ОМ
Вы на странице: ГлавнаяИндуизм"Индийская философия"

   Содержание | Предыдущий текст | Следующий текст   

Сарвепалли Радхакришнан

ИНДИЙСКАЯ ФИЛОСОФИЯ

Том II


Глава вторая

ЛОГИЧЕСКИЙ РЕАЛИЗМ НЬЯЙИ


XXIV. ЭТИКА

   Мыслители ньяйи не проводят твердой и определенной линии в отличении воли от интеллекта. Согласно их учению, интеллект не является пассивным агентом, воспринимающим или размышляющим об объектах, данных ему, а воля не является таинственной силой, которая начинает действовать после того, как интеллект предоставит ей какие-то объекты. Всякое познание целенаправленно, и в то же самое время, когда мы познаем объекты, мы осознаем, приятны они нам или неприятны, и стараемся овладеть ими или избежать их. Когда мы думаем об объекте, мы в то же самое время оцениваем его и становимся к нему в определенное практическое отношение. Этика имеет дело с практической стороной жизни человека и особенно с его волевой активностью.

   В некоторых трактатах ньяйи дается психологический анализ природы волевых переживаний. Вишванатха 474 перечисляет условия иччхи, или желания. Мы не испытываем желания по отношению к невозможному. Только дети плачут, требуя луны. Как правило, мы желаем вещей, которые кажутся нам доступными 475. Кроме того, желаемые объекты признаются постольку желаемыми, поскольку они ведут к благу желающего 476. Даже когда мы хотим совершить самоубийство или воткнуть в свое тело колючку, мы делаем это потому, что убеждены в ценности этих действий. Ничто не имеет цены вне отношения к субъекту, хотя субъект может смотреть на самоубийство и другие подобные действия как на ведущие к его благу, только находясь в ненормальном состоянии 477. Как бы он ни оценил позже свое намерение, в момент самого волевого акта объект представляется ему желательным. При решении вопроса о желательном плане действия мы учитываем все его последствия и стараемся убедиться, что принятие его не будет сопровождаться еще большим злом 478. Когда объект грозит доставить больше вреда, чем блага, мы перестаем добиваться его. Это условие предполагает тщательный учет последствий намечаемых действий.

   Произвольные действия, инстинктивные 479 и автоматические, где отсутствует сознательная воля (свеччхадхинатва), строго говоря, не являются объектами морального суждения. Душа не является жертвой желаний и антипатий, которые наводняют ее из внешних источников. Если бы душа была сама по себе несознательной, тогда ее антипатии и симпатии могли бы рассматриваться как судьба, которая гонит душу по своему пути. Ньяя признает значение инициативы, выбора и отбора, подразумевая тем самым, что сущностью души является духовная свобода. Ватсьяяна спорит против тех, которые приписывают все события прямому вмешательству бога, не оставляя места усилию человека (пурушакара) 480. Человеческая воля достаточно деятельна, хотя она и действует под контролем бога. Ватсьяяна отвергал мысль, что воля действует беспричинно 481.

   Все акты имеют своим мотивом (прайоджана) 482 желание получить удовольствие (сукхапрати) и избежать страдания (духкхапарихара). Страдание, причина неприятного состояния 483, является знаком того, что в душе нет мира. Высочайшее благо есть освобождение от страдания, а не наслаждение удовольствием, ибо удовольствие всегда смешивается со страданием 484. Природа сансары – страдание, хотя она может иногда казаться приятной. Избежать сансары – значит достичь высшего блага. “Страдание, рождение, деятельность, ошибки, ложные понятия – после поочередного уничтожения каждого из названных происходит и уничтожение ему предшествующего” 485. Страдание (духкха) есть результат рождения (джанма), которое есть результат деятельности (правритти). Всякая деятельность, хорошая или дурная, приковывает нас к цепи сансары и приводит к какому-то рождению, высокому или низкому. Наяйик стыдится, что он имеет тело, и заявляет вместе с Новалисом, что “жизнь есть болезнь духа”, деятельность вызывается отвращением (двеша), привязанностью (раса) и глупостью (моха). Отвращение включает в себя гнев, зависть, злобность, ненависть и жестокость. Привязанность включает в себя вожделение, алчность, скупость и ненасытность. Глупость включает в себя непонимание, подозрение, тщеславие и легкомыслие. Глупость есть наихудший из всех недостатков, так как она питает отвращение и привязанность 486. Благодаря этим недостаткам мы забываем, что для души нет ничего приятного и неприятного, и начинаем любить или не любить объекты. Причиной этих недостатков является ложное знание (митхьяджняна) о природе души, страдании, удовольствии и т. д. Чтобы достичь вневременной свободы, которая есть единственная реальная ценность, мы должны покончить с этой цепью, которая начинается с ложных понятий и кончается страданием. Когда исчезнет ложное знание, исчезнут и ошибки. С их исчезновением деятельность не будет иметь raison d'etre и, таким образом, не будет повода для рождения. Прекращение рождения значит устранение страдания, что есть только другое название для высшего блаженства 487.

