Сущность; воплощение Божества несёт эту печать на Своей личности". "Как может рыба понять небо?" – спросил Баба у Шульмана. Он также заметил как-то: "Я – все божества в Одном. Вы можете тысячелетиями стараться изо всех сил, можете привлечь к своему поиску всё человечество, но всё равно не сможете понять Мою реальность".

Бхагавандас в своей книге "Кришна: исследование теории аватаров" говорит об обстоятельствах, которые вызывают пришествие аватара. "Когда появляются лжеучителя, возвышающие плоть над духом, когда низкие страсти и шесть внутренних врагов или семь смертных грехов держат человечество в своей власти, когда бесчеловечные амбиции, себялюбие и зло правят миром, тогда и является аватар. Каждая из этих трёх серий обстоятельств может вызвать пришествие аватара. Преобладание лжеучителей вызывает аватара, который вновь оживляет науку духа. Когда господствуют дурные эмоции, нисходит аватар, исполненный кротости и покоряющий любовью и чистотой. Когда миром правит зло, является аватар, который восстанавливает справедливость и направляет карму в естественное русло".

В Саи Бабе мы находим целостное воплощение, которое сочетает эти три роли. Он – великий учитель современности, широко известный Своим простым и свежим изложением Веданты. Он – великий податель любви, премы. И наконец, Он – великий реставратор сути духовности в её применении к повседневной человеческой жизни. Мы можем сказать о Нём словами проф. Шанкаранараяны из его книги "Шри Рамачандра": "Чтобы человек смог внять божественному призыву и откликнуться на него, Бог должен стать персоной во плоти и крови, человеком в Своей божественности и, тем не менее, Божеством в Своей человечности. Чтобы сделать человека безграничным, Бог должен ограничить Себя".


Глава 18

И ЕЩЕ СЛОВО

Тот, кто прочитал эту книгу и два предшествующих тома этой серии, непременно ощутит на себе их действие, которое не позволит ему остаться таким, как прежде. Если он всерьез воспринимает то отношение к жизни, которым пронизана эта книга, он будет вынужден принять вызов и подтвердить его для себя или развенчать его.

Баба может положить конец развитию раковых клеток, просто заявив: "Рак отменён". Он может тушить лесные пожары на границе Мексики простым заявлением у Себя в ашраме в Индии: "Больше никаких пожаров!" Он может сотворить баночку со священным пеплом, который никогда не иссякнет, и одним прикосновением даровать духовный экстаз. Он знает прошлое и будущее каждого. Он говорит, что мы – то же, что и Он. Это просто наше заблуждение, что мы чувствуем себя иными.

Издательский еженедельник писал о книге Арнольда Шульмана "Баба": "Сатья Саи Баба называет Себя аватаром, воплощением Бога. Его последователи, насчитывающие более шести миллионов, приезжают в Его ашрам в Путтапарти на юге Индии, пребывая там у Его стоп, распевая свои молитвы и моля о чудесах. Баба отвечает на эти молитвы: Он исцеляет неизлечимых, материализует разные предметы и священный пепел, поддерживает верующих и убеждает сомневающихся".

Мы нередко впадаем в заблуждение, считая Его таким же смертным, как мы, забывая тот факт, что Он – та божественная сущность, что пребывает в каждом смертном теле. Баба сказал, что Он, как и Саи Баба из Ширди, является эманацией одной и той же сущности. Баба един со всеми аватарами, нисходившими до сего дня, и с теми, что придут после. Среди преданных Ему нет круга внутреннего или внешнего. Всё человечество – Его паства. Неисчислимое множество людей Он избавил от низких желаний и страстей, от фанатизма и циничного взгляда на жизнь. Имя "Саи" скоро будет в сердце каждого.

Прашанти Нилаям – это ашрам в Путтапарти, селении, которое Он обессмертил решением родиться здесь. Но с другой стороны, это не Его ашрам и не Его обитель. Как Он всегда заявляет: "Моя обитель – у вас в сердце. Моя прашанти нилаям (обитель высшего мира) – в вас".

Бхаджаны Саи проникли в многочисленные дома, их поют в разных городах земли, пробуждая сердца людей к славе Божьей. Саи Бабу можно почитать во всех образах и обращаться к Нему со всеми именами, какие носит Бог.

В Нём видится сила, действующая как свет луча трансцендентности, проникающего за пределы законов. Он призывает нас к Себе и осушает наши слёзы скорби, невзирая на наши ошибки и промахи. В 1962 г. Он заявил, что на День Его Рождения – 23 ноября – "китайская опасность" не предвидится. И действительно, китайцы отступили за Гималаи 22-го. В 1965 г., когда все думали, что празднование Дасары придется отложить ввиду вторжения Пакистана, Баба заявил, что праздник будет проходить как обычно. Было объявлено о прекращении огня, и за три дня до Дасары принято перемирие. Пятая Всеиндийская конференция организаций добровольного служения Сатьи Саи должна была состояться 22-23 декабря 1971 г. в Мадрасе. Поступали взволнованные телеграммы, не отложат ли конференцию, поскольку 3 декабря Пакистан сбросил бомбы на индийские аэродромы. Последующие события, казалось, предрекали, что вскоре может быть мировая война. Баба заявил, что никакой войны не будет и что конференция состоится, как намечено. И военные действия закончились 17 декабря 1971 г.

Баба пребывает во всех человеческих сердцах. Он собирает вокруг Себя людей день за днём и общается с ними с любовью и состраданием. Физические недомогания, тревоги ума, психические расстройства, экономические нужды, семейные неурядицы, недостаток интеллекта, профессиональные барьеры – все возникающие проблемы Он решает с неизменным успехом.

Он даёт священный пепел, потому что это – окончательная форма, которую принимает всё: все Александры Великие с их амбициями и их империями. Вот почему Он учит нас уроку непривязанности, беспристрастия. Он исцеляет нас от алчности и ненависти, напоминая нам о неизменной судьбе, ожидающей земное величие и славу.

То, что Ему всё ведомо, вынужден был признать даже такой скептик, как Шульман, когда Баба упомянул о его поездке в Японию для изучения дзен-буддизма. Шульман подумал, что Баба излагает сведения, полученные Им от д-ра Гокака. Почувствовав это в тот же миг, Баба сказал Шульману, что Гокак не давал Ему никакой информации. Далее Он упомянул об одном заболевании жены Шульмана, о котором не знал никто. Баба сказал ему, что это Он сделал так, что это заболевание пропало за неделю до того, как Шульман взошёл на борт самолета, отправляющегося в Индию, для того чтобы тот смог вовремя прибыть туда. Баба – это открытая книга для всех. Он – и Ведущий к цели, и сама Цель.


Санкт-Петербург, 2002
Н. Кастури, Сатьям-Шивам -Сундарам (III том) -
Санкт-Петербург, 2002

Перевод: Рувим Сергачев

© Sri Sathya Sai Publication and Education Foundation, Prasanthi Nilayam, India
© Организация Сатья Саи русскоговорящих стран

OM