   Пока мы действуем, мы находимся под влиянием то привязанности, то отвращения и не можем достичь высшего блага. Неприязнь к страданию есть все же неприязнь, а приязнь к удовольствию есть все же приязнь, и пока они действуют, высшее благо находится для нас за пределами досягаемости.

   Наяйик предлагает нам подавлять в себе всякое ощущение своей индивидуальности, так как считает, что деятельность человека, который преодолел свои недостатки, не ведет к новому рождению 488. Те, кто спасен уже в этой жизни, продолжают совершенствовать свою деятельность до тех пор, пока они живы, и эта деятельность не связывает их. Пока же мы держимся за свою индивидуальность и приобретаем добродетели, чтобы стать Индрой или Брахмой, мы привязаны к кругу, ибо даже состояния Индры и Брахмы имеют конец. Высшее благо состоит в свободе от всякого ощущения своей индивидуальности.

   Реализация истинного познания не означает немедленного освобождения от сансары. Заслуга, являющаяся основой связи между душой и телом, должна быть полностью исчерпана, чтобы тем самым уничтожить всякий повод к оживлению связи между ними 489.

   Если единственным благом является, таким образом, свобода от индивидуальности, то хорошим считается такое поведение, которое ведет к этой цели, а поведение, ведущее в противоположном направлении, считается плохим. Деятельность разделяется на деятельность речи, ума и тела, и каждая из них делится на хорошую и плохую 490. Сущность морального зла лежит в сознательном выборе зла и в предпочтении его добру. Под влиянием сильной страсти (уткатарага) мы не представляем себе всех приносящих страдание последствий греха и становимся жертвой привязанности к удовольствию.

   Совершение добродетельных действий позволяет нам отличить душу от тела и чувств. Истинное знание, на котором так настаивают наяйики, не является делом только одного интеллекта, но относится ко всему поведению человека. Ложное знание и эгоистическое поведение сопутствуют друг другу 491. Истинное знание, бескорыстность и самозабвение органически связаны между собой. Это истинное знание нельзя приобрести из книг, а только через размышление и совершенствование в правдивости 492. К изучению и размышлению 493 присоединяется еще и йогическая практика 494. Уддьйотакара советует изучение священного писания, философской мысли и размышление 495. Иногда предлагается воздерживаться от мирских удовольствий, подавлять все желания, удаляться в лес и стараться превратить нашу душу в жертвенный огонь, на котором в качестве жертвы сжигаются наши физические действия. Бхакти разрешается как средство обеспечения мира и счастья. Хотя бог и не вмешивается в спасение человека, но благочестивость сама в себе заключает свою награду496 .

   Подобно другим системам индуизма, ньяя принимает принцип кармы и верит в постоянство результатов нашей деятельности. Некоторые наши действия дают результаты немедленно. как например акт приготовления пищи, а другие требуют долгого времени, чтобы появились результаты, как например вспахивание земли. Действия благочестия и совершение обрядов относятся к последнему виду, так как достижение небесной жизни невозможно до смерти 497. В промежутке между действием и результатом причины не исчезают, но сохраняются в форме дхармы и адхармы. “Перед действительным завершением результата должно быть что-то (в форме чего-то промежуточного), как это бывает в случае появления плодов у деревьев” 498. Адришта, или невидимое качество, не отличается от кармы, ибо иначе “даже после окончательного освобождения имелось бы сходство в производимом теле” 499. Тела, в которые воплощаются души, определяются их прошлой кармой. Тело дает имя душе, которая, не будучи ни человеком, ни лошадью, все же называется человеком или лошадью – в соответствии с телом, в котором она пребывает 500. Система ньяя – вайшешика не верит в какое-либо тонкое, неуловимое тело. Душа переходит из одной формы в другую с помощью манаса, который атомичен и, следовательно, недоступен чувствам, и не бывает виден, когда он покидает тело после смерти. Так как души являются всепроникающими, то только про манас можно сказать, что он при новом рождении переходит в новое хранилище прежнего наследия.

   Реальность, согласно ньяя-вайшешике, представляет собой комплекс души и природы. Порядок природы не является продуктом души, но установлением бога, который располагает атомы посредством души в естественном порядке. Гармония души и природы устанавливается божественным предначертанием.

   Содержание | Предыдущий текст | Следующий текст   

   474 Siddhantamuktavali, 146 – 150.

   475 Krtisadhyatajnana.

   476 Istasadhanatajnana.

   477 Rogadusitacittah.

   478 Balavad anistananubandhitvajnana. Это двусмысленно и может означать и сознание отсутствия зла (anista ajanakatvajnana) и отсутствие сознания зла (anistajanakatvajnanabhava). Вишванатха склоняется к последнему пониманию.

   479 Jivanayonipurvaka, p. 152.

   480 N. В., IV. 1. 19 – 21.

   481 N. В., IV. 1. 22 – 24.

   482 N. В. и N. V., I. 1. 24; также N. В., III. 2. 32 – 37.

   483 I. 1. 21.

   484 S. D. S., XI. Уддьйотакара иногда модифицирует этот взгляд. “Если бы не было удовольствия, ценность была бы совершенно бесполезной... Не будет также правильным рассматривать простое отрицание страдания как результат ценности, поскольку тогда результатом ценности было бы только нечто отрицательное. В обычной жизни мы находим двойственную деятельность среди людей. Один действует с целью достичь желаемого, тогда как другой действует с целью избежать нежелательного; и если бы не было ничего желательного, то такая двойственная деятельность была бы невозможной. Кроме того (если бы не было удовольствия), не было бы основания говорить, что на удовольствие надо смотреть как на страдание; наконец, не было бы привязанности, так как никто и никогда не имеет привязанности к страданию” (N. V., I. 1.21). Шридхара не согласен со взглядом, что удовольствие есть простое отсутствие страдания, ввиду того, что существуют положительные переживания блаженства и двойственная деятельность людей (“Nyayakandali”, p. 260).

   485 N. S., I. 1. 2; IV. 1. 68. Ср. с этим буддистскую цепь причинности (“Visuddhimagga”. XIX).

   486 IV. 1. 3 – 9.

   487 N. В., III. 2. 67; IV. 1. 6; IV. 2. 1.

   488 N. S., IV. 1. 64.

   489 N. S., IV. 1. 19 – 21.

   490 I. 1. 17. Благотворительность, помощь и служение являются хорошими телесными деятельностями, тогда как убийство, воровство и прелюбодеяние – плохими. Говорить правдивое, полезное и приятное и учить по священным книгам – это хорошие дела речи, тогда как лгать, ругаться, злословить и вести пошлые и скабрезные разговоры – плохие дела речи. Сочувствие, великодушие и благочестие – хорошие действия ума, тогда как зломыслие, зависть и скептицизм – плохие.

   491 N. V., IV. 2. 2.

   492 N. В., IV. 2. 38 и 41.

   493 N. В., IV. 2. 47.

   494 N. В., IV. 2. 46. Наяйиков называют также йогами. “Naiyayikanam yogaparabhidhananam (Gunaratnas “Saddarsanasamuccayavrtti”. См. также “Tarkarahasyadipika”. Ватсьяяна упоминает взгляд ньяйи среди взглядов йоги в I. 1. 29.

   495 N. V., I. 1. 2.

   496 Nyayasara, pp. 38, 40 – 41; n. S. S. S. S., VI. 10 – 21 В 40 – 44.

   497 Уддьйотакара пишет: “Случаи, когда действие не приносит результата немедленно, бывают в силу противодействия, причиной которого являются особые обстоятельства, вызывающие присутствие остатка кармы, который и дает свои плоды, или в силу противодействия, причиной которого являются плоды остатка кармы других живых существ, чей опыт сродни тем, о которых идет речь, или же это происходит, когда действиям человека противодействуют действия тех других живых существ, которые могут быть соучастниками кармы человека, о котором идет речь, или наконец, благодаря тому, что такие вспомогательные причины, как достоинства и недостатки, не присутствуют в данное время” (N. V., III. 2. 60).

   498 N. В., IV. 1. 47. См. IV. 1. 44 – 54.

   499 N. В., III. 2. 68.

   500 N. B., III. 1. 26